Кудряшева Аля "izubr" - Иногда корабли стр 7.

Ты говоришь – я знаю, как будет лучше,
И ветер облако речи твоей
колышет.
И странно, что у тебя
такие же уши,
Как у всех людей,
Которые это слышат.

И такие же ноги и руки – да, пятипалые,
И что под одеждой мы все невозможно голые,
И что ты говоришь – я иду, а теперь упала я,
Потому что тело бывает слабее голоса.

"…"

Но когда ты придешь ко мне, может быть, сед и горбат,
Или я к тебе – злой, хрящеватой, хромающей немочью,
Над тобой, надо мной перекрестится старый Арбат
И Крещатик склонится над солью, над ветром, над неучем,

И когда уж не будет ни глаз, ни волос, ни ушей,
Ни долгов, что возможно простить, ни кредитов, что взяли мы,
Горизонт грубой ниткой и швом наизнанку зашей,
Потому что уж лучше зашить, чем оставить раззявленным,

Это малая мера, обычный экранный исход,
Где кровавое облако алым поднимется парусом,
И уже не хватает запала, чтоб просто из-под
Одеяла сразиться Незнайкой и Дедушкой Палтусом.

"…"

А ты, ты, ты говоришь, что фонтан – вода,
И что облако – вода,
И что дождь – вода.
Я согласилась – да, я сказала, да,
Может быть, мы расстаемся не навсегда.
Когда-нибудь расстаемся не навсегда.

"…"

Девочка горной местности, разбирая рукопись
Про мальчика в треугольной шапке,
Погибшего на луне,
Капнет сухой слезой, попросит у друга пить,
И пока он шаркает,
Подумает обо мне.

Как взбираясь в небо, в его золотую высь,
Огибая все, что ему на макушку валится,
Кромсает облако маленький альпинист,
И двадцать стаканов воды
Про
ли
ваются.

Макушка лета

Когда говорят "сегодня макушка лета",
Лето кажется почему-то плешивым,
пегим от солнца, с бровями цвета мочала.
Но дело даже не в этом.
Просто все слишком стремительно разрешилось.
Мне казалось, что нынче только начало,

Первые кадры, реклама перед показом.
Потерянная десятка лежит под кассой.

Но вот жара спадает, вечера подступают ближе.
Городское, душное – не было даже такого,
А вроде бы могли же успеть, могли же.
В зале пустые стаканы от кока-колы.

Начинаю разматывать с самой его макушки,
Рассматривать, что случалось,
Точнее, что могло бы произойти.
Даже ведь и не скажешь, что было скучно,
Спать ложилась с первыми же лучами,
Вставала с последними, смотрела, как солнце улицы золотит.

В июне пахло машинами и клубникой,
В июле асфальтом, вишней, мне было вкусно,
Стада туристов смотрели на свет и воду.
Я хочу плавать, спать и лежать в обнимку,
Хорошо, что я никогда не вела экскурсий,
Я бы не знала верного перевода.

Макушка лета – погода почти осенняя,
Кажется, что листва отливает медью.
Кино закончилось, будет вторая серия,
Я постараюсь сделать ее комедией.

Буду веселой, легкой, спокойной, радостной,
Буду пить лимонад, покупать мороженое,
Буду стараться быть до конца. И просто мне
Кажется, что как бы я ни старалась, но
Каждый сойдет с ума, как ему положено -
Мне, например, очень нравится гладить простыни.

Много воды

1.

Вдруг за углом в ночи вырастает церковь,
Чаячьим криком заходятся поезда.
В школе всегда, всегда снижают оценки,
Если ты пишешь "счастье – это когда",

Это неграмотно, знай, просмотри параграф.
Смотришь, читаешь, правилам вопреки,
Счастье – это когда из чужих парадных
Пахнет рассветом, встреченным у реки,

Пахнет дождем и гнилью, росой и тиной,
Пахнут слова вином, бирюзой вода,
Запахи что почти что неощутимы.
Счастье, которое именно что, когда

Входишь домой и сумку роняешь на пол,
Снимешь очки, перестанешь смотреть назад,
Сорок восьмой трамвай колыма-анапа,
Впрочем, я не об этом хочу сказать,

То ли оно нахально, а то ли робко,
Маленький след на песке, синева, слюда,
Счастье – когда ты не знаешь формулировку
Нет, не "когда", когда еще нет "когда".

2.

Шляться справа налево и снова наоборот,
Заполнять вином и словами открытый рот.
День на день ложится, как мясо на бутерброд.
То есть все как надо.
То есть мир состоит из ярких больших мазков,
Бог спасает тебя от прогулок и отпусков,
А потом по работе ты едешь, допустим, в Псков
Или там в Канаду.

Или там неважно куда, все равно куда,
Чемодан готов на жару и на холода.
Те, кого ты кидал, и все, кто тебя кидал,
Разбрелись попарно.
Ты хорош собой, ты поправился/похудел,
Ты прекрасно знаешь свой список полезных дел,
А потом ты видишь, как солнце плывет в воде,
И пиши пропало.

Убеждаешь себя, что практически все окей,
Половина зарплаты оставлена в кабаке
Этот шрам – это просто линия на руке
И привет из детства.
Ты почти европеец, ты выучил one more beer
или, как у других, например, типа Ja, ich bin.
Это значит ты всё-таки, всё-таки полюбил -
Никуда не деться.

Это солнце в воде взрывается, как тротил,
Слишком поздно, процесс запущен, необратим.
Этот город теперь твой безвыходный побратим
И твое проклятье,
Потому что, сколько б потом не сменилось мест,
Остается полдень, теней ярко-черный крест
Или девочка, заходящая в свой подъезд,
С петушком на платье.

И неважно, какая страна и какой район,
Ты бросаешь монетку в случившийся водоем,
Делишь хлеб с нахальным уличным воробьем
У ворот пекарни.
И на этой реке вспоминаешь о той реке,
Где когда-то не было, чтобы рука в руке,
Где пломбир в рюкзаке не растаял и весь брикет
Не испачкал камни.

Изумрудный город, бессовестная трава
Меж камней вылезает. И ясно, как дважды два,
Ты правитель страны, которая не жива,
Контрабандный Гудвин.
Где прибой холодный пирс не полировал,
Где не смог прийти, где не смог подыскать слова
Где тебя тогда никто не поцеловал
В ледяные губы.
Где не встретил тех, точнее, встретил не тех,

И с тех пор ты пишешь один бесконечный текст,
Будто не было в твой жизни других утех,
Как рыдать спросонья.
Капитан во сне – ты водишь то шлюх, то шлюп,
Ты нелеп, ты дурная мутация, однолюб,
И глаза слезятся и капли слетают с губ,
Засыхая солью.

А река плывет, сияя, как диамант,
И смывает тебя и время, февраль и март,
Не бывал, не стоял, не числился. Детский мат.
Не гуляй в приливе.
И когда-то ты не был юн, говорлив, смешон,
Ты попал на стык пространства, на грубый шов,
Петушок на платье, масляный гребешок,
Воробей в пыли ли.

Но когда тебя не было, время смиряло бег,
Чтоб потом в тебя бросить Псков, Абердин, Квебек,
Петушиный крик, аромат папирос "Казбек",
Золотой и синий.
Чтоб, когда твой текст исчезнет, как всякий текст,
Там повыше спросят, мол, слушай, удачный тест?
Ты не думая скажешь: во‑первых, святой отец
Это так красиво

3.

Если будет театр – то пусть уж совсем без вешалки,
Если счастья просить – то немого, осоловевшего,
Ну, такого, что хватит на всех – хоть совсем разрежь его,

Вот оно, смотри, в ладонях твоих лучится.
Если горя – то самого горького, пограничного,
Если голоса – то пронзительного, синичьего,
Если долго смотреть на воду, поверь, что ни-че-го,
Ничего плохого воистину не случится.

69.655440, 173.550220

пока заметает ветер в реки излуку
пока мы нашли надёжное вроде место
пока мы лежим на снегу протянувши руку
давай например побалакаем об известном

россия наше отечество флаг в полоску
хей в родственниках у меня тот малый с аляски
он кстати умеет балакать по-эскимосски
по крайней мере рассказывать наши сказки

мы всё забыли он помнит что помнят камни
он помнит таянье снега оттенки меха
прикинь я уеду и буду американец
ведь им всё равно откуда ты блин приехал

россия наше отечество смерть неизбежна
ходил на соболя соболь в глаза смеялся
весна будет снежной и лето случится снежным
и то что будет голодно это ясно

с большой земли приходил один и сказал мне
что мы воюем с какой-то южной державой
что значит держава? страна атакуют замки
стреляют из луков врагов на палочках жарят

у них чернозём это значит земля искрится
засасывает семена выдаёт колосья
ещё говорят бывает жара за тридцать
они говорят что страшно и снега просят

ты помнишь такую книжку её когда-то
привёз круглоглазый варвар в тяжёлой шубе
что в нижнем мире жаркое значит гадко
да я не вру какие тут слушай шутки

а соболь ушёл и лось ушёл и куница
сестра родилась потом прожила маленько
она иногда приходит ночью и снится
такая мелкая только брови коленки

но мы бы не прокормили была б невеста
тебе например а что ты мне кажешь зубы
ну да не тебе но дальше-то неизвестно
отдали б её и были б обоим шубы

уеду в конце концов изучу английский
в нём меньше согласных простейший язык без тонов
аляска близко там солнце заходит низко
всё как у нас я думаю всё же стоит

у этого круглоглазого было в книге
что главный чертит в огромной своей тетрадке
вот взял у соседа лишней муки черники
и будешь гореть гореть это верно сладко

ещё они верят что если напишешь соболь
то будет соболь глаза его мясо шкурка
а если напишешь про шкурку ещё особо
дадут вдвойне чтоб справить большую куртку