Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Царь Борис – во схиме Боголеп –
Был образом цветущ,
Сладкоречив вельми,
Нищелюбив и благоверен,
Строителен зело и о державе попечителей.
Держась рукой за верх срачицы, клялся
Сию последнюю со всеми разделить.
Единое имел неисправление:
Ко властолюбию несытое желанье
И ко врагам сердечно прилежанье.
Таков был царь Борис.
4
Царевич Федор – сын царя Бориса -
Был отрок чуден,
Благолепием цветущ,
Как в поле крин от Бога преукрашен.
Очи – велики, черны,
Бел лицом,
А возраст среден.
Книжному научен почитанью.
Пустотное али гнилое слово
Из уст его вовек не исходите.
5
Царевна Ксения
Власы имея черны, густы, -
Аки трубы лежаше по плечам.
Бровьми союзна, телом изобильна,
Вся светлостью облистана
И млечной белостью
Всетельно облиянна.
Воистину во всех делах чредима.
Любила воспеваемые гласы
И песни духовные,
Когда же плакала -
Блистала еще светлее
Зелной красотой.
6
Расстрига был ростом мал,
Власы имея руды.
Безбород и с бородавкой
У переносицы.
Пясти тонки,
А грудь имел широку.
Мышцы толсты,
А тело помраченно.
Обличьем прост,
Но дерзостен и остроумен в речах
И в наученьи книжном.
Конские ристалища любил,
Был ополчитель смел,
Ходил танцуя.
7
Марина Мнишек была прельстительна.
Бела лицом, а брови имея тонки.
Глаза змеиные. Рот мал. Поджаты губы.
Возрастом невелика.
Надменна обращением.
Любила плясания и игрища
И пялишася в платья
Тугие с обручами,
С каменьями и жемчугом,
Но паче честных камней
Любяше негритенка.
8
Царь Василий был ростом мал.
А образом нелеп.
Очи подслеповаты,
Скуп и неподатлив,
Но книжен и хитер.
Любил наушников,
Был к волхованьям склонен.
9
Боярин Федор – во иночестве Филарет -
Роста и полноты был средних.
Был обходителен.
Опальчив нравом.
Владетелен зело.
Божественное писание разумел отчасти.
Но в знании людей был опытен:
Царями и боярами играше
Аки на тавлее.
И роду своему престол Московский
Выиграл.
10
Так видел их и, видев, записал
Иван Михайлович
Князь Катырев-Ростовский.
Алексей Ремизов
(1877-1957)
"Засни, моя деточка милая!…"
Вячеславу Ива́новичу Иванову
Наташе
Засни, моя деточка милая!
В лес дремучий по камушкам
Мальчика с пальчика,
Накрепко за руки взявшись и птичек пугая,
Уйдем мы отсюда, уйдем навсегда.
Приветливо нас повстречают красные маки.
Не станет царапать дикая роза в колючках,
Злую судьбу не прокаркает птица-вещунья,
И мимо на ступе промчится косматая ведьма,
Мимо мышиные крылья просвищут
Змия с огненной пастью,
Мимо за медом-малиной Мишка пройдет
косолапый…,
Они не такие…
Не тронут.
Засни, моя деточка милая!
Убегут далеко-далеко твои
быстрые глазки…
Не мороз – это солнышко едет
по зорям шелковым,
Скрипят его золотые, большие колеса.
Смотри-ка, сколько играет камней самоцветных!
Растворяет нам дверку избушка
на лапках куриных,
На пятках собачьих.
Резное оконце в красном пожаре…
Раскрылись желанные губки.
Светлое личико ангела краше.
Веют и греют тихие сказки…
Полночь крадется.
Темная темь залегла по путям и дорогам.
Где-то в трубе и за печкой
Ветер ворчливо мурлычет.
Ветер… ты меня не покинешь?
Деточка… милая…
Красный звон
Город святого Петра – Санктпетербург!
Полюбил я дворцы твои и площади,
тракты, линии, острова, каналы, мосты,
твою суровую полноводную Неву
и одинокий заветный памятник
огненной скорби -
Достоевского,
твои бедные мостики на Волковом,
твои тесные колтовские улицы,
твои ледяные белые ночи,
твои зимние желтые туманы,
твою болотную осень с одиноким
тонким деревцом,
твои сны,
твою боль.
Полюбил я страстные огни -
огоньки четверговые
на Казанской площади
и в стальные крещенские ночи
медный гул колокольный
Медного всадника.
Разбит камень Петров.
Камень огнем пыхнул.
И стоишь ты в огне -
суровая Нева течет.
"Я стою в чистом поле…"
Я стою в чистом поле -
чистое поле пустыня.
Я стою в чистом поле -
ветер веет в пустыню:
грём и топ,
стук железа.
В копотном небе вьется:
крылье, как зарево,
хвост, как пожар.
Наскочья нога ступила на сердце -
рас-
ка-
лена
душа.
"Родина моя просторная, терпеливая…"
Родина моя просторная, терпеливая
и безмолвная!
Зацвели твои белые сугробные поля
цветом алым громким.
По бездорожью дремучему
дорога пролегла.
Темные темницы стоят настежь –
замки сломаны.
Или горе-зло-кручинное до поры
В подземелье запряталось?
Или горе-зло-кручинное
безоглядно в леса ушло?
Твоя горькая плаха на избы разобрана,
кандалы несносные на пули повылиты,
палач в чернецы пошел.Родина моя просторная, терпеливая
и безмолвная!
Зашаталась русская земля -
смутен час.
Ты одна стоишь -
на голове тернов венок,
ты одна стоишь -
неколебимая.
По лицу кровавые ручьи текут,
и твоя рубаха белая,
как багряница -
это твоей кровью заалели
белые поля.
Слышу, темное тайком ползет,
пробирается по лесам, по зарослям
горе-зло-кручинное,
кузнецы куют оковы
тяжче-тяжкие.
* * *
Родина моя просторная, терпеливая
и безмолвная!
Прими верных, прими и отчаявшихся,
стойких и шатких,
бодрых и немощных,
прими кровных твоих
и пришлых к тебе,
всех – от мала до велика -
ты одна неколебимая!
Из гари и смуты выведи
на вольный белый свет.
О судьбе огненной
От слов Гераклита Эфесского
Есть суд над всем, что дышит, живет и растет,
суд огнем.
Огонь
последний судия – все судит и все разрушает.
А молния – кормчий.
Последнее испытание
через огонь.
Огнем
очищается персть.
А молния-кормчий.Пожжет огонь все, что горит!
В огненном вихре проба для золота
и гибель пищи земной.
И вместо созданного останется
одно созидаемое -
персть и семена для роста.Все, что дышит, живет и растет,
станет дымом.
И ты своими ноздрями почуешь:
противоборствующее – соединяет,
а разнообразие преображает в гармонию,
гармония возникает из борьбы.
Молния – кормчий.
Огонь очистительный!
А справа идет его брат
– война -
царь и отец всего,
властитель над богами и людьми;
творя новое право и новую жизнь,
указует судьбу рабов и свободных.
Вечная распря
– война! -
движет весь мир,
распределяет долю.
И все возникает из распри и судьбы.Все совершается в круге судьбы.
Всякий свет побеждаем.
Свет же последнего суда неизбежен.
И куда убежишь от осиянности?Сама судьба полагает предел совершения
безмерно взлетевший низко падает.
И каждому – по его духовной потребе:
ослы солому предпочтут золоту.Все совершается в круге судьбы.
Люди, звери и камни родятся, растут
чтобы погибнуть,
и погибают,
чтобы родиться.
Всякий гад бичом Бога пасется.
И сила через судьбу становится правом.
В начале была сила,
по судьбе сила стала правом.
Право правит вселенной,
силой давя на человека.
Разорение права – пожар.
Его ты залей скорее, чем пожар!В начале была сила,
по судьбе сила стала правом.
И что бы сталось без права?
Хаос, распадение, пыль.
Да станет народ за право,
как за родные стены!Судьба всемогущая!
Великое единство пути!
Вверх и вниз,
спасения и гибели!
Кто тебя минует, кто тебя избежит?
Не слабые духом, слепленные из грязи,
свиньи в золоте,
куры, купающиеся в пыли и золе.
Судьба! всемогущая!
Кто тебя минует, кто тебя избежит?