Всего за 329 руб. Купить полную версию
Карта 1. Приграничные сражения, 22 июня – 7 июля 1941 г.:
1 – Вильнюс; 2 – Орша; 3 – Рогачев; 4 – Минск; 5 – Пинск; 6 – Рига; 7 – Кенигсберг; 8 – Литва; 9 – Эстония; 10 – Латвия; 11 – группа армий "Центр"; 12 – группа армий "Центр"; 13 – Германия; 14 – Польша; 15 – группа армий "Юг"; 16 – Юго-Западный
В результате массированного вторжения группы сил армий "Центр" под командованием Федора фон Бока 22 июня, которому предшествовали мощные авианалеты люфтваффе, уничтожившие сотни советских самолетов прямо на аэродромах, прежде чем те успели взлететь, командование и органы управления Западного фронта были почти целиком и полностью парализованы. Штаб 4-й армии Коробкова так и не смог установить надежную связь со штабами вышестоящего командования и нижестоящих соединений. Даже несмотря на то, что 3-я армия Кузнецова и 10-я армия Голубева поддерживали радиосвязь со штабом Павлова, едва ли они были в состоянии эффективно руководить своими войсками. В первый день войны по указанию Павлова его заместитель, генерал-лейтенант И.И. Болдин, едва проскользнув мимо многочисленных немецких самолетов, вылетел в штаб 10-й армии в окрестностях Белостока с приказом организовать мощный контрудар, чтобы остановить немецкое наступление. Штаб Голубева состоял из двух палаток, расположенных в небольшой роще рядом с взлетно-посадочной полосой, где командующий армией пытался управлять своими войсками, несмотря на поврежденные телефоны, постоянные радиопомехи и полный хаос, вызванный многочисленными диверсионными группами немецкого абвера, действующими у него в тылу. Подчинившись приказу Болдина, Голубев 23 июня тщетно пытался начать контрудар с помощью своего мощного, но сильно рассредоточенного в соответствии с довоенными планами механизированного корпуса. Однако в считаные дни 10-я армия была полностью разгромлена и прекратила существование, за исключением редких групп солдат, стремившихся вырваться из немецкого окружения.
Помимо явного превосходства немцев и их стремительного наступления, наибольшая проблема, с которой столкнулись оборонявшиеся советские войска, заключалась в катастрофической нехватке или полном отсутствии любой информации о текущем положении на фронте. Действительность была намного хуже, чем мог представить себе любой человек в Москве. Был отдан целый ряд совершенно бессмысленных приказов контратаковать, адресованных соединениям и частям Красной армии, которые к тому времени уже прекратили свое существование. Например, вечером в 21:15 22 июня Сталин с Тимошенко выпустили Директиву НКО № 3, в которой трем фронтам в приграничных районах предписывалось начать общее контрнаступление против немцев. В течение следующих нескольких дней они упрямо настаивали на непременном выполнении этой директивы. Во многих случаях подчиненные Ставке командующие передавали эти приказы, даже несмотря на то, что они хорошо знали реальную ситуацию. Просто они боялись возмездия за то, что отказались бы повиноваться. Однако по истечении нескольких дней ужас начального поражения стал очевиден для всех. Но даже тогда Генеральный штаб Красной армии твердо настаивал на получении точных и своевременных донесений с фронта. Штабных офицеров отсылали в прифронтовые районы, откуда они должны были каждый вечер докладывать обстановку. Во многих случаях, чтобы определить масштабы немецкого наступления, штабники просто звонили по телефону местным руководителям коммунистической партии в деревнях и колхозах.
На левом крыле группы армий "Центр" 3-я танковая группа Гота пробивалась в восточном направлении севернее стыка между Северо-Западным и Западным советскими фронтами. Легко обойдя фланг 3-й советской армии, она к вечеру 23 июня достигла Литовской ССР, г. Вильнюса (захвачен 24 июня. – Ред.). Пребывая в ужасном замешательстве, 24 июня Павлов еще раз попытался убедить своего заместителя Болдина предпринять контрудар в соответствии с Планом обороны – 41. Приказав Болдину взять под свой контроль 6-й мехкорпус Хацкилевича и 11-й мехкорпус Мостовенко, а также кавалерийский корпус генерал-майора И.С. Никитина, он приказал нанести силами трех мобильных корпусов сосредоточенный удар севернее Белостока в направлении на Гродно, чтобы предотвратить окружение советских войск в Белостокском выступе с севера. При отсутствии эффективных коммуникаций, авиационного прикрытия, надежной тыловой поддержки и достаточного количества современных танков все усилия Болдина были с самого начала обречены на провал. Немногочисленные танки, кавалерия и пехота, которым удалось выжить под массированными авианалетами, достигли окрестностей Гродно уже после того, как танковые войска Гота стремительным маршем двинулись к Вильнюсу. Под Гродно советские корпуса попали под ураганный огонь со стороны наступающих частей V корпуса немецкой 9-й армии. К концу 25 июня 6-й кавалерийский корпус понес более чем 50-процентные потери (главным образом в результате немецких ударов с воздуха), командующий корпусом Никитин был захвачен в плен, а у одной из танковых дивизий закончились боеприпасы. В другой танковой дивизии осталось на ходу всего 3 танка, 12 броневиков и 40 грузовиков.
Хотя этот бесполезный рывок Болдина действительно позволил многим соединениям Красной армии покинуть область Белостока и уйти на восток в направлении Минска, облегчение носило лишь временный характер. Танковая группа Гота стремительно миновала Вильнюс и вышла к Минску на северном фланге Западного фронта и в то же время 2-я танковая группа Гудериана пробила советскую оборону южнее Бреста и решительно продвинулась к Минску на южном фланге фронта Павлова. Под угрозой окружения Павлов был вынужден отступать, но оказался не в состоянии сделать это должным образом. Тем не менее в ночь с 25 на 26 июня он попытался организовать общий отход на новые оборонительные позиции за рекой Шарой под Слонимом. Однако те немногие из частей, которые фактически получили приказ отойти, оказались не в состоянии это сделать. Уже потеряв значительную часть запасов топлива, автомобильного транспорта и авиационной поддержки, войска Павлова отходили на восток в полном беспорядке, в пешем строю и в условиях постоянных немецких бомбежек и обстрелов. А восточнее наступающие немецкие танковые части захватили штаб 13-й армии Филатова, армии второго павловского эшелона, которая находилась в процессе развертывания своих рассредоточенных соединений с продвижением вперед, и в результате в руки противника попали секретные советские планы обороны.
Поскольку немецкая авиация разрушила большинство мостов через реки Щару, большая часть 10-й армии Голубева оказалась не в состоянии форсировать эту реку. 26 июня в состоянии паники Павлов сообщил в Москву, что "до 1000 танков (3-й танковой группы) обходят Минск с северо-запада… наступать против них нет никакой возможности". Затем он в отчаянии приказал своим резервам – 20-му механизированному корпусу А.Г. Никитина и 4-му воздушно-десантному корпусу генерал-майора А.С. Жадова провести совместную воздушную и наземную операцию, чтобы остановить наступление немцев под Слуцком, но и эти усилия также провалились. К 30 июня, несмотря на лихорадочные меры Павлова, танковые группы Гота и Гудериана замкнули свои клещи вокруг огромного котла к западу от Минска, содержащего остатки дезорганизованных павловских 10-й, 3-й, частично 4-й и резервной 13-й армий. Западный фронт фактически прекратил свое существование как организованная сила. В течение месяца были осуждены по обвинению в "преступной деятельности в боевой обстановке" и казнены сам Павлов, его начальник штаба, генерал-лейтенант В.Е. Климовских, командующий 4-й армией Коробков и ряд других высших командиров. У непосредственного преемника Павлова на посту командующего Западным фронтом, Маршала Советского Союза Тимошенко, не было времени организовать оборону вдоль Березины к востоку от Минска, и в начале июля немецкий бронированный кулак быстро продвинулся от Березины к Днепру.
За восемнадцать дней боев (22 июня – 9 июля) группа армий "Центр" Федора фон Бока продвинулась на 600 километров, подойдя вплотную к берегам Западной Двины и Днепра, заняла почти всю Белоруссию и нанесла противнику на Западном фронте потери в 417 790 человек, из которых 341 073 было убито, захвачено в плен или пропало без вести. Кроме того, Западный фронт потерял 4799 танков, у многих из которых попросту закончилось горючее, 9427 орудий и минометов и 1777 боевых самолетов, большинство из которых было уничтожено не в воздухе, а на собственных аэродромах. По сути, вдоль Западной стратегической оси огромная мощь группы армий "Центр" выполнила задачу, поставленную ей планом "Барбаросса", целиком разбив и уничтожив большую часть первого стратегического эшелона Красной армии к западу от Двины и Днепра. В соответствии с предпосылками плана "Барбаросса", Гитлер и большинство представителей немецкого Верховного командования уже считали войну выигранной.