Джеймс Купер - Зверобой стр 11.

– Пирога, – коротко произнес он одними губами.

– Да, – подтвердила Джудит, вглядываясь в темень. – И в ней человеческая фигура во весь рост.

– Я могу взять на мушку гребца, это не сложно, – прошептал Зверобой. – Но если он не прячется на дне лодки, то почему бы не окликнуть его? Эй, там, на пироге! Бросай весло! Если ты подплывешь ближе, я буду вынужден стрелять…

– Тогда вы убьете беззащитную девушку, – ответил дрожащий женский голос, – и вряд ли Господь вам это простит! Ступайте своей дорогой, а мне позвольте идти моей.

– Хэтти?! – испуганно воскликнула старшая сестра. – Вернись сейчас же!

– Что это означает, Джудит? – встревожился Зверобой. – Почему Хэтти отвязала лодку и куда она плывет?

– Бедная девочка! Видно, она по неразумию решила, что сама сумеет спасти отца и Непоседу, о котором грезит во сне и наяву.

– Ирокезов ей не перехитрить, мы только потеряем одну из лодок…

– Боюсь, что так. Что же делать? Хэтти не послушает меня – упряма, как ребенок, и так же наивна. Может, попробуем догнать и остановить ее?

Однако попытка развернуть громоздкую баржу и на веслах настичь пирогу успеха не принесла. Очертания лодки и смутная хрупкая фигура девушки постепенно истаяли в ночном сумраке.

Джудит была в отчаянии, однако Зверобой настаивал на том, чтобы как можно быстрее вернуться в крепость Тома Хаттера.

Глава 9

К сожалению, Джудит лучше кого-либо знала непредсказуемый характер своей младшей сестры.

Хэтти понадобилось больше часа, чтобы добраться до мыса, – в темноте она гребла не так уверенно, да и расстояние было порядочным.

Выйдя на песчаный берег, Хэтти с силой оттолкнула пирогу, понадеявшись, что подхваченная течением лодка сама приплывет к замку.

"Вот и хорошо, – подумала девушка. – Когда я найду их, то прямо обращусь к главному вождю… и я скажу ему, что человек обязан платить добром за зло. Так написано в Библии…"

Выбравшись из зарослей кустарника, Хэтти бесстрашно вступила в лес. В темноте она не раз падала, то взбираясь на склоны, то вновь спускаясь к воде. Хэтти шла наугад, время от времени останавливаясь и прислушиваясь: вдруг послышится журчание ручья, который приведет ее к лесному роднику, где, по словам отца, разбит главный лагерь мингов.

Так прошло более двух часов, дыхание девушки сбилось, ноги были изодраны до крови колючей травой. В конце концов она устала и опустилась на землю, чтобы хоть немного передохнуть. Собрав ворох сухих листьев, Хэтти улеглась на него, укрылась шерстяной шалью и мгновенно уснула, словно находилась не в совершенно дикой местности, а в спальне под крышей родного дома.

Когда же первые лучи солнца окрасили верхушки могучих сосен, Хэтти, потянувшись в дремоте, наткнулась рукой на что-то теплое и пушистое и, улыбнувшись сквозь сон, пробормотала: "Джудит…" И тут же ее разбудило фырканье, сопение и недовольное урчание – от нее стремглав откатился темный шар, разбрасывая листья и ломая ветки. Окончательно проснувшись, девушка увидела медвежонка – детеныша обычных бурых американских медведей.

Зверь стоял на задних лапах и с бесстрашным любопытством разглядывал девушку. Хэтти собралась было подозвать к себе медвежонка и приласкать, но низкое рассерженное рычание остановило ее вполне безобидный порыв. У поваленного ветром старого дуплистого дерева, давшего приют пчелиному рою, переминаясь с лапы на лапу и подозрительно косясь в ее сторону, стояла огромная медведица. Рядом копошилась еще парочка медвежат. Все семейство лакомилось медом и не хотело, чтобы им кто-либо мешал.

Хэтти даже не пришло в голову бежать, а разбудивший ее на заре медвежонок послушно покосолапил к матери. Вспомнив о цели своего похода, Хэтти мгновенно вскочила и продолжила путь. К ее удивлению, медведица последовала за ней, держась позади на небольшом расстоянии. Так, под конвоем медвежьего семейства, девушка прошла около мили, пока не наткнулась на широкий прозрачный ручей, впадавший в озеро. Умывшись и утолив жажду, она начала подниматься вверх по ручью – по-прежнему в обществе лесных приятелей.

Внезапно, втянув в себя воздух, медведица настороженно замерла, тихим урчанием подозвала к себе детенышей и мгновенно скрылась между стволами. Хэтти весело помахала семейству вслед, а когда отвернулась, чтобы продолжить путь, чья-то легкая рука легла на ее плечо, как бы бережно удерживая.

– Куда ты идешь? – послышался из гущи кустарника тревожный возглас. – Остановись! Злой воин, ирокез – здесь везде! Белой скво туда нельзя…

Хэтти, удивленная ничуть не больше, чем при встрече с мохнатыми обитателями прибрежного леса, обернулась. Перед ней стояла молодая индианка. Нежное, со смуглым румянцем лицо девушки обрамляли черные как смоль блестящие волосы, заплетенные в две косы, ниспадающие на высокую грудь; одета она была в миткалевую мантилью и юбку, обшитую золотым позументом, на ногах – легкие мокасины из оленьей замши. Наряд дополняли многочисленные украшения на руках и шее. В сдержанной улыбке блеснули ровные жемчужные зубы, и мягкий голос, похожий на вздох ночного ветра, произнес:

– Не бойся меня! Я делаварка – пленница мингов. Мое имя Уа-та-Уа. Как ты сюда попала и куда держишь путь?

Простодушная Хэтти тут же поведала индианке о своих намерениях. Она была настолько поглощена своим планом освобождения отца и Гарри Марча из плена, что начисто позабыла рассказ охотника о невесте Чингачгука.

– Так это твой отец, белый старик, устроил такой переполох в индейском лагере? – черные глаза Уа-та-уа блеснули насмешливо и гордо.

– Да, это он, – скорбно прошептала Хэтти.

– Но ведь он не безбородый мальчишка и должен знать – у ирокезов есть ружья, томагавки и ножи. Этой ночью он ворвался в мой вигвам, схватил за косы и пытался завладеть моим скальпом…

– Неужели мой отец… – в ужасе воскликнула Хэтти.

– Тише, не шуми! – делаварка настороженно огляделась. – Не дело белым людям охотиться за скальпами. Это не их обычай. Я знаю одного охотника по имени Зверобой, ему бы и в голову не пришло…

– Ты знакома со Зверобоем? – горячо перебила Хэтти. – Сейчас он здесь, в нашем плавучем доме на озере. Вместе с моей старшей сестрой Джудит и делаваром по имени Великий Змей… Я сбежала от них. – Девушка потупилась и не заметила, как вспыхнуло лицо Уа-та-Уа.

– Чингачгук здесь?.. О, добрая белая скво, не говори ирокезам ни слова о Великом Змее! Как твое имя? Хэт-ти?.. – Индианка сделала порывистое движение обнять Хэтти Хаттер. – У меня нет здесь подруги, чтобы открыть ей свое сердце! Но не сейчас, нет… потом я все тебе расскажу… Сначала ты поделись своей тайной – ведь, кроме отца и сестры, у тебя есть еще и брат? Я видела его связанным. Почему ты не говоришь о брате, а только об отце?

– У меня нет брата, он умер много лет назад, – проговорила Хэтти. – Но Гарри… он… он мне ближе, чем брат… – Девушка смутилась от собственной нечаянной откровенности. – Иногда мне кажется, что я не сдержу себя, когда Гарри приходит на озеро, и скажу о своих чувствах, но признаюсь тебе, Уа-та-Уа, – если бы он об этом вдруг узнал, я ушла бы в чащу и там умерла…

– Почему он не спросит мою подругу Хэтти? С виду такой сильный и храбрый, а ведет себя как трусливый кролик! Бледнолицый воин должен сам сказать девушке, что он хочет сделать ее своей женой, иначе она никогда не сможет стать хозяйкой в его вигваме.

– Непоседа не хочет брать меня в жены. Этого никогда не будет, – обреченно проговорила Хэтти. – Он любит другую…

Достаточно было одного взгляда на смущенное и несчастное лицо молодой девушки, чтобы делаварка поняла все, – жалость, нежность и восхищение одновременно вспыхнули в ее сердце. Стремительно вскочив на ноги, Уа-та-Уа объявила, что они с Хэтти немедленно отправляются в ирокезский лагерь. Она уверена, что ни один краснокожий не сможет причинить зла ее новой подруге, – против безрассудной смелости, искренности и наивной доброты бессильно даже оружие.

Хэтти бесстрашно последовала за индианкой. Единственное, чего она хотела, – поскорее добраться до стоянки, а враждебного приема у дикарей она не страшилась…