Термин "координация" в данном случае у Тэна не имеет отношения к общефилософской проблематике, а относится к вопросам мастерства, качества и стиля в искусстве, хотя это и не меняет его субъективной сущности. "Степень координации производимых впечатлений" – это, по мнению Тэна, художественный уровень воплощения характера в произведении, главным образом проявляющийся в его форме, точнее, в единстве формы и содержания. Великие писатели "всегда координируют", утверждает Тэн, имея в виду качество произведения искусства. Степень координации, или, иначе говоря, уровень художественности, изменялась, согласно Тэну, по историческим этапам, порождавшим соответствующие художественные школы.
В период своих первых шагов, утверждает Тэн, "искусство слабо", оно характеризуется объективным "невежеством писателей". А невежественный писатель или художник "не может координировать". Поэтому в таких произведениях, как "Песнь о Роланде", великие чувства в сочетании с неумением передать их приводят к недостаточной координации. Это состояние характеризует периоды "детства" искусства.
Периоды расцвета искусства характеризуются "всеобъемлющей координацией" и находятся в центре литературных эпох. Поэтому, например, произведения Расина отличались гармонией, так как находились в центре литературной эпохи, хотя и псевдоклассической.
Наконец, периоды упадка искусства в конце литературных периодов, "когда слабость чувства низводила искусство на низшую ступень", сближают его по недостаткам "координации" с искусством периода "детства".
Тэн выдвигает перечисленные выше признаки в качестве условий для еще одной классификации литературных произведений. Но каковы же, по его мнению, внутренние условия гармоничности художественных произведений? Полная "координация" достигается гармонией между характером, стилем и действием. Эта "координация" может определиться, помимо исторических, и субъективными причинами. Так, "Бальзак – романист и ученый", "Шекспир – драматург и поэт".
"Координация" первого рода, которой часто не существует в природе, – это изображение характера с его внутренним миром, физическим темпераментом, врожденными или приобретенными способностями.
Вторая группа элементов литературного произведения ("координация" второго рода) – положения и события. "Художник должен согласовать положения с характерами", – говорит Тэн.
И наконец "координация" третьего рода, последний элемент – "стиль", или мастерство, которое Тэн сводит к умению создавать ряд фраз. "Здесь искусство также выше природы", – добавляет он. Тэн считает, что "стиль должен сообразоваться с остальными частями произведения".
Как видно, Тэн по-своему формулирует здесь реалистические принципы художественного изображения. Ссылка его на произведения Шекспира и Бальзака как на образцовые укрепляет эту мысль. Требование согласования характера, обстоятельств, речевых компонентов, т. е. требование художественной типизации, в основном определяет реалистический художественный метод.
Однако историческая классификация художественных ценностей у Тэна в значительной степени произвольна. С одной стороны, он склонен видеть в искусстве греков период "детства", высоко ценит его, а с другой отказывает ему в полноте координации, т. е. в подлинной художественности. С одной стороны, Тэн утверждает мысль о прогрессивном, поступательном развитии искусства, а с другой, – противореча себе же, говорит о "неудовлетворительности нашего искусства" по сравнению с греческим. Недостает историзма Тэну и в оценке таких произведений, как "Песнь о Роланде", вообще народного творчества, а также французского классицизма XVII в.
Принципы оценки художественных произведений лишены у Тэна строгой научной объективности. Это вытекает из слабости его общеметодологических позиций. Что взять в качестве мерила, исходных критериев оценки художественного произведения? Верно говоря о социально-идеологической сущности искусства, Тэн, однако, не использует социально-идеологические критерии оценки степени художественности произведений искусства. Устанавливая особую иерархию и меру ценности для мира фантазии, подобно миру действительности, Тэн основным мерилом для установления места в иерархии и эстетической ценности произведений искусства считает суд над художником приговор, произносимый публикой и знатоками. В суде над художником мнение, являющееся результатом совместных усилий множества разнородных умов, темпераментов и воспитания, само по себе объективно и научно, так как недостатки вкуса отдельной личности восполняются достоинствами вкусов остальных, а постоянное "взаимное исправление ошибок мало-помалу приближает окончательное мнение к истине". Это, если можно так сказать, суд современности. Далее следует "авторитет… решающих суждений, произносимых потомством". "Наконец, помимо этих совпадений инстинктивного вкуса, современные приемы критики присоединяют авторитет науки к авторитету здравого смысла". Как видно, критерии оценки художественности носят у Тэна абстрактный характер.
Итак, социологическая, идеологическая сущность искусства состоит, по Тэну, в отражении и познании "всеопределяющих причин", от которых зависит существование человека, в отражении основных и господствующих начал, которые управляют каждой совокупностью вещей и налагают на них свою печать, вплоть до малейших деталей. Человек должен добывать себе пищу, одеваться, укрываться от непогоды, бороться за свое существование. Для этого он обрабатывает землю, занимается промышленностью и торговлей. Для продолжения своего рода и защиты от внешних врагов он образует семью и государство. В отличие от животных, он "лучше" снабжен продовольствием и лучше защищен. И именно "в этот момент перед ним открывается более высокая жизнь – жизнь созерцания", т. е. возникает искусство. В основу социологии искусства Тэн кладет антропологический принцип, не рассматривая искусство как один из видов идеологии, порожденный определенными общественно-экономическими отношениями людей. Нет у него и классовой дифференциации искусства. Закон возникновения художественного произведения выводится из суммы абстрактных вторичных признаков: художественное произведение определяется "совокупностью общего состояния умов и нравов окружающей среды". Именно эту формулу берут у Тэна, характеризуя его как основоположника культурно-исторической школы в литературоведении.
Взгляды Тэна на сущность прогресса основаны на эволюционной теории и вере в общий прогресс культуры, который он имел возможность наблюдать в современной ему действительности. Залогом развития искусства для него являются три причины, образовавшие "современный дух": 1) "открытия положительных наук"; 2) "прогресс опыта"; 3) совершенствование общественного устройства. Кругозор Тэна-политика иногда суживается до представлений буржуа-обывателя, и, напротив, горизонт его мышления расширяется, когда речь заходит о специфике искусства.
Идеализм в сочетании с научным эклектизмом не позволил Тэну выработать строго научную методологию, хотя его работы по вопросам искусства выгодно отличаются от абстракций философских позитивистов и в то же время в ряде моментов преодолевают ограниченность абстрактной концепции Гегеля.
Тэн, несомненно, прав, говоря о том, что скрытое (т. е. умозрительное. – Л. К.) "согласие" породило "грандиозную метафизику… при Гегеле". Тэн не видит диалектики Гегеля и не владеет ею. Уход Гегеля от конкретной действительности в "метафизику" для него ясен. Не согласен Тэн и с гегелевским положением о деградации искусства. "Не надо… говорить, что в настоящее время искусство иссякло, – утверждает он. – Правда, некоторые школы умерли и не могут более возродиться; некоторые искусства чахнут и будущее, в которое мы вступаем, не сулит благоприятных условий их развития. Но искусство само по себе, состоящее в способности подмечать и воспроизводить главные черты предметов, так же непоколебимо, как цивилизация, первенцем и лучшим созданием которой оно является".
Идеалом же всякого явления вообще Тэн, подобно Гегелю, считает соответствие сущности явления его идее. Таким образом, Тэн колеблется между идеалистическим и материалистическим истолкованием сущности искусства. В чисто теоретическом анализе он допускает идеалистические формулировки и определения, в конкретном анализе он отходит от идеалистических формул, сопоставляя формы искусства с формами жизни.
Г.В. Плеханов говорит об искусствоведах XIX в.: "Никто из них не сомневался в том, что история искусства объясняется историей общества, а некоторые, например Тэн, развивали эту мысль в высшей степени талантливо".
Заслугой Тэна является и то, что в его эстетической системе объект искусства (характерное в человеческой жизни) включен в социальную цепь: народ, эпоха, человек. Правда, в этой системе нет конкретного определения сущности положения человека в обществе, но мысль об общественно-психологическом детерминизме искусства, его эквивалентности национальным и социально-историческим обстоятельствам плодотворна. Анализ предпосылок и источников греческого, итальянского, нидерландского искусства, английской литературы содержит у Тэна богатейший фактический и исторический материал, и это выгодно отличает его труды от нормативных эстетик представителей "чистого искусства", далеких от жизни и, по существу, сводившихся к формально-логическим построениям.