- …такой миленький. Гретхен, знаешь, а ведь маленькая немецкая принцесса, с этими ее ушками и этими ее поместьями, убила бы, просто убила бы кого угодно ради того, чтобы сегодня днем отпить чаю с принцем Кристианом. Но он предпочел вашу Изабеллу. Она должна быть польщена. Если хочешь знать мое мнение, он ей все сегодня выскажет. И он не вернется обратно. Кристиан не любит плыть морем, со всеми этими волнами и тошнотой.
"Он ей все сегодня выскажет".
Конора охватила паника. Держать такие мощные эмоции под контролем… нет, это нелегко. Вид у него был ужасный.
"Я должен немедленно поговорить с ней".
Он пойдет к принцессе. Объяснит, что подарок в виде подпружиненного планера - это была плохая идея. Наберет цветов и обернет их бумагой, на которой напишет поэму.
"Какая жалкая идея, даже в моих глазах. Я не поэт. Если Изабелла и любит меня, то, уж конечно, не за поэтический дар".
Он пойдет к ней и будет самим собой. Просто напомнит о своем существовании, прежде чем принц Кристиан очарует ее, чтобы увезти в Данию. Может, скажет какую-нибудь шутку. Одну из тех, которые так часто отпускает Виктор.
"Что происходит со мной?" - спрашивал он себя.
Конор всегда считал, что самая сильная когда-либо испытанная им эмоция - трепет научного открытия. Что может сравниться с ним? Однако потом он начал смотреть на Изабеллу другими глазами. Заметил, что в классной комнате становится светлее и радостнее от ее шуток и замечаний; даже ее постоянные оскорбления и угрозы пыток стали казаться милыми, подкупающими. Осознал, что ее карие глаза могут заставить исчезнуть все вокруг. Каждый день он с нетерпением ждал, пока пройдет утро и она появится в классной комнате.
"Я должен поговорить с ней. Даже мои летающие машины не доберутся до Дании!"
В заново возведенной Главной башне замка комнаты принцессы находились под королевскими. Над входом в башню на стене стоял караульный. Конор знал, что это один из фаворитов отца, несмотря на недостаточное уважение к властям.
"Бейтс когда-нибудь погубит и меня, и себя, - часто жаловался Деклан. - Не знаю, что у него острее, глаз или язык".
Конор поприветствовал его:
- Добрый вечер, капрал Бейтс.
- Правда, что ли? Не слишком добрый, когда торчишь на стене и океанский бриз раздувает тебе штаны.
- Наверное. Это я просто так, к слову. На самом деле я здесь, чтобы…
- Увидеться с Изабеллой, как обычно. Ты снова выглядишь как человек, у которого голова идет кругом от любви. Давай ступай туда, прежде чем этот датский парень украдет ее на своем коне-качалке.
Если бы Конор вслушивался в то, что ему говорят, то упоминание о "коне-качалке" могло бы заставить его призадуматься.
- Этот датчанин… Вы думаете, он правда может увезти ее с собой? Вы слышали что-нибудь?
Бейтс уставился на Конора с таким выражением, словно тот не в своем уме, но потом медленно улыбнулся.
- Ну, думаю, у него есть неплохой шанс. Он, знаешь ли, крутой парень. А как ест быстро! В общем, достоин похвалы. На твоем месте я поторопился бы.
- Я должен подождать, пока вы доложите обо мне?
- Нет-нет, - ответил Бейтс - Иди. Уверен, принцесса будет рада тебя видеть.
Таким образом, процедура не была выдержана полностью, но пренебрежение Бейтса протоколом стало легендой.
- Хорошо, я пойду. Спасибо, капрал Бейтс.
Бейтс весело отсалютовал Конору.
- Всегда рад, юный Брокхарт. Не благодари меня сейчас, просто не забудь прислать приглашение на свадьбу.
Конор с такой скоростью ринулся вверх по лестнице, что, добравшись до этажа принцессы, стал задыхаться. Лестничный пролет открывался в сводчатый вестибюль с четырьмя ярко горящими электрическими лампочками, нормандским средневековым гобеленом и фонтаном с херувимом. Фонтан был снабжен двумя насосами, испускающими больше шума, чем воды. В вестибюле никого не было, и Конор привалился к стене, жалея, что он такой потный и грязный. Надо же, чтобы именно сегодня ему пришлось наткнуться на свинью, а потом стремглав взлетать по лестнице.
Из-за двери Изабеллы донесся веселый смех. Конор хорошо знал этот смех, редкий, припасаемый Изабеллой для особенных случаев: дней рождения, крещенских и майских дней. В общем, дней приятных сюрпризов.
"Я должен идти туда, и плевать на последствия".
Конор выпрямился, лизнул ладонь, пригладил волосы и вошел в личные апартаменты принцессы.
Изабелла стояла на коленях на своем маленьком позолоченном столе, с ее рук капало что-то красное.
- Изабелла! - воскликнул Конор. - Ты в крови!
- Это просто краска, - спокойно ответила Изабелла. - Конор, что ты здесь делаешь?
На том же столе стоял прекрасно одетый маленький мальчик.
- От этого смешного человека пахнет пи-пи. - Мальчик ткнул в Конора пальцем, с которого капала зеленая краска.
Конору чуть не стало дурно.
"Господи! Ребенок. Рисует. А как он ест быстро!"
Лицо Изабеллы приняло строгое выражение.
- Ну, смешной человек, объясни принцу Кристиану, откуда у тебя запах пи-пи.
- Это принц Кристиан?
- Да, и он рисует для меня шедевр, используя только пальцы.
- И краску, - заметил принц.
Изабелла погладила мальчика по голове.
- Спасибо, Кристиан, ты такой умный. Давай, Конор, объясни, что за странный запах.
- Там была свинья во дворе, - еле слышно ответил Конор. - Свиная Отбивная, так, по-моему, ее зовут. Мы врезались друг в друга.
Кристиан в восторге захлопал в ладоши, обрызгав себя краской.
- У этого смешного человека нет денег на коня, и он ездит на свинье.
Конор не стал оправдываться. Он заслужил это и даже гораздо больше. "Я, наверное, выгляжу полоумным, - подумал он. - Прямо после фехтования и столкновения со свиньей".
Изабелла откашлялась.
- Гм! Сэр Конор, у тебя ровно минута до казни. Успеешь объяснить, что ты делаешь в моих апартаментах?
Теперь, оказавшись здесь, он не знал, что сказать, но не сомневался - это должно быть что-то очень искреннее. И многозначительное.
- Прежде всего, ваше высочество, простите за вторжение… Изабелла, мне нужно сказать тебе кое-что…
Никогда прежде Изабелла не слышала от Конора такого тона. За все четырнадцать лет.
- Да, Конор.
Вся ее вредность мгновенно испарилась.
- Насчет твоего дня рождения…
- До моего дня рождения еще далеко.
- Нет, этого, прошедшего.
- И что насчет моего прошедшего дня рождения?
Стало очень тихо, даже внизу, во дворе, как будто весь мир затаил дыхание, ожидая ответа Конора.
- Этот подпружиненный планер…
- Хочешь, чтобы я его вернула? Видишь ли, окно было открыто, и я…
- Нет-нет, не хочу, чтобы ты его вернула. Просто чувствую, что должен сказать - это был неподходящий подарок для тебя. Надеюсь, ты ожидала чего-то другого, чего-то особенного.
- Подпружиненный планер - вещь особенная, - серьезно сказал принц Кристиан. - Неужели принцесса не хочет его?
Несколько мгновений Изабелла в оцепенении не отрывала от Конора взгляда, а потом дважды моргнула.
- Ладно, принц Кристиан, думаю, время чаепития закончено. Надеюсь, вам понравились и чай, и кексы, и лимонад.
Принц Кристиан вовсе не желал уходить.
- Да, лимонад был вкусный. Можно мне водки?
- Нет, Кристиан, - ответила Изабелла. - Тебе всего семь лет.
- Ну тогда бренди?
- Ни в коем случае.
- Да, но в моей стране есть такой обычай.
- Правда? Давай спросим твою няню, идет?
Изабелла потянула висящий на стене шнур колокольчика, и спустя несколько мгновений в комнату, словно колесный экипаж, вплыла датская няня.
Она не улыбалась и вид имела такой, будто вообще не знает, что такое улыбка. Бросив один-единственный взгляд на принца Кристиана, она закатала рукава.
- Сейчас умою нашего маленького принца.
Она схватила Кристиана за руку.
- Отвяжись от меня, служанка! - взвизгнул Кристиан, тщетно пытаясь вырваться. - Я твой господин.
Няня нахмурилась.
- Хватит болтовни о господине и служанке, Кристиан. Будь послушным маленьким принцем, и няня приготовит тебе на ужин wienerbrod.
Мгновенно успокоившись, маленький принц позволил вывести себя из апартаментов, оставляя за собой хвост из капель краски. Изабелла без единою слова скрылась в туалетной комнате, и Конор услышал звук текущей воды.
"Смывает краску, - подумал он. - Как мне быть? Остаться или уйти? Может, ее уход означает, что мне тут нечего делать?"
Внезапно все изменилось. Прежде они всегда были равны; теперь его волновало каждое ее чувство, каждый шаг.
"Я должен уйти. Мы можем поговорить позже. Нет. Лучше остаться. Определенно нужно остаться. Виктор не сбежал бы. Если я сейчас уйду, завтра утром нам обоим будет неловко".
- С кем ты разговариваешь, Конор?
Он хотел запротестовать, но заметил, что его губы и впрямь шевелятся.
- Я просто думаю вслух. Нервничая, я иногда…
Изабелла добродушно улыбнулась.
- Ты настоящий олух, правда, сэр Конор?
Конор расслабился. Она поддразнивает его. Знакомая тема для разговора.