Глава 43
- Дело касается ваших западных земель, - перекрывая гул возбужденных голосов, прокричал я.
- Кто это говорит? - спросил Болдуин, явно недовольный таким вмешательством.
- Рыцарь, ваша светлость, - ответил я, пробиваясь вперед. - Я с отрядом совершил вылазку и разграбил и сжег все деревни ваших врагов на западе.
Болдуин поднялся и повернулся к сенешалю.
- Но у нас нет никаких врагов на западе…
Я выступил из толпы.
- Простите, мой господин, но теперь они есть.
По огромному залу медленно, нерешительно прокатился смех. Он стал громче, когда шутку поняли.
- Это шут, - услышал я чей-то голос. - Представление.
Болдуин недовольно поморщился и шагнул ко мне. От его пронзительного ледяного взгляда у меня похолодело в груди.
- Кто ты, шут? Кто позволил тебе говорить?
- Меня зовут Хью. Из Боре. - Я поклонился. - Учился у Норберта, знаменитого в тамошних местах шута. Мне стало известно, что при вашем дворе давно не слышно смеха.
- Смеха? При моем дворе? - Болдуин прищурился, не понимая, что происходит. - Ты, видно, дурак от рождения, этого у тебя не отнять. Значит, ты проделал столь долгий путь из большого города для того только, чтобы развлечь нас?
- Именно так, ваша светлость.
Я снова поклонился. Наступил решающий момент.
- Что ж, в таком случае… зря старался. У нас уже есть шут. Не так ли, Палимпост?
Палимпост вскочил - старик со всклокоченными седыми волосами, кривой ногой и толстыми, как будто вывернутыми губами. Вид у него был такой, словно его только что разбудили.
- При всем уважении, - сказал я, выходя на середину зала и обращаясь уже ко всему двору, - ходят слухи, что Палимпост и пьяницу не рассмешит. Что он потерял хватку. Проверьте меня. Испытайте. Выслушайте. Останетесь недовольны - я уйду.
- Эй, парень бросает тебе вызов, - усмехнулся герцог, взглянув на старика.
- Прикажите схватить его, мой господин, - забеспокоился шут. - Не слушайте. Он пришел сюда не с добром, а чтобы учинить волнения в ваших владениях.
- Если меня что и волнует, мой сонный дурак, то только твоя тупость. Возможно, парень прав. Посмотрим, что он принес из Боре.
Болдуин сошел с возвышения и направился ко мне.
- Рассмеши нас, и мы подумаем о твоем будущем. Не сумеешь - будешь развлекать крыс в нашей темнице.
- Это справедливо, мой господин, - согласился я, склоняя голову. - Я вас рассмешу.
Глава 44
Я стоял в центре огромного зала. Десятки глаз смотрели на меня.
В группе рыцарей я заметил Норкросса, кастеляна герцога. И хотя он не смотрел на меня, все во мне говорило, что именно этот человек убил моего сына.
- Вы, конечно, слышали историю о корове из Амьена, - прокаркал я, подражая Норберту.
Зрители, переглядываясь, качали головами.
- Нет, не слышали, - крикнул кто-то. - Расскажи нам, шут.
- У двух крестьян было одно денье на двоих, - начал я. - Желая разбогатеть, они решили купить корову, чтобы продавать потом молоко. Как всем известно, самые лучшие коровы - это амьенские коровы. Туда они и отправились. Купили самую лучшую из тех, что можно купить за денье, и вернулись домой. Молока было много, и крестьяне продавали его каждое утро. Проходит какое-то время, и один говорит: "Если случить нашу корову, то их у нас будет две, и молока мы будем получать вдвое больше, а значит, и денег тоже". Пошли они по деревне и нашли самого лучшего быка.
Я оглядел зал. Слушали меня внимательно, многие улыбались… рыцари, придворные дамы, даже сам герцог.
Я заинтересовал их. Я заставил их слушать меня.
- В назначенный для случки день корову привели к быку. Он попытался взять ее сзади, но корова увернулась. Тогда бык зашел слева. Корова повернула зад вправо. Он зашел справа - корова повернулась влево.
Взгляд мой отыскал среди слушателей привлекательную даму, и я подошел к ней. Улыбнулся и покрутил собственным задом. Толпа загудела от восторга.
- Как они ни старались, ничего не получалось. Корова из Амьена никак не желала уступать быку. Впору было отчаяться, но крестьянам не хотелось расставаться с мечтой стать богачами. Подумав, они отправились за советом к самому умному во всем герцогстве человеку, мудрейшему из рыцарей, знающему ответ на любой вопрос.
Я заметил, что даже Норкросс следит за моим повествованием, и направился к нему.
- В общем, к такому, как ты, рыцарь.
В толпе засмеялись.
- Вот тут ты ошибаешься, - расхохотался Болдуин. - Если нужны мозги, их лучше поискать в другом месте.
- Мне приходилось об этом слышать. - Я отвесил герцогу поклон. - Но для моей истории сгодится и он.
Норкросс нахмурился, побагровел и наградил меня сердитым взглядом.
- Итак, пришли крестьяне к этому мудрейшему из рыцарей и изложили ему свой случай. Как быть с коровой? Что делать?
Подумал рыцарь и спрашивает: "Так вы говорите, что когда бык заходит слева, корова поворачивается вправо? А когда он подходит справа, она крутит задом в другую сторону?"
Крестьяне подтвердили, что да, так и есть.
Подумал рыцарь и говорит: "Я не знаю, как вам помочь, но знаю другое. Ваша корова из Амьена?"
Удивленные такой проницательностью, крестьяне закивали: "Да, да, из Амьена. Но вы-то откуда это узнали?"
Я вернулся к Норкроссу и уселся на стол, за которым сидел он.
"Дело в том, - ответил мудрый рыцарь, - что моя жена тоже из Амьена".
Зал разразился хохотом. Рыцари, герцог, дамы - все смеялись. Кроме Норкросса. А потом меня наградили аплодисментами. Болдуин даже встал с кресла и, подойдя, похлопал меня по спине.
- Забавно, забавно. У тебя есть и другие такие истории?
- Много, - ответил я.
И, желая показать, что этим мои таланты не исчерпываются, сделал сальто вперед и назад. Толпа ахнула.
- Что ж, должно быть, в Боре живется весело. Можешь остаться в замке. Ты принят.
Я вскинул руки, и присутствующие снова захлопали. Знали бы они, каково стоять рядом с теми, кого поклялся убить.
- Палимпост, с сего дня ты отставлен, - объявил герцог. - Покажи новому шуту свое место.
- Отставлен? Но я не хочу уходить, мой господин. Разве я не служил вам верой и правдой?
- Этого мало, дурак. Ладно, ты не отставлен. Я даю тебе новую работу. На кладбище. Посмотрим, сможешь ли ты развеселить тамошнюю публику.
Глава 45
Через два дня Болдуин объявил о намерении устроить большой пир с приглашением графов, рыцарей и прочей местной знати. Герцог знал, как распорядиться трудами бедных вилланов и сервов.
Управляющий передал мне поручение своего господина как следует подготовиться к празднеству, на котором я должен был предстать в роли главного забавника. Жена Болдуина, Элоиза, прослышав о моем триумфе, также выразила желание увидеть нового шута.
Мое первое настоящее испытание!
В назначенный день весь замок гудел, как растревоженный улей. Целая армия слуг, одетых по случаю торжественного события в пурпурно-белые туники, занималась тем, что расставляла на столах лучшую посуду и красивые подсвечники. На лужайке распевали менестрели, камины загружались поленьями, из кухни доносились соблазнительные ароматы: там жарили гусей, поросят и баранов.
Я провел весь день в подготовке к дебюту. Приближалось время первого выхода, первого настоящего выступления, от которого зависело слишком многое. Я жонглировал, кувыркался, вертел посох и повторял лучшие истории и шутки.
И вот наступил вечер. Нервничая, как жених перед брачной ночью, я направился к большому залу. Четыре длинных стола заполняли почти все свободное пространство; каждый был застелен тонкой льняной скатертью, на каждом красовались изящные подсвечники с выгравированным на них гербом герцога.
Прибывающих гостей встречали пением труб. Я подскакивал к каждому и объявлял его имя, добавляя тот или иной забавный эпитет.
- Его непристойность, герцог Луарский, и его очаровательная племянница… э… супруга, госпожа Кати.
Главным было пройтись по мужу и сказать приятное жене, какой бы простушкой она ни была. Все знали об этом и подыгрывали.
Только после того как все гости расселись по местам и зал наполнился, появился хозяин замка с супругой. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять - герцог женился не ради красоты. Пара прошествовала через зал, причем Болдуин вел себя совершенно непринужденно, обнимаясь с одними гостями и перебрасываясь шутками с другими. Элоиза раздавала реверансы и принимала похвалы. Они заняли место во главе самого большого стола.
Выждав, пока все рассядутся, Болдуин поднялся и взял кубок.
- Приветствую всех. Сегодня будем веселиться. Двор обогатился новым стадом, а из Боре прибыл новый шут. Хью постарается развлечь нас, а не то…
- Я уже слышала о нем от мужа, - добавила госпожа Элоиза. - Может быть, он задаст тон празднику парой шуток.
Я набрал в легкие побольше воздуха и, гримасничая и кривляясь, подбежал к главному столу.
- Постараюсь, госпожа.
С этими словами я запрыгнул на колени к какому-то толстяку, сидевшему в середине ряда, и, погладив его по бороде, воскликнул:
- Для меня большая честь выступать для вас, ваша светлость. Я…
- Эй, шут, мы здесь! - окликнула Элоиза.
- Да ну? - Я спрыгнул с колен толстяка. - Конечно, госпожа. Должно быть, меня ослепила ваша красота. Настолько, что я уже ничего не вижу.
Несколько человек засмеялись.
- Вряд ли столь мелкая лесть могла заставить толпу выкрикивать твое имя, - заметила супруга герцога. - Может быть, это я ослепла. Может быть, перед нами не Хью из Боре, а наш фигляр Палимпост?