Сразу после окончания школы вас отправили в Болгарию, на базу, где развернута одна из экспедиционных групп IRS. Мы обязательно поговорим с вами о том, зачем IRS понадобились такие группы, но уже потом. Прибыв на место, вы почти что сразу связались с Бульдогом, которого знали раньше и позавчера перелетели на эту базу. При этом вы... если уж называть вещи своими именами... угнали штурмовик А-10, принадлежащий IRS. Все правильно?
Сейчас вы ищете работу наемника-штурмовика. Но у группы "Эвенджерс" свободных вакансий нет. Поэтому мы все и здесь - ваш знакомый Бульдог пригласил нас на вас посмотреть. Один из нас, как вы, конечно, поняли, уже решил, что все это его не интересует.
- Кроме меня, - сказал Мидоуз. - Вы сами видите, что я не летчик и нанимать вас не собираюсь. У меня просто есть к вам несколько вопросов.
- Да, кстати, - сказал Санберн. - О вопросах. Вопросов у нас у всех много. Вопросы будут касаться и IRS. Причем такие, на которые отвечать вам, скорее всего, было запрещено. Сами понимаете, если вас действительно интересует карьера в Дипломатических силах Турции, отвечать придется на каждый вопрос. Подчеркиваю, на каждый.
Скайларк пожала плечами:
- Разумеется.
- Потому что, если уж честно, мы вам пока что не очень доверяем.
- Еще бы.
- Прекрасно.
- Может, выпьем? - спросил Бульдог.
- Наливай. Итак, первый вопрос. Самый, самый очевидный. Вам его уже задавали, но все же. Почему вы решили покинуть IRS? Да еще и таким... нетрадиционным образом?
Рэйзорбэк, командир группы "Паладинс", курил сигары.
Вот и сейчас, когда Санберн зашел к нему в кабинет - кабинетом была выгородка в ангаре, почти таком же, как и на базе "Эвенджерс" - то первое, что почувствовал, был запах сигарного дыма.
- Давай, рассказывай, - сказал Рэйзорбэк и сдвинул в сторону на столе кипу объемистых каталогов "Росвооружения". На образовавшееся свободное место Санберн аккуратно положил карманный диктофон и "Кольт". Рэйзорбэк взял пистолет, неторопливо извлек магазин, передернул затвор, аккуратно выбросив патрон на стол и щелкнул курком в окно, куда-то в звездную турецкую ночь. Потом убрал и диктофон, и оружие в сейф и повторил:
- Давай, рассказывай.
Санберн пожал плечами:
- Все, как и предполагалось. Единственное что - я не ожидал, что у нее настолько высокая квалификация. Терминатор какой-то, ей-богу. Вообще не промахивается.
- Да? Ну ладно. Как считаешь, она хоть правду говорит?
Санберн пожал плечами:
- Не вижу, почему нет.
- Ты действительно считаешь, что она пошла в IRS только для того, чтобы научиться пилотировать штурмовик?
- А что? В нашем деле такого еще не бывало, да. Но военнопленный, который идет в коллаборационисты только для того, чтобы получить оружие и тут же перебежать к партизанам - дело обычное. Я о таком в книжках сколько раз читал.
- Мы, по-твоему, партизаны?
- Она считает, что да, что-то в этом роде. Мы, Дипломатические силы - единственные, кто бьет IRS с воздуха. Иногда. Тем более, она из Южной Дакоты. Там IRS любят... сам знаешь, как.
- Абердин.
- Да, Абердин. Она там родилась, заметь.
- А, тогда ясно. Ну ладно. Сам понимаешь, мало ли что она рассказывает. Ведь не проверишь. Угнала боевой самолет...
- Это по нынешним временам и вообще запросто. Их даже из Советского Союза угоняли. А уж сейчас... Странно, что я сам ни разу ничего не угонял.
- То есть, в общем ты ей веришь.
- В общем - да. Никаких явных противоречий не вижу. Все вполне правдоподобно.
- Замечательно, замечательно. Ну и что мы с ней будем делать?
Санберн молчал, оглядывая стол Рэйзорбэка. Каталоги, три маленькие модели истребителей на своих местах: впереди командирский F-16, за ним машина Санберна, потом МиГ-29 Кондора. Место штурмовика пустовало. Рядом стоял маленький флажок Израиля и его карта в черной траурной рамке, словно фотография умершего родственника.
- Твое мнение? А, лейтенант?
- Мое мнение? Не будем умничать. Перебежчиков, обычно, вяжут кровью, - ответил, наконец, Санберн.
- То есть, ты уже определился. Мы ее берем. Так ты считаешь.
- Да. Считай, что это мне интуиция подсказывает. Берем и поручаем небольшое такое задание, на один штурмовик.
- А прикрывать штурмовик кто будет?
- Я, конечно.
- Берешься?
- Как сказал один известный военный летчик, ты, паразит, лично будешь отвечать за тех, кого приручил.
У Рэйзорбэка погасла сигара. Он чиркнул спичкой и сказал:
- Никак я не пойму, где в тебе циник начинается... - и несколько раз пыхнул дымом, - ...и где он заканчивается.
- Везде.
- Везде... Ладно. Будешь смеяться, но подходящий контракт на горизонте есть. Как раз такой, как надо. Даже странно. Брать я его не хотел, очень уж срочный, торопиться не люблю, но раз такое дело...
- Тогда у меня все.
- Спать идешь?
- Повидаю Мэри Джейн, а потом и спать, - Санберн встал. Рэйзорбэк махнул сигарой:
- Спокойной ночи.
Мэри Джейн спала; ей не мешал яркий свет. Санберн немного постоял в дверях ангара, а потом медленно подошел ближе.
Они знали друг друга уже два года, но Санберн все равно любовался ей - если было время. Ее изящным развалом килей, тонкими, резкими линиями воздухозаборников, мощными, красивыми крыльевыми наплывами, хищными штрихами одиннадцати пилонов под крыльями и фюзеляжем.
Он помнил, как при бомбардировке на малой высоте одна из бомб сработала слишком быстро, их встряхнуло и Санберну показалось, что Мэри Джейн вскрикнула от боли - уже на земле он увидел, что ее стабилизаторы посечены мелкими осколками.
Он помнил ее страх - скорости уже не оставалось, "Игл" на хвосте присаживался, подбирался, словно тигр перед броском, готовясь дать пушечную очередь, и Санберну казалось, что это не он, а Мэри Джейн сжимает ему ладонь дрожащей ручкой управления... Потом вдруг вспух черно-красный клуб разрыва и "Иглу" словно невидимым ножом снесло половину крыла, а мимо с грохотом проскочил МиГ-29 Кондора - очень рискованный ракетный пуск, но его Р-73 сделала свое дело точно.
А один раз боялся уже он: Мэри Джейн отвечала на каждое его движение удивительно послушно, но Санберн знал, что легкость эта берется от пустоты в топливных баках. До аэродрома было далеко, а Мэри Джейн подбадривала его цифрами расхода и остатка: все у нас получится. И ведь получилось, Санберн тогда как раз успел заглушить двигатели уже на рулении, чтобы не остановились сами.
Два года.
Санберн обошел вокруг машины, легонько прикоснувшись к металлу носовой стойки шасси, глянул на борт, где ниже фонаря кабины стояла крупная надпись русскими буквами:
МЭРИ ДЖЕЙН
Фонарь был открыт; над кабиной склонились двое техников и что-то делали.
- Как там дела? - окликнул их Санберн.
- Через пару часов закончим, сэр. Уже почти все.
- Как двигатели?
- Порядок, - и техник махнул рукой в сторону. Там, у стены ангара, на тележках стояли два двигателя F414, отработавшие свой ресурс. Мэри Джейн получила новые.
- Ладно, - сказал Санберн, - удач.
Он еще раз прикоснулся к шасси Мэри Джейн и пошел спать.
Прикосновение
Утром в кабинете Рэйзорбэка было прохладно, но кондиционер все равно уже работал. "Создаю запас холода на день" - так говорил Рэйзорбэк и был прав: если не включить эту штуковину с утра, днем, как она ни работай, под железной крышей будет парилка. Проверено.
Солнце уже взошло, но в кабинете стоял полумрак. На белой стене светилась зелено-голубая проекция карты: Турция, Черное море, Болгария. По карте был проложен изломанный маршрут: Стамбул, на север, потом излом и не слишком глубокий заход на болгарскую территорию. Поворотные пункты маршрута отмечались кружками, но тот, что был в Болгарии, обозначался красивым перевернутым треугольником. Цель.
За столом, рядом с проектором, сидели Рэйзорбэк, Скайларк и Санберн.
- Я повторюсь. Мы такие контракты называем "короткими", - говорил Рэйзорбэк. - Обычно для работы приходится летать по всяким Африкам и Америкам, застревать там на недели, всякое такое. Но этот вылет всего один, прямо отсюда. Небольшой такой. Теперь, мисс, вы знаете, как ставятся такие задания. Вопросы?
- Я просто повторю, если можно, - сказала Скайларк.
- Конечно.
- Наш нынешний заказчик - болгарская армия. Она продает IRS партию из пятнадцати БМП-3, хочет получить деньги, но по каким-то своим причинам не желает, чтобы IRS получила товар...
Санберн следил за ней - но когда она произносила "IRS", в ее голосе решительно ничего не менялось. То ли Скайларк очень хорошо контролировала себя, то ли ей действительно было все равно. А может быть (и Санберн все больше склонялся именно к такому мнению) она с самого начала, от природы, была слишком хорошим профессионалом. Все, что не относилось к технической стороне дела, отбрасывалось само. О морали, судьбах человечества и прочих важных вещах можно подумать и потом.
- ...Поэтому мы получили время и место: вот здесь колонна БМП-3 останавливается и меняет хозяев. Стоять она будет, ориентировочно, двадцать-тридцать минут, точнее сказать невозможно. БМП должны быть проверены и дозаправлены для дальнейшего марша. Кроме того, возможно, некоторые из них получат боекомплект. Как минимум три БМП должны передаваться уже в полностью вооруженном виде. Именно поэтому необходим удар с воздуха. Атаки диверсионных групп будут слишком рискованны.