Николай Заикин - Промежутки бытия стр 6.

И услышится мгновенье.
Запах клейкого листка.
Прелесть. Трепет. Дуновенье.
Жизни. Чувства. Ветерка.

Цветок гортензия

Никто не должен крохи, толики
Нам соучастия, добра.
Не заблуждаться, братцы-кролики,
На этот счёт давно пора.

Друзья мои, другие близкие
И даже дальняя родня,
Кладу я вам поклоны низкие
За то, что верили в меня.

Вам и самим немало выпало,
Пусть и не более других.
Но ведь уже из жизни выбило,
Быть может, самых дорогих.

Какие могут быть претензии,
Когда и сам такой же я…
Цвети, цвети, цветок гортензия,
Вторая молодость моя.

* * *

Баба Клава, баба Клава
Обезножена была.
Баба Клава, баба Клава
Троих братьев подняла.

Отказали её ноги
От таких благих трудов.
Ей самой-то лет немного,
Пятьдесят всего годов.

Захожу к ней на могилу,
Правда, помню-то всего,
Как меня встречает или
Нянчит сына моего.

Коммунальная квартира,
Примитивный очень быт…
Бабу Клаву, бабу Клаву
Никогда мне не забыть.

* * *

Памятью платишь
И трудно живёшь.
Всех не оплачешь.
И кем прослывёшь?

Славы не надо.
Ни этой, ни той.
Хочется лада
И жизни простой.

Переиначу.
Перекрою.
Больше не плачу.
Стою на краю.

* * *

Носите подольше такие глаза.
С такими становятся под образа
К заутрене утром, к вечерне потом
На праздник прощения в храме святом.

С них тоже смывается яркая синь,
Но вы их носите, пока хватит сил.
Нам так будет проще – ему или мне -
Достойно держаться и жить на земле.

* * *

Время бежит, как церковная мышь
В поисках выпавшей крохи.
С ним соревнуешься, резво бежишь
Мимо застывшей эпохи.

Ей – разбираться в хозяйстве своём.
Нам – не попасть под обломки.
Тихо псалмы во спасенье поём
И возмущаемся громко.

* * *

И честь вымирает, как парусный флот…

О. Чухонцев

Она уже вымерла, прежняя честь.
Пора новизну воспринять и учесть.
Бессмысленно, друг мой, искать наугад
Затопленный в море последний фрегат.

Давно ли тугие его паруса
Совсем не смущала штормов полоса,
Волненье природы, издержки небес?
Куда он надолго из виду исчез?

Покоится мирно на илистом дне
В своей, а быть может, чужой стороне.
Чего же тогда представляется нам,
Как снова летит он по быстрым волнам?

* * *

Зачем редеют, пропадают
Покровы тайн и заблуждений -
Как миражи в пустыне, тают,
Не сделав нам предупреждений.

К ним прямо с детства привыкали -
Когда задумываться было!
Жизнь разгонялась, увлекала,
А мы её всегда любили.

Теперь умней как будто стали.
Трудней ввязаться и увлечься.
Из тех одежд повырастали,
В которых совестно беречься.

Осталось к этому привыкнуть.
Быть не такими научиться.
К другим источникам приникнуть.
От молодости излечиться.

Сверчок

Со многими расстались,
С другими расстаёмся.
Немного жить осталось,
С собою остаёмся.

Взошло рассудка семя.
Точнее, начинает.
Общение со всеми
Досаду причиняет.

За редким исключеньем:
Один, два, три, четыре…
С завидным увлеченьем
Сверчок поёт в квартире.

А он откуда взялся
В таком простом жилище?
Здесь звук его казался
Пронзительней и чище.

Зато другие звуки
Глушились, затихали.
А ведь какие страсти
Недавно полыхали!

Совсем-совсем недавно -
Вчера, позавчера ли? -
Тут судьбы разбивались,
От счастья умирали.

* * *

Главное – сделать, оценят – потом.
А не оценят – беда не велика.
Самое сложное – в самом простом,
В том – что лицо отличает от лика.

* * *

И мы уходим следом,
Почти не отставая.
Но лучше, если летом,
Когда трава живая.

Тогда не так прохладно
И не настолько сложно…
Успеем? Вот и ладно.
Теперь проститься можно.

* * *

В смиренье – признак силы,
Достоинство ума.
Кого не научили,
Научит жизнь сама.

А если не научит -
Бездарных и глухих, -
Они своё получат.
Жалеть не надо их.

* * *

…отрывали от жизни меня.

Н. Коржавин

Чуть не в окошко лезли
И двери открывали.
Задумываться если -
От жизни отрывали.

Общения хотели,
Болтали без умолку,
Без устали вертели
Ручную кофемолку.

И с радостью, и с горем -
Без разницы – к нему же,
О расставанье скором
С женой и даже мужем…

Он так и жил, не зная,
Зачем ему вся эта
Шумиха поездная
От лета и до лета,

Приходы и уходы,
Людей чередованье,
Зачем мелькали годы,
Рожденья, отпеванья.

Он сам ещё и не жил.
Хотел, намеревался.
Как клоун, на манеже
Весь вечер оставался.

* * *

Один-единственный читатель
Моих стихов в простой тетрадке.
Там я – трудяга и мечтатель.
И в полном, кажется, порядке.

Он про меня почти всё знает,
Как исповедник самый ближний.
Там тема вечная, сквозная.
О жизни, как всегда, о жизни.

* * *

Падай низко, но не слишком,
Без причины не шакаль.
Пораскинь вперёд умишком
И в болото не шагай.

Оно топкое до жути,
В нём погрязнешь с головой.
Ведь ни капельки не шутит
Оно с жертвой дармовой.

* * *

Он и был всегда – одинокий волк.
Ни в чью стаю сам не хотел идти.
Видел в жизни свой и бесспорный толк,
Словно карты легли на скатерти.

Рисковал всегда. Знал плохие дни.
Ну а линию свою – гнул.
Никогда его не поймут одни,
А к другим он сам не примкнул.

Поэт

…Выпал из времени. Вдруг истончился.
Думал исправиться. Долго лечился.
Тщетно угадывал времени ход,
Степень вины, перепады погод…

Был гражданином, певцом и поэтом.
Помнил всегда и с надеждой об этом.
Вышел на песни отпущенный срок.
Больше не будет спасительных строк.

* * *

По планам сердца и души
Стараюсь, строю.
Катаю брёвна-кругляши,
Фундамент рою.

Их верноподданный и раб,
Строитель вечный.
Сам – и подсобник, и прораб.
И план свой, встречный.

* * *

Люблю теперь то, что нельзя потерять.
Наивно за это винить, укорять.
В заветное прошлое смело бегу.
Лелею его, от беды берегу.

Оно отвечает взаимностью мне.
Союз наш признанья достоин вполне.
Спасаем друг друга. Мы вместе опять.
Нам есть чем гордиться и что вспоминать.

Дочь

Отсчёт пошёл. Земная жизнь
И для тебя теперь настала.
Недвижным свёрточком лежишь.
Поела только что. Устала.

Мы все земное бытиё
С трудов таких же начинали.
Потом лишь "каждому своё"
Творцы судеб насочиняли.

Пусть благосклонными они
К тебе окажутся в итоге.
Храни, Господь, тебя, храни.
А мы помолимся о Боге.

* * *

Участьем слабого согрей.
Что опасаться!
Хотелось тоньше и мудрей
Быть, не казаться.

И с этой тонкостью, умом
Живём недужно,
Пока однажды не поймём:
Быть проще нужно.

Придёт и лёгкость, и успех
С людьми в общенье.
Получим, видимо, у всех
Тогда прощенье.

Не самый явный парадокс -
А так, цветочки…
Пока совсем не подросли
Сыны и дочки.

Вторая тетрадь

* * *

Окольцован, оконцован
И в судьбе определён,
Трижды ангелом целован,
Сединою убелён.

Даже балуюсь стихами
В промежутках бытия.
Чу! С упрёками стихает
Неподкупный судия.

Потеря

Не знаешь, где найдёшь,
а потерять придётся.
В алтын и медный грош
потеря обойдётся.

Забудь её смелей,
трагедии не делай.
Ну разве что налей
из тары запотелой

Горчайших два глотка -
как снадобье от боли.
Ведь скоро с молотка
и жизнь пойдёт тем боле.

Высоцкий

1

Не жить, конечно же, уже
Ему хотелось.
Его измученной душе
Туда летелось.

Там будет воля и покой,
Ему казалось.
Невыносимою такой
Была усталость.

2

Рвусь из сил – и из всех сухожилий…

В. Высоцкий

Он два последних дня кричал,
Как в бездну падал.
Жизнь этим криком заключал.
А было надо ль

Из всех пульсирующих жил
Стремиться, рваться?
Он так для нас заблудших жил.
Поймите, братцы.

3

…могилу ему неслучайно

вырыли не как всем.

Ю. Любимов

Могилу выкопали глубже.
Так сохранить его хотели,
Зарыв измученное тело
Намного лучше остальных.

Его могильщики любили,
Его любил народ честной.
Ещё давайте по одной
За упокой души Володи.