Александр Константинов - Занимательная радиация. Всё, о чём вы хотели спросить: чем нас пугают, чего мы боимся, чего следует опасаться на самом деле, как снизить риски стр 15.

Для малых же доз разница в опасности одного, десяти или ста миллизиверт почти незаметна: это мизерный прирост к риску "естественного" рака. Поэтому индивидуальный риск малых доз – понятие, которое почти не имеет практического значения.

В этом вся суть беспороговой теории: малые дозы радиации опасны вовсе не для конкретного человека, а только при массовом облучении больших групп населения. И еще: в области малых доз неправильно говорить "облучился" и "не облучился", делить дозы на чёрные и белые. Любые малые дозы – "чуть сероватые", если придерживаться беспороговой теории.

Повторим: именно вариант, показанный на рисунке 10.2, официально принят во всём мире.

Следующий вариант – пороговый (рис. 10.3).

Рис. 10.3 Вариант 2 – пороговый

Логика здесь другая. Человек сформировался в условиях естественного радиоактивного фона. И не только человек, – все живые существа на Земле за миллионы лет наверняка приспособились к фоновым уровням радиации. Такие уровни безопасны, организм их просто не замечает. Опасность появляется, лишь начиная с какого-то порога. Поэтому к радиации надо относиться так же, как мы относимся к химическим загрязнениям: есть предельно допустимые уровни, предельно допустимые концентрации (ПДК). Всё, что ниже – безопасно.

Проблема тут вот в чём: никто не знает, где именно находится этот самый порог – один, десять или сто миллизиверт? А может, и все двести?

Ведь ни в Хиросиме, ни в Нагасаки не было зарегистрировано избыточных опухолей при облучении дозами ниже 200 мЗв [5]. Да и естественный радиоактивный фон в разных местах отличается в разы и десятки раз.

Сегодня мы знаем точно: рак от облучения – эффект отдаленный и вероятностный. А вот пороговый или беспороговый – большой вопрос.

Следующий подход – гормезис (рис. 10.4).

Рис. 10.4 Вариант 3 – гормезис

Пусть вас не пугает незнакомое слово, образованное от греческого hormesic - стремление. Давно известное явление. Означает стимулирующее действие малых доз каких-либо факторов, вредных в больших дозах (не только радиации). Ещё Парацельс в XVI веке сформулировал гениальную догадку: "Нет ядов и нет лекарств; всё есть яд и всё есть лекарство, а действие определяется лишь дозой".

В повседневной жизни примеров гормезиса – тьма тьмущая:

– плавать в ледяной воде опасно, но закаливание – полезно;

– алкоголь в больших дозах – яд, но малые дозы способствуют снижению сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний;

– многие химические элементы – яды, но в малых дозах полезны; их в этом случае и называют уже не токсичными элементами, а микроэлементами: селен, цинк, медь, хром и другие;

– ультрафиолетовое облучение может вызвать ожоги кожи (пороговый эффект) и отдалённые последствия (снижение иммунитета, ускоренное старение кожи, рак кожи). Но умеренное ультрафиолетовое облучение полезно и даже необходимо. Оно способствует образованию витамина D в организме и повышает сопротивляемость к физическим и нервным нагрузкам.

Аналогично и радиация: большие дозы опасны, а малые полезны и даже необходимы. Малые дозы радиации усиливают сопротивляемость человека разным болезням. Поэтому радиационный гормезис часто называют радиационным закаливанием [6]. Облучение малыми дозами снижает частоту раковых заболеваний: ведь на рисунке 10.4 ось абцисс – не нулевой, а спонтанный уровень смертности от рака.

Радиационный гормезис подтверждается многими примерами. Давно известен оздоравливающий эффект радоновых ванн (подробнее о радоне – в главе 16).

В радиоактивных провинциях Китая, Индии, Ирана, заболеваемость и смертность от рака ниже, чем в других районах [7, 8]. Правда, лишь у коренного населения.

Рис. 10.5 Заболеваемость лейкемией у японцев, переживших атомную бомбардировку [1]

Имеются данные, что при облучении хибакуси дозами от 5 до 100 мЗв наблюдается снижение, а не увеличение заболеваемости лейкозом [5]. Картина радиационного гормезиса у хибакуси показана на рис. 10.5 [1].

Существование радиационного гормезиса многими специалистами признаётся, но официально его практическое применение не рекомендуется. Ведь после краткосрочного усиления иммунитета могут проявиться негативные долговременные последствия [9].

Следующий вариант – синергизм (рис. 10.6).

Рис. 10.6 Вариант 4 – синергизм

Синергизм (от греч. synergeia) означает сотрудничество, содействие. В нашем случае – усиление канцерогенного действия малых доз радиации при сочетании с другими повреждающими агентами (по научному – факторами риска). И здесь небольшие дозы облучения могут оказаться опаснее, чем большие дозы в "чистом виде": не только размер имеет значение [10, 11]. Дополнительными факторами риска могут служить химические канцерогены, например, бензпирен (продукт неполного сгорания органических веществ, содержится, например, в табачном дыме). Так, совместное действие курения и облучения не удваивает, а сразу учетверяет смертность от рака [12]. Правда, усиливающий эффект зависит от количества выкуриваемых сигарет, что хорошо видно на рис. 10.7.

Рис. 10.7 Расчётная смертность от рака органов дыхания у шахтёров урановых рудников США [5]

Ионизирующие излучения в сочетании с курением намного опаснее, чем простое увеличение дозы облучения. Даже для рабочих урановых рудников!

Вы уже знаете, что психоэмоциональные стрессы усиливают канцерогенное действие радиации [14, 15]. При стрессах в организме сгорают витамины, в том числе те, что одновременно являются антиоксидантами (витамины А, С, Е). И в этом случае защита от избытка свободных радикалов резко слабеет. То же самое можно сказать о неправильном питании (дефицит витаминов, белка).

Синергизмом радиации и других факторов риска обусловлены, как мы знаем, и многие болезни ликвидаторов.

К сожалению, большая часть исследований посвящена изучению влияния радиации в чистом виде, иначе говоря – только величины дозы на частоту онкологических заболеваний.

Итак, мы рассмотрели четыре варианта, четыре точки зрения на опасность малых доз радиации. Вспомним особенность отдалённых эффектов облучения: невозможно предсказать, у кого опухоль проявится, а у кого нет. Только вероятность, только повышенный риск. Неопределённость результата воздействия малых доз радиации ещё выше. Здесь нельзя исключить даже снижения смертности от рака.

– Хорошо, – скажут читатели. – Но нам-то как относиться к радиации? То ли она опасна, то ли нет. А может, полезна? Что делать-то? Лечиться на радоновых курортах? Или задерживать дыхание, проезжая мимо атомной электростанции? Зачем нам четыре варианта? Где правда?

Я вас понимаю. Нас ещё в школе приучили: правильный ответ – всегда единственный. Тот, что в учебнике. И я так раньше считал. C годами стал допускать, что могут быть две точки зрения: моя и ошибочная.

И лишь сейчас пришло понимание: точек зрения может быть много, а неверной может оказаться и собственная.

Сегодня даже учёные не могут прийти к единой точке зрения. Но что интересно: специалисты определённого профиля почти всегда являются сторонниками конкретного варианта – одного из четырёх, что мы рассмотрели. Зная профессию автора статьи, саму статью можно не читать. Ага, это писал атомщик? Значит, приверженец пороговой теории. А здесь – активист-антиядерщик? Наверняка сторонник беспороговой теории либо синергизма. Так, а это у нас кто? Врач радонового курорта? Гормезис, однозначно.