Всего за 199 руб. Купить полную версию
...
Борис Миронов. Итоги приватизации [2]
На завершающем этапе "холодной войны", уже не маскируясь, Черномырдин, Чубайс, Гайдар, Кох, Мостовой, Бойко, возглавившие разработанную в Гарварде и Чикаго грандиозную операцию под кодовым названием "Приватизация России", способствовали "установлению контроля со стороны иностранных лиц над стратегически важными и экономически значимыми предприятиями оборонного комплекса и сопряженными с ними предприятиями научно-технической сферы, машиностроения, металлургии, химической промышленности" (Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993–2003 годы. – М., 2004). Делалось это под видом наживы. Если что, то лучше пойти под суд по статье "грабеж", нежели – "измена Родине". Маскировка удалась, до сих пор большинство народа считает, что приватизация проводилась для обогащения, а резкое снижение объемов производства, сразу на 45–55 %, остановка предприятий, ликвидация целых отраслей представляются как побочные явления. Ничего себе побочные явления! Если по данным Госкомстата Российской Федерации, в 2001 году по объемам добычи угля мы скатились к 1957 году, по выпуску вагонов ниже некуда – к… 1910 году, по производству металлорежущих станков – к 1931-му, кузнечно-прессовых машин – к 1933-му, грузовых автомобилей – к 1937-му, по выпуску тракторов – к 1931-му, зерноуборочных комбайнов – к 1933-му, производству телевизоров – к 1958-му, пиломатериалов – к 1930-му, кирпича строительного – к 1953-му, тканей всех видов – к 1910-му, шерстяных тканей – к… 1880-му, обуви – к 1900-му, цельномолочной продукции – к 1963-му, животного масла – к 1956-му году. Если в 1989 году мы производили 55,7 млн. тонн молока, то в 2001 году – 32,9 млн. тонн, что на уровне 1958 года. Поголовье крупного рогатого скота с 58,8 млн. голов в 1989 году сократилось до 27,1 млн, повторяя… 1885 год. Двенадцать лет назад у нас было 40 млн. свиней, сейчас – 15,5 млн. (уровень 1936 года). Еще заметнее убыль овец и коз: с 61,3 млн. голов (1989 год) до 15,2 млн. (1750 год!)…
Основной задачей проводимой в России приватизации является не разграбление государственной собственности, не нажива и не личное обогащение, это всего лишь инструмент для достижения основной задачи приватизации, а именно – ликвидации всего лучшего и самого перспективного, крепящего Россию, приумножающего ее мощь. Вот почему сразу же под нож приватизации пошли стратегически важные для страны, ключевые для оборонной промышленности Смоленский авиационный завод, Рыбинский моторостроительный завод, Рыбинское КБ моторостроения, Самарское госпредприятие "Старт", Уфимское моторостроительное производственное объединение, Уралмашзавод, ЛНПО "Пролетарский завод", производственное объединение "Знамя Октября", ЦНИИ "Румб", Балтийский завод, НТК "Союз", машиностроительное КБ "Гранит", Московский вертолетный завод им. М. Л. Миля, Иркутское авиационное производственное объединение, Нижегородское госпредприятие "Гидромаш", Московский машиностроительный завод "Знамя", Таганрогское авиационно-производственное предприятие, Московское НПО "Взлет", Тульский оружейный завод, Тульский патронный завод, НПО "Сатурн" им. А. М. Люльки, Воронежский завод "Электроприбор", Тульский ЦНИИ систем управления, Красногорский завод им. С. А. Зверева, Вятско-Полянский машиностроительный завод "Молот" и масса других предприятий оборонной промышленности. Спускались не подлежащие приватизации "гражданские" предприятия, внесенные в перечень стратегически важных, такие как "Концерн "Кузбассразрезуголь"", угольная компания "Южный Кузбасс"…
За ускоренной распродажей 1992 года последовали неплатежи, нефинансирование бюджетом, долги и залоговые аукционы. После чего большая часть промышленности России была захвачена или уничтожена.
Вернемся в 1990 год. За месяц работы на правительственной даче наша рабочая группа (официальное название – Рабочая группа по разработке концепции ленинградской зоны свободного предпринимательства (АЗСП)) в авральном порядке создала, сформулировала и отредактировала итоговый документ – собственно эту концепцию. В более напряженном мозговом штурме мне в жизни участвовать не доводилось. Я там, на даче, фактически жил – приходил рано утром, уходил поздно вечером. Примерно так же работали депутаты Ленсовета Сергей Васильев, Анатолий Карташов, Петр Лансков и Леонид Пайдиев. Многие работали дома и участвовали в вечерних обсуждениях. Помню, как на дачу приезжал Дмитрий Васильев (будущий председатель ФКЦБ), который не участвовал в разработке концепции, и спрашивал нас с Петром Лансковым, что мы там написали. Документ в итоге получился весьма своеобразный. В его финансовом разделе, который писали такие уважаемые ныне люди, как Сергей Игнатьев, Алексей Кудрин и Дмитрий Панкин, например, было предложение о введении собственной региональной (то есть городской) валюты. Предлагалось в пределах городской черты создать полностью обособленные свободные таможенные зоны за колючей проволокой. В общем, как в книге "Золотой теленок" – "объявить Черноморск вольным городом". Ну да ладно, грехи молодости. Я участвовал в разработке и редактировал разделы о приватизации и о структурной реформе, там таких ляпов и таких смелых предложений не было. Мы сформулировали основные положения и принципы, достаточно точные на тот момент: мелкие предприятия – приватизировать через аренду с выкупом, преимущество при выкупе предоставлять трудовым коллективам; крупные предприятия – через преобразования в акционерные общества и с индивидуальным подходом, постепенно, через фондовый рынок. Причем все это можно было осуществить в рамках действующего тогда законодательства СССР – законов о предприятии, об аренде, об акционерных обществах. Никто тогда не мог предположить, что в 1991 году возникнет новое государство – Российская Федерация, а в 1992 году заработает "конвейер смерти", уничтоживший тысячи российских предприятий.
Подписывать концепцию (то есть фактически план региональной экономической реформы) на дачу приезжал лично тогдашний председатель Ленсовета Анатолий Собчак. По дороге произошел забавный, но показательный инцидент. Собчак должен был приехать, кажется, часов в семь вечера. Сидим, ждем. Семь часов минуло, восемь, еще полчаса прошло – нет. Уже стемнело, фонари на улице не горели, снаружи почти ничего не видно. Кто-то позвонил в приемную – там удивились: "А он разве не у вас?" В общем, начались поиски. Собчак появился еще через полчаса. Что произошло? Это же был Каменный остров, кругом – правительственные, военные и министерские дачи. На правительственных дачах нет ни вывесок, ни табличек с адресами. Забор, вход, ограда, вход. Дач много – руководства армии, флота, КГБ, несколько правительственных, а если ошибся адресом, спросить не у кого – люди тут не живут. Отдыхающие из домов отдыха ничего не знают, а охрана дач, кроме своих объектов, ничего не знает и на вопросы отвечать не обязана. А водитель у Собчака был новый – водителя Ленсовета, который раньше возил начальство на дачи, Собчак уволил, взял своего, которому доверял, но тот раньше на дачах не бывал и место не знал. Мобильных телефонов, напомню, в СССР тогда еще не было. Навигаторов тоже. Еще один штрих к портрету Собчака – с ним вместе на дачу приехал только один человек – его тогдашний помощник Юрий Шутов, от знакомства с которым Собчак потом открещивался всю свою оставшуюся жизнь.
После подписания Собчаком концепция ЛЗСП была вынесена на голосование Ленсовета. Анатолий Чубайс и Сергей Васильев начали ее рекламировать и презентовать в научных экономических кругах и иностранным инвесторам, а Ленсовет создал под эту реформу новый исполнительный орган – Комитет по экономической реформе (КЭР), который и возглавил Анатолий Чубайс. Почти все, кто писал концепцию ЛЗСП, стали работать в КЭРе. Очень скоро Борис Львин уедет работать в структуры МВФ, Григорий Глазков будет работать в представительстве Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) по России. Постоянно проводились различные семинары по обмену опытом, лекции – приезжал Милтон Фридман, отец монетаризма, какие-то важные поляки. Еженедельно – общее заседание КЭРа по текущим делам. Помню, на этих мероприятиях Борис Львин сидел и складывал из листов бумаги различные фигурки. Все остальные приходили с бумагами, папками, что-то помечали и записывали. Что меня поразило на всю оставшуюся жизнь – это механизм оперативного мышления Чубайса. Я больше не встречал людей с таким высочайшим уровнем точности и скорости принятия оперативного решения. Если Чубайс чего-то не понимал или не знал, он сразу же начинал выяснять этот вопрос до конца, пока не получал всю информацию, необходимую для принятия решения. Но когда у него была вся информация и полное понимание картины, решение принималось стремительно и очень точно. То, что тогда говорил нам на этих семинарах или заседаниях Чубайс, было потом реализовано в масштабе России.
"Целью приватизации является в первую очередь создание класса собственников". Это тогда уже говорил нам Чубайс. Не рост благосостояния общества, не общая эффективность производства, не благо для страны. Цель была чисто политической – уничтожение социалистической собственности и фактически социальных достижений социализма. Но вместо класса собственников Чубайс создал не социальный класс, не социальную прослойку, а кучку олигархов, владеющих всей собственностью России. Обучающих своих детей за рубежом. Вкладывающих награбленные у народа деньги за рубеж. Проживающих за рубежом.
Я эту фразу – про цель приватизации, тогда не понял полностью. И не придал ей особого значения. Только в 1992 году я вспомнил, что говорил в 1990 году Чубайс, и понял смысл его концепции приватизации.