Всего за 350 руб. Купить полную версию
В середине 1820-х гг. вышел последний том многотомной "Истории государства Российского" Карамзина, совершившего свой "подвиг честного человека". Россия впервые обрела прошлое, представленное не в виде исторических анекдотов, отдельных зарисовок фактов и ситуаций, а связное научное изложение исторических судеб народа. Значение этого события для формирования национального менталитета трудно переоценить. Современная русская проза отреагировала на сочинение Карамзина активизацией исторической тематики (романы и повести Загоскина, Лажечникова, Булгарина и др.). Юный Пушкин сочинил в своё время эпиграмму на труд историка. Но зрелый художник отдал заслуженную дань великому историографу, предпослав своему "Борису Годунову" памятное посвящение: "Драгоценной для россиян памяти Николая Михайловича Карамзина сей труд, гением его вдохновенный, с благоговением и благодарностью посвящает Александр Пушкин".
В 1830-е гг. посвятили свои труды и сочинения русской истории Пушкин, Гоголь и Лермонтов. Русская литература приобрела, благодаря им, ценнейшее качество – историзм: воспроизведение фактов и событий прошлого, выявляющее главные тенденции развития русской истории объективно и беспристрастно. В это время были заложены фундаментальные принципы освещения прошлого в художественном произведении. Ссылаясь на записи Л.Н. Толстого, можно утверждать, что корни "Войны и мира" следует искать в 1830-х гг.
Синтез романтических и реалистических подходов поставил русских писателей перед необходимостью осознать, что главной целью художественной литературы является исследование внутреннего мира человека. Первое же русское реалистическое произведение – "Евгений Онегин" – представило читателю историю духовного развития личности от юности до зрелости. Однако долгие годы первому русскому роману в стихах отказывали в психологичности на том основании, что в нём нет прямых описаний внутренних переживаний персонажей, хотя их духовный мир мог быть воссоздан и воссоздавался творческими усилиями читателей, опираясь на слова и поступки героев.
Литературоведение связывает рождение психологизма в русской литературе с романом Лермонтова "Герой нашего времени". Действительно, великие писатели-психологи Л.Н. Толстой и Ф.М. Достоевский напрямую связывали своё творчество с традициями Лермонтова. Это, однако, ничуть не умаляет своеобразной манеры Пушкина, получившей название психологизма без психологии.
В 1830-е гг. русская литература совершила художественные открытия двух психологических типов: маленького человека – Акакий Башмачкин, Самсон Вырин, Макар Девушкин – и "умной ненужности" – Онегин, Печорин, Бельтов. Видоизменяясь, эти два характера проходят фактически через всю русскую словесность XIX века.
Таким образом, три главных достоинства русской художественной литературы – гуманизм, историзм, психологизм – сформировались уже к началу 1840-х гг., подготовив фундамент для будущего расцвета творчества Гончарова и Островского, Тургенева и Лескова, Достоевского и Салтыкова-Щедрина, Л. Толстого и Чехова.
Натуральная школа – это следующая страница русской словесности уже 40-х годов. Белинский предвидел появление этой страницы: "Отличительный характер новейших произведений, вообще, состоит в беспощадной откровенности, в них жизнь является как бы на позор, во всей наготе, во всем её ужасающем безобразии… мы требуем не идеала жизни, а самой жизни как она есть".
Произведения натуральной школы публиковались в журналах "Отечественные записки", "Современник", но главным образом в альманахах "Физиология Петербурга", "Петербургский сборник", "Первое апреля".
Главной темой писателей этого направления была городская жизнь в её вопиющих противоречиях: богатство и нищета, социальная несправедливость. Основные жанры творчества – очерк, рассказ, повесть. Выразительны были уже самые заглавия произведений: "Петербургские углы" Н.А. Некрасова, "Петербургский шарманщик" Д.В. Григоровича. Особой популярностью пользовались физиологические очерки В.И. Даля – составителя известного словаря, печатавшегося под псевдонимами "Казак Луганский", "Петербургский дворник", "Денщик". Галерея обитателей петербургских трущоб дополнялась ещё очерком Н.И. Панаева "Петербургский фельетонист". Физиологический очерк явился своеобразным открытием, впустившим читателя в непривычный для него мир столичного "дна". В поэтике этого жанра важная роль принадлежала детали, отобранной в соответствии с характером и профессией избранного персонажа. Сюжет в физиологическом очерке отсутствовал за ненадобностью: картины и картинки зарисовывались статически.
Не меньше внимания писатели натуральной школы уделяли жизни деревенской усадьбы, предпочитая в этом случае жанр повести: И.С. Тургенев – "Записки охотника"; Д.В. Григорович – "Деревня", "Антон-горемыка"; В.И. Даль – "Хмель, сон и явь"; М.Е. Салтыков-Щедрин – "Противоречия", "Запутанное дело"; В.А. Соллогуб – "Тарантас". Все они сочувствовали крестьянам и были противниками и критиками крепостного права.
Особняком в репертуаре натуральной школы стояла тема женской эмансипации: А.В. Дружинин – "Полинька Сакс",
А.Н. Герцен – "Сорока-воровка", И.С. Тургенев – "Месяц в деревне", Н.А. Некрасов – "В дороге", Н.А. Гончаров – "Обыкновенная история". Далее призывов уважать человеческое достоинство своих героинь писатели, как правило, не шли. Исключение составили Герцен и Некрасов, которые не отделяли проблему женской эмансипации от социальных ситуаций.
Натуральная школа проявила себя в прозе и поэзии, почти не затронув драматургии. Однако она не только закрепила торжество реализма в русской литературе, но и значительно расширила тематику творчества писателей, явившись своего рода подготовительным испытанием для великих талантов, продолживших реалистические традиции своих именитых предшественников.
Проза
Характеризуя новый этап в развитии русской словесности, ещё в 1835 г. Белинский свидетельствовал: "…Вся наша литература превратилась в роман и повесть. Ода, эпическая поэма, баллада, басня, даже так называемая, или, лучше сказать, так называвшаяся романтическая поэма, поэма пушкинская, бывало наводнявшая и потоплявшая нашу литературу, – всё это теперь не больше как воспоминание о каком-то веселом, но давно минувшем времени. Роман всё убил, всё поглотил, а повесть, пришедшая вместе с ним, изгладила даже и следы всего этого, и сам роман с почтением посторонился и дал ей дорогу впереди себя".
1830-е гг. – время рождения большой русской прозы. У её истоков стояли Пушкин, Гоголь, Лермонтов. "Проза требует мысли и мысли", – настаивал Пушкин. Простота, ясность и краткость, по его убеждению, составляют главные художественные достоинства прозы. История русской прозы XIX в. – история борьбы за реализацию этих принципов.
М.Н. Загоскин (1789–1852)
Михаил Николаевич Загоскин родился в Пензенской губернии и происходил из древнего дворянского рода. Не получив основательного образования, молодость свою он посвятил чиновничьей карьере, дослужившись до высоких постов по театральному ведомству. Возможно, это обстоятельство и побудило его попробовать свои силы на драматургическом поприще. Загоскин оказался необыкновенно плодовитым автором. В конце 1810-х – начале 1820-х гг. его комедии, водевили, драмы, хотя и недолго, с успехом шли на сцене. Затем наступил период стихов. Однако в русской литературе Загоскин закрепил за собой место одного из зачинателей исторического романа. Его произведения, как правило, посвящались переломным моментам русской истории и отличались обилием бытовых и этнографических деталей, изображённых на фоне событий – сражений, пиров, сходок, походов и т. п. Загоскин обладал даром живого увлекательного рассказа, был мастером описаний любовной и придворной интриги.
Его первый роман "Юрий Милославский, или Русские в 1612 году" (1829) оказался лучшим. Он понравился широкому кругу читателей – от Пушкина до придворных кругов. Нравился его патриотический пафос, его подлинный историзм, выгодно отличавший его от верноподданнических псевдоисторических сочинений Булгарина, Кукольника, Сенковского и им подобных. События в романе – обе сюжетные линии, любовная и историческая – завершаются благополучным концом. Враги-поляки разгромлены, герой женится на любимой девушке Анастасье.
Показательна дальнейшая судьба романа. Несколько десятилетий "Юрий Милославский…" не исчезал из поля зрения русских читателей самых различных сословий. Последовали многократные его переделки и переложения.
Последующие романы Загоскина – "Рославлев, или Русские в 1812 году" (1831), "Аскольдова могила" (1833), "Русские в начале восемнадцатого столетия" и другие – значительно уступали "Юрию Милославскому…" в художественном отношении. Пушкин решительно не согласился с концепцией загоскинского "Рославлева", осудившего героиню Полину за любовь к пленному французу, и начал писать своего "Рославлева", но оставил его неоконченным.
Загоскин пробовал свои силы также в прозе бытовой и фантастической. Но в истории литературы она заметной роли не сыграла.