Некоторыми русскими писателями труды Тэна в конце XIX в. воспринимались как образцы литературоведческого анализа именно по причине их систематичности и насыщенности историческим материалом. Так, критикуя статьи своего биографа А.И. Фаресова, Н.С. Лесков пишет ему в 1893 г.: "Очерки этого рода очень трудно делать. Если бы Вы мне ранее прочитали Вашу работу, я, быть может, указал бы Вам ошибку в приеме и то, что знаю в этом роде за образцовое (Тэн, Карлейль, из наших – Грановский: "Четыре характеристики")…"
Для Лескова работы Тэна, Карлейля, Брандеса и других западноевропейских философов и литературоведов вполне сопоставимы по степени научности с трудами Т. Н. Грановского и даже В.Г. Белинского и Н.Г. Чернышевского. Лесков в основном верно улавливает сходство научных методов Г. Брандеса, И. Тэна и А.Н. Пыпина, являющихся вариантами академического литературоведения.
В трудах Тэна Лесков видит научно-литературоведческий ("образцовый") анализ литературных явлений, в котором соединяются историко-нравописательный и художественно-фактологический методы.
Современники отмечают влияние Тэна прежде всего на Н.С. Тихонравова. Об этом свидетельствуют и Пыпин, и ученики Тихонравова, в том числе один из его биографов – А.Д. Карнеев.
Пыпин сочувственно цитирует следующие замечания Карнеева о научных методах Тихонравова: "Эта кажущаяся на поверхностный взгляд кропотливость исследования имела свои глубокие основания. Именно в этом последнем отношении научные приемы Тихонравова невольно напрашиваются на сопоставление их с основными воззрениями Тэна". "Если только такая связь действительно существовала", – добавляет Карнеев.
Глава 2
Становление и развитие литературоведческой науки в России
Литературные теории в России до XVIII в.
Искусством интересовались в России с давних времен. Правда, о раннем этапе искусствознания имеются лишь отдельные разрозненные сведения. Его представляли и русские люди, и обрусевшие иностранцы.
Огромная работа по разысканию и описанию источников XVII – начала XIX в., а также древнерусской эстетики и теории литературы проведена современными отечественными исследователями.
Элементы русской эстетики включены в летопись Нестора, обнаруживаются в "Слове о полку Игореве", у Сильвестра, Симеона, Поликарпа, в письмах Курбского и Грозного, у Дмитрия Ростовского и Симеона Полоцкого.
С конца XIV в. появляются работы, имеющие отношение к эстетике. Наиболее ранним в России было религиозно-эстетическое направление, прежде всего иконописное, которое представляли служители церкви, живописцы. Здесь прежде всего следует назвать Иосифа Волоцкого (1440-1516) и его "Послание иконописцу и три слова о почитании святых икон"; затем следуют Максим Грек (Михаил Триволис, 1475-1556) с его работой "О святых иконах" и Симон Федорович Ушаков (1626-1686) с его трактатом "Слово к люботщательному иконного писания", где заложены уже идеи светского искусства.
С конца XVI в. в России начинается процесс последовательного освоения теории литературы и языка:
– в 1574 г. Иван Федоров (? – 1583) выпустил "Грамматику";
– в 1596 г. Лаврентий Зизаний (1560-1634) издал свою "Грамматику", содержащую уже специальный раздел "О метре, размерах" (помимо орфографии, этимологии, синтаксиса);
– в 1619 г. М.Г. Смотрицкий (1572-1630) опубликовал "Грамматику словенску", в которой, кроме грамматических разделов, дается теория стиха – "рапсодия";
– в 1617-1619 гг. Макарий (епископ Вологодский) издал "Риторику", где выдвинул требование "трех родов глаголания": смиренного, высокого, мерного, т. е. теорию стилей;
– в 1620 – 1630-х годах в Москве существовал литературный кружок "Приказная школа" (назван так по составу его членов – приказных служащих). В кружок входили дьяки Петр, Самсон и Алексей Романчуковы, подьячий Михаил Злобин, "справщики" (редакторы) Печатного двора Савватий, Стефан Торчак, Михаил Рогов и др. Это не был аристократический салон, но участники кружка, образованные для своего времени русские интеллигенты, называли его "Духовным союзом" ("Любовным союзом"). Современные исследования свидетельствуют о том, что поэты "Приказной школы" находились в постоянном общении между собой по вопросам принципов и приемов своего творчества, тяготевшего к европейскому барокко;
– в 1699 г. М.И. Усачев издал "Риторику", в которой, развивая систему трех "глаголаний" Макария, определил их функции ("должности"): смиренный ("научити"), высокий ("возбудити"), мерный ("усладити");
– в начале XVIII в. выступил со своими трудами Феофан Прокопович (1681-1736). В курсах его лекций 1705 г. значилась "Поэтика", а в лекциях 1706-1707 гг. – "Риторика", где дается родовая классификация литературы: первым родом в России всегда был эпос, в отличие от европейских "Поэтик", где доминировала драма;
– концепции "Поэтики" Феофана Прокоповича развивали "Поэтика" Л. Горки (1707) и "Поэтика" Г. Конисского (1746).
Развитие литературоведческой науки в России XVIII в.
Направления исследований
В России собирание народных памятников началось в XVIII в. Первыми изданиями стали "ходячие" рукописные сборники, служившие любителям народной песни. Научные принципы исследования этих материалов только начинали вырабатываться.
В значительной степени стихийным был процесс проникновения в Россию новых европейских научных теорий. Эти новые веяния с конца XVIII в. стали известными у нас первоначально благодаря романтизму и через романтизм. В стране немного знали о Гердере, например, но имели представление о немецком романтизме. Заслуга Лессинга и Гердера состояла в том, что их труды открыли путь романтизму и идеалистической философии. Лишь в конце века в России узнали о Шекспире, Лессинге и Гердере, "услышали" о Канте.
Академик А.Н. Пыпин неоднократно подчеркивал мысль о независимости русской науки от европейских теорий в XVIII в. В этом он видел, с одной стороны, ее достоинство, а с другой – недостаток, результат известного отставания от передовой западноевропейской науки. В России, по мнению Пыпина, ее достижения стали известны в конце XVIII в., и то лишь в довольно узком кругу наиболее образованных людей.
Начало процессу проникновения в Россию европейских теорий было положено реформами Петра I, при котором страна приобщилась к западноевропейской науке и культуре. Процесс этот все более ускорялся на протяжении XVIII и начала XIX в., осложняясь социально-историческими факторами национального и общеевропейского масштаба. В первую очередь здесь следует указать на Французскую революцию 1789 г. и Отечественную войну 1812 года, которые оказали огромное воздействие на формирование русской национальной культуры.
В истории русского литературоведения был период неосознанных, стихийных тенденций, когда преобладала собирательская практика. Практика собирания наметилась в трудах писателей и ученых XVIII в. и характеризовалась двумя моментами: интересом к древнему периоду отечественной поэзии и интересом к народному творчеству. Это был период собирания и издания материалов народного творчества: песен, былин, пословиц, поговорок. Начало собирания и издания произведений фольклора связано с именами русских писателей, поэтов, издателей конца XVIII в., чья деятельность носила общепросветительский характер, не будучи связанной с определенной научной системой.
Тем не менее указанные моменты (интерес к древнему периоду литературы и народному творчеству) не определяли специфики научной системы в литературоведении, так как носили слишком общий характер. Если рассматривать эти моменты литературоведческой деятельности (собирание, сличение и обработка текстов, описание и публикация) в рамках академического направления, то они ближе всего к филологической школе, характеризующейся простейшими, элементарными приемами литературоведческой обработки материалов. В таких работах еще не было последовательного применения принципа историзма, но общекультурное значение трудов ученых этого периода, обогащавших науку прежде всего в фактическом отношении, несомненно.
Издаваемые материалы, однако, необходимо было расположить и описать, что требовало определенного осмысления. Возникло, таким образом, стремление к систематизированному изучению художественной литературы, обозначившееся уже в трудах русских писателей XVIII в. М.В. Ломоносова, А.П. Сумарокова, В.К. Тредиаковского, Н.И. Новикова и явившееся как бы преддверием научного литературоведения в России. Систематичность предполагает рассмотрение литературных фактов под углом зрения либо одного (ведущего) научного принципа, либо совокупности, системы принципов (различной степени сложности, зависящей от количества уровней, глубины анализа и широты обобщения). При этом возможна и различная степень обоснованности и упорядоченности явлений литературы. С самого начала литературная наука развивалась, подобно другим наукам, от элементарного к сложному, от фактов и явлений к их связям и взаимосвязям, от изучения связей к доказательству их закономерности.