Всего за 22.46 руб. Купить полную версию
Уортоны по-прежнему неподвижно стояли у окна и затаив дыхание наблюдали за всеми движениями кавалеристов, которые тем временем подъехали к дому Бёрча, визгом окружили его и сразу же выставили с десяток часовых. Два или три драгуна спешились и скрылись в доке. Через несколько минут они снова появились во дворе с ними была Кэти, и по ее отчаянной жестикуляции можно было понять, что дело шло отнюдь не о пустяках. Разговор со словоохотливой экономкой длился недолго; тут же подошли главнее силы, драгуны передового отряда сели на коней, и все вместе понеслись галопом в сторону "Белых акаций".
До сих пор никто из семейства Уортон не нашел в себе достаточно присутствия духа, чтобы подумать, как спасти капитана; только теперь, когда беда неминуемо надвигалась и нельзя было медлить, все начали поспешно предлагать разные способы укрыть его, но молодой человек с презрением отверг их, считая для себя унизительными. Уйти в лес, примыкавший к задней стороне дома, было поздно - капитана не преминули бы заметить, и конные солдаты несомненно догнали бы его.
Наконец сестры дрожащими руками натянули на него парик и все прочие принадлежности маскарадного костюма, бывшие на нем, когда он пришел в дом отца. Цезарь на всякий случай хранил их под рукой.
Не успели наскоро покончить с переодеванием, как по фруктовому саду и по лужайке перед коттеджем рассыпались драгуны, прискакавшие с быстротой ветра; теперь и дом мистера Уортона был окружен.
Членам семейства Уортон оставалось только приложить все усилия, чтобы спокойно встретить предстоящий допрос. Кавалерийский офицер соскочил с коня и в сопровождении двух солдат направился к входной двери. Цезарь медленно, с большой неохотой открыл ее. Следуя за слугой, драгун направился в гостиную; он подходил все ближе и ближе, и звук его тяжелых шагов все громче, отдавался в ушах женщин, кровь отливала от их лиц, а холод так сжимал им сердце, что они едва не потеряли сознание.
В комнату вошел мужчина исполинского роста, который говорил о его недюжинной силе. Он снял шляпу и поклонился с любезностью, никак не вязавшейся с его внешностью. Густые черные волосы в беспорядке падали на лоб, хотя и были посыпаны пудрой по моде того времени, а лицо почти закрывали уродовавшие его усы. Однако его глаза, хотя и пронизывающие, не были злыми, а голос, правда низкий и мощный, казался приятным.
Когда он вошел, Френсис осмелилась украдкой посмотреть на него и сразу догадалась, что это тот самый человек, от чьей прозорливости их так настойчиво предостерегал Гарви Бёрч.
- Вам нечего бояться, сударыни, - после короткого молчания сказал офицер, оглядев окружавшие его бледные лица. - Мне надо задать вам лишь несколько вопросов, и, если вы на них ответите, я немедленно покину ваш дом.
- А что это за вопросы? - пробормотал мистер Уортон, поднявшись с места и с волнением ожидая ответа.
- Останавливался ли у вас во время бури посторонний джентльмен? - продолжал драгун, в какой-то степени и сам разделяя явное беспокойство главы семьи.
- Этот джентльмен… вот этот… находился с нами, во время дождя и еще не уехал.
- Этот джентльмен! - повторил драгун и повернулся, к капитану Уортону. Несколько секунд он разглядывал капитана, и тревога на его лице сменилась усмешкой. С комической важностью драгун подошел к молодому человеку и, низко ему поклонившись, продолжал:
- Сочувствую вам, сэр, вы, наверное, жестоко простудили голову?
- Я? - с изумлением воскликнул капитан. - Я и не думал простужать голову.
- Значит, мне показалось. Я так решил, увидев, что вы покрыли такие красивые черные кудри безобразным старым париком. Извините меня, пожалуйста.
Мистер Уортон громко застонал, а дамы, не зная, что, собственно, известно драгуну, в страхе застыли на месте.
Капитан невольно протянул руку к голове и обнаружил, что сестры в панике убрали под парик не все его волосы. Драгун все еще с улыбкой смотрел на него. Наконец, приняв серьезный вид, он обратился к мистеру Уортону;
- Значит, сэр, надо понимать, что на этой неделе у вас не останавливался некий мистер Харпер?
- Мистер Харпер? - отозвался мистер Уортон, почувствовав, что с души у него свалилась огромная тяжесть. - Да, был… я совсем позабыл о нем. Но он уехал, и, если его личность чем-нибудь подозрительна, мы ничем но можем вам помочь - мы ничего о нем не знаем, он мне совершенно не знаком.
- Пусть его личность вас не беспокоит, - сухо заметил драгун. - Так, значит, он уехал… Как… когда и куда?
- Он уехал так же, как и явился, - ответил мистер Уортона, успокоенный словами драгуна. - Верхом, вчера вечером, и отправился по северной дороге.
Офицер слушал с глубоким вниманием. Его лицо осветилось довольной улыбкой, и, как только мистер Уортон замолчал, он повернулся на каблуках и вышел из комнаты. На этом основании Уортоны решили, что драгун собирается продолжать поиски мистера Харпера. Они увидели, как он появился на лужайке, где между ним и его двумя подчиненными завязался оживленный и, по-видимому, приятный разговор. Вскоре нескольким кавалеристам был отдан какой-то приказ, и они во весь опор разными дорогами умчались из долины.
Уортонам, с напряженным интересом следившим за этой сценой, не пришлось долго томиться в неизвестности - тяжелые шаги драгуна возвестили о том, что он возвращается. Войдя в комнату, он снова вежливо поклонился и, приблизившись к капитану Уортону, как прежде, с комической важностью сказал:
- Теперь, когда моя главная задача выполнена, я хотел бы, с вашего позволения, разглядеть ваш парик.
Английский офицер неторопливо снял с головы парик, протянул драгуну и, подражая его тону, заметил:
- Надеюсь, сэр, он вам понравился?
- Не могу этого сказать, не погрешив против истины, - ответил драгун. - Я отдал бы предпочтение вашим черным как смоль кудрям, с которых вы так тщательно стряхнули пудру. А эта широкая черная повязка, наверное, прикрывает ужасную рану?
- Вы, видимо, тонкий наблюдатель, сэр. Что ж, судите сами, - сказал Генри, сняв шелковую повязку и открыв ничуть не поврежденную щеку.
- Честное слово, вы хорошеете на глазах! - невозмутимо продолжал драгун. - Если бы мне удалось убедить вас сменить этот ветхий сюртук на великолепный синий, который лежит рядом на стуле, я был бы свидетелем самого приятного из всех превращений с той поры, как сам превратился из лейтенанта в капитана.
Генри Уортон очень спокойно сделал то, о чем его просили, и перед драгуном предстал очень красивый, изящно одетый молодой человек.
Драгун с минуту смотрел на него с присущей ему насмешливостью, потом сказал:
- Вот и новое лицо на сцене. Обычно в таких случаях незнакомые люди представляются друг другу. Я - капитан Лоутон из виргинской кавалерии.
- А я, сэр, капитан Уортон из шестидесятого пехотного полка его величества, - сухо поклонившись, сказал Генри, к которому вернулась его обычная уверенная манера держаться.
Выражение лица капитана Лоутона мгновенно изменилось, от его напускного чудачества не осталось и следа. Он посмотрел на капитана Уортона, который стоял выпрямившись, с надменностью, говорившей, что он не намерен больше таиться, и самым серьезным тоном промолвил:
- Капитан Уортон, мне жаль вас от всей души!
- Если вам его жаль, - в отчаянии воскликнул старый Уортон, - так зачем его преследовать, дорогой сэр! Он не шпион, только желание повидаться с близкими заставило его изменить свой внешний вид и уйти так далеко от своего полка в регулярной армии. Оставьте его с нами! Я с радостью вознагражу вас, я заплачу любые деньги!
- Сэр, только беспокойство за сына может извинить ваши слова, - высокомерно сказал капитан Лоутон. - Вы забыли, что я виргинец и джентльмен! - Обратившись к молодому человеку, он продолжал:
- А вы, капитан Уортон, разве не знали, что наши пикеты уже несколько дней стоят здесь, на юге долины?
- Я узнал об этом, только когда поравнялся с ними, но уже было поздно возвращаться, - хмуро ответил молодой человек. - Я пришел сюда, как сказал отец, чтобы повидаться с родными; я думал, что ваши части стоят у Пикскилла, невдалеке от нагорья, иначе он не отважился бы на такой поступок.
- Возможно, что все это истинная правда, но дело Андре заставляет нас быть настороже. Когда в предательстве замешано командование, защитники свободы обязаны быть бдительными, капитан Уортон.
В ответ на это замечание Генри молча поклонился, а Сара решилась сказать несколько слов в защиту брата. Драгунский офицер учтиво, даже сочувственно выслушал ее и, чтобы избежать бесполезных и неприятных для него просьб, успокоительно сказал:
- Я не командир отряда, сударыня. Майор Данвуди решит, как поступить с вашим братом; при любых обстоятельствах с ним обойдутся вежливо и мягко.
- Данвуди! - воскликнула Френсис, и бледность сменилась румянцем на ее испуганном лице. - Слава богу, значит, Генри спасен!
Капитан Лоутон смотрел на нее со смешанным выражением восхищения и сострадания, потом, недоверчиво покачав головой, добавил:
- Будем надеяться. С вашего разрешения, предоставим ему разобраться в этом деле.
Еще недавно бледное от беспокойства лицо Френсис засияло надеждой. Мучительный страх за брата уменьшился, но все же ее бросало в дрожь, она дышала часто и прерывисто, ею овладело необычайное волнение. Она подняла взгляд от пола, посмотрела на драгуна и тут же опять уставилась на ковер - она явно хотела что-то сказать, но не находила в себе силы вымолвить слово. Мисс. Пейтон внимательно наблюдала за племянницей. Держась с большим достоинством, она спросила: