Всего за 469 руб. Купить полную версию
Сначала Джон Маршал тоже предложил Стефану неограниченную поддержку, и к 1138 году эта демонстрация преданности уже дала плоды: он стал кастеляном замка Мальборо. Это была одна из самых стратегически важных крепостей в западной части страны, контролирующая главную транспортную магистраль, ведущую с востока на запад, между Лондоном и Бристолем, а также открытые пастбища северного Уилтшира. Должность смотрителя замка не была постоянным даром. Тем не менее она сделала Джона весьма влиятельной фигурой в регионе, и перед ним открылись новые возможности.
Правление короля Стефана
Таким образом, монарх, в руках которого впоследствии оказалась жизнь Уильяма Маршала, пришел к власти в 1135 году. И Стефан вполне мог сохранить свое положение надолго, если бы обладал более сильным характером. Его предки, от Генриха I до Вильгельма Завоевателя, захватывали и удерживали власть силой, а не получали по неотъемлемому праву. Стефан был человеком действия, обладал амбициями и хорошо зарекомендовал себя на поле боя, однако вскоре стало ясно, что ему не хватает многих необходимых качеств. Придворный хронист в конце XII века описывал Стефана как человека опытного в обращении с оружием, но в остальном – почти идиота. Еще он добавил, что Стефан склонен к злу. А Уильям Мальмсберийский считал, что новый король – человек действия, но неосторожный. Истина заключалась в том, что в обращении со своими подданными средневековые короли должны были находить баланс между безжалостностью и великодушием. У Стефана не было ни того ни другого.
Первое настоящее испытание его характера имело место летом 1136 года, когда на юго-западе Англии произошло восстание – не слишком масштабное. Стефан отреагировал быстро и осадил мятежников в замке Эксетер. После трехмесячной осады их сопротивление было сломлено и предложена унизительная капитуляция. Были все основания ожидать, что восставших постигнет суровая кара – конфискация земель, тюремное заключение, а то и физическое увечье или даже казнь. Король Генрих I был безжалостен. Современник назвал его "непримиримым врагом непокорных". Король применял против оппонентов суровые наказания, такие как ослепление и кастрация, одиозные меры, которые тем не менее вызывали уважение к нему – "льву правосудия".
У короля Стефана не хватало духу для такой беспощадной жестокости. По совету Роберта Глостера, который определенно понимал, что подталкивает Стефана к подрыву авторитета короны, он проявил удивительную снисходительность в Эксетере и позволил мятежникам свободно уйти, захватив с собой пожитки. Народ воспринял это как признак слабости. С тех пор компетентность Стефана оказалась под вопросом и никто не сомневался, что этому королю можно бросить вызов, не опасаясь сурового возмездия. Хронист отметил, что Стефан заработал репутацию "мягкого человека, который не налагает все наказания, дозволяемые законом". К лету 1138 года Роберт Глостер почувствовал себя достаточно уверенным, чтобы возглавить собственное восстание, открыто объявив о поддержке сводной сестры Матильды.
Положение Стефана пошатнулось, что придало храбрости императрице Матильде. Ее притязания на трон, к которым в 1135 году отнеслись с презрением, теперь, в 1139 году, получили широкую поддержку, и в 1139 году она переправилась через Канал и обосновалась в Бристоле, под боком у графа Глостера. После этого королевство раскололось на две части: король и его сторонники пребывали на юго-востоке, а Матильда и граф Роберт – на юго-западе.
ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА
Следующие четырнадцать лет королевство последовательно разрушалось ожесточенным внутренним конфликтом, в котором ни одна сторона не была способна взять верх и одержать решающую победу. Стефан всячески держался за свой статус помазанного короля Англии, хотя его слабость и присущая ему некомпетентность были очевидны. Родословная Матильды давала ей законное право на трон, однако препятствием оставались пол и непопулярный брак. Да и свойственное ей высокомерие не могло не восстановить против нее даже вполне лояльных людей. Затянувшаяся борьба между Матильдой и Стефаном велась с переменным успехом, сопровождалась актами и мужества, и глупости. Она также представила множество благоприятных возможностей для человека, обладающего характером Джона Маршала, его темпераментом и амбициями. Когда началось противостояние, он оказался в идеальном месте, чтобы использовать конфликт себе на благо, находясь между двумя лагерями и нередко используя одну сторону против другой.
"История Уильяма Маршала" описывает этот период достаточно подробно, однако рассказ несколько искажен и содержит преувеличения, причем всегда в пользу Джона Маршала. Он изображен галантным, мудрым и достойным человеком, храбрым и надежным рыцарем, щедрой и вызывающей восхищение личностью, которая может служить превосходным примером для других воинов, хотя Джон не был ни графом, ни бароном и не обладал сказочным богатством. В действительности верноподданнические чувства Джона были далеки от идеала, особенно на первой стадии противостояния, но в "Истории" сказано, что он связал свою судьбу с законным наследником – Матильдой – с самого начала.
Временами "История" преувеличивает значение Джона до смешного. Если верить биографу, положение короля Стефана существенно ухудшилось именно из-за того, что достойный Маршал предпочел поддержать Матильду. Джон якобы провел много сражений и претерпел ради нее бесчисленные трудности, прежде чем все вопросы были решены. На практике Маршал оставался весьма незначительным игроком на исторической сцене, и теперь уже невозможно узнать, основывается ли это напыщенное представление на личных воспоминаниях Уильяма Маршала, или его биограф сознательно стремился приукрасить предков Уильяма.
Одна драматическая история о героизме Джона, приведенная в "Истории", определенно смахивает на старую семейную легенду, в которой сплетается правда и вымысел. Она происходит на фоне важного кризиса 1141 года. Тогда в течение короткого периода фракция Матильды оказалась на грани победы, а Стефан был захвачен в плен возле Линкольна. Короля препроводили в Бристоль и заковали в кандалы. Но уже в сентябре ситуация изменилась. Матильда и Роберт Глостер осадили Винчестер, рассчитывая развить свое преимущество, но столкнулись с армией, преданной Стефану. В ходе поспешного отступления на запад граф вступил в арьергардное сражение у форта Стокбридж, что на реке Тест, которое позволило Матильде спастись, но Роберт попал в плен. Впоследствии была достигнута договоренность об обмене Стефана на Роберта. Неудивительно, что переговоры велись в атмосфере взаимных обвинений и подозрений. И королю, и графу пришлось предоставить заложников, в том числе собственных сыновей, для гарантии условий сделки.
В предложенном "Историей" рассказе о бегстве Матильды Джон Маршал изображается ее главным защитником, а Роберт Глостер отсутствует вообще. Джон показан единственным надежным советником императрицы, который, собственно, и указал ей на необходимость бегства. В "Истории" сказано, что именно Джон посоветовал Матильде не задерживать их медленной ездой в дамском седле, а вместо этого раздвинуть ноги и скакать по-мужски, и он, а вовсе не Роберт прикрывал ее отход, но не в Стокбридже, а в форте Уэрвелл, расположенном пятью милями южнее.
Отсюда история становится более правдоподобной и частично подтверждается другими современными свидетельствами. Судя по всему, Джон Маршал действительно сражался на стороне Матильды в 1141 году возле монастыря в Уэрвелле, и, когда стало ясно, что поражение неизбежно – силы были неравными, – он спрятался в церкви аббатства. Сторонники короля Стефана подожгли ее, и, когда огонь распространился, жар расплавил свинцовую крышу. Согласно "Истории", капли горячего свинца попали на лицо Маршала и выжгли ему глаз. Джона бросили, посчитав его мертвым, но он впоследствии сумел выбраться из дымящихся руин и, несмотря на серьезные раны, оказаться в безопасности.