Всего за 259 руб. Купить полную версию
Вместе с тем Добролюбов не отрицал особенностей детской аудитории. Детская литература должна способствовать интеллектуальному и моральному развитию читателя. Для Добролюбова идеальное повествование характеризуется крайней простотой. Не забывал критик и о важности воображения: "Детская книга должна увлекать прежде всего воображение ребенка, как способность, сильнее всех других действующую в детском возрасте и потому более других нуждающуюся в пище и в надлежащем направлении". Поскольку реалистических книг для детей мало, можно читать и сказки. Даже не видя в сказках братьев Гримм и Вильгельма Гауфа никакого образовательного содержания, Добролюбов все же признал их право на существование, поскольку они развивали воображение читателя и пробуждали поэтические чувства. Он восхвалял талант Ханса Кристиана Андерсена, который к тому времени еще не был признан всеми. Добролюбов, читавший Андерсена по-французски, хвалил умение датского сочинителя писать без "нравоучительного хвостика". Однако в принципе Добролюбов отвергал любые сверхъестественные явления в сказках, так как они могли отвлекать читателя от реальной жизни.
Среди русских книг для детей Добролюбов выделил "Беседы с детьми" (1858 – 1859) Августы Пчельниковой. Написанная простым языком, это книга учила уважать труд. Все другие рекомендуемые книги были иностранного происхождения, например "Приключения маленького барабанщика, или Гибель французов в России в 1812 году" (1838, пер. 1858) немецкого писателя Густава Нирица. В этом романе замечательно описаны и судьба немецкого мальчика, которого заставили вступить во французскую армию во время русской кампании Наполеона, и ужасы войны. Дух пацифизма был силен в немецкой книге. Добролюбов также тепло отзывался о книгах Диккенса и Жорж Санд и о романе Гарриет Бичер-Стоу "Хижина дяди Тома" (1852, пер. 1858) за их гуманные позиции и призыв к защите бесправных и угнетенных. Поскольку русская детская литература пока была бедна, Добролюбов предлагал юному поколению читать Пушкина, Гоголя и Тургенева.
Дмитрия Писарева (1840 – 1868) детская литература разочаровала совершенно. В его глазах она была обречена остаться "одной из самых жалких, самых ложных и самых ненужных отраслей общей литературы". В статье от 1865 года о школьных библиотеках Писарев даже утверждал, что существование особой литературы для детей – свидетельство того, что общество больно. Дети трех первых классов должны "бегать, играть и возиться", а не сидеть с книжкой. Тем детям, которые читают для удовольствия и убивают время в компании таких писателей, как Поль де Кок и оба Александра Дюма, отец и сын, Писарев выносил суровый приговор: это занятие безнравственное. Читать не в образовательных целях – "профанация и проституция мысли". Здоровая литература в здоровом обществе хороша для всех, независимо от возраста.
В отличие от Писарева, Феликс Толль (1823 – 1867) старался поподробнее ознакомиться с уже существующими детскими книгами. Его сборник "Наша детская литература" (1862) включает рецензии на 242 детские книги и шесть детских журналов за период с 1855 по 1861 год и предназначена для учителей, родителей и писателей. Толль уделял немало внимания разделению юных читателей на возрастные группы (5 – 8, 8 – 12, 12 – 16) и подбору книг, соответствующих каждой группе.
От детской литературы Толль требовал высоких моральных принципов, но без открытого морализирования. Вместе с тем ему хотелось, чтобы детские книги обладали мудростью и развлекали, имели литературные достоинства и учитывали возраст читателя. Он отвергал сентиментальную литературу и книги, написанные только для развлечения, и восхвалял научно-популярные труды, то есть книги, которые объясняли все, что ребенок видит вокруг себя, с научной точки зрения. Как и Добролюбов, Толль выделял книгу Пчельниковой "Разговоры с детьми" и "Приключения маленького барабанщика, или Гибель французов в России в 1812 году" Нирица. Последняя особенно ему нравилась за универсальную мораль. Сказки и фантастические произведения, по его мнению, напротив, вредны и могут "нарушать неприятным диссонансом дух здравой педагогики". Нельзя возбуждать фантазию ребенка так, чтобы она выходила за рамки реальности; очеловечивание животных только способствует путанице в головах юных читателей. Воображение надо держать в узде, и даже сказки должны содержать в себе глубокие идеи и полезную информацию.
Новые учебники
В связи с реформами 1861 года открылась необходимость перемен и в образовательной системе. Возникла потребность в массовом образовании, так как поголовная неграмотность населения исключала всякую возможность прогресса. Настало время демократизации школьной системы и включения в нее крестьянских детей. Понадобился и новый тип школьных учебников. Правда, существовали хорошие книги для чтения, преимущественно основанные на иностранных образцах, но они все предназначались для узкого, привилегированного слоя населения.
Популярная немецкая книга для чтения Der Deutsche Kinderfreund (1802) Фридриха Вильмсена была переведена и адаптирована к российской действительности Павлом Максимовичем (1796 – 1888), школьным инспектором Санкт-Петербургского округа, под названием "Друг детей" (1839). Одобренная Министерством народного образования, эта книга широко использовалась в 1840-х и 1850-х годах. В 1882 году появилось ее девятнадцатое издание. Типичный для своего времени, этот учебник содержал в себе нравоучительные рассказы, басни и стихи. Другим популярным букварем стала "Елка" (1845 – 1846), составленная Анной Дараган (1806 – 1877), дочерью ректора Санкт-Петербургского университета. Методическая продуманность и отличные иллюстрации обеспечили учебнику долгий успех – четырнадцатое издание появилось в 1907 году. Это была огромная удача "Товарищество М.О. Вольф", продавшего свыше 100 000 экземпляров еще при жизни основателя издательства Маврикия Вольфа. Однако пространные литературные тексты в "Елке" по большей части отсутствовали. В "Естественной истории животных, рассказанной для детей" (1849) Анны Дараган интересное содержание сочеталось с отличным оформлением. Учебники Дараган рекомендуют ученикам начинать и заканчивать каждый урок крестным знамением и краткой молитвой. Детям полагается рано учить церковнославянский язык, чтобы читать Библию и понимать молитвы.
Андрей Заблоцкий (1808 – 1881/82) и Владимир Одоевский вместе сочинили "Рассказы о Боге, человеке и природе" (1849) – учебник, основанный на книге Раймунда Вурста Das erste Schulbuch (1834) и содержащий рассказы, разговоры, афоризмы и сведения по биологии, географии, богословию и нравственным вопросам. Александра Ишимова тоже хотела внести свою лепту в создание учебников. Ее двухтомник "Первое чтение и первые уроки для маленьких детей" (1856 – 1858) предназначался для домашнего обучения. За образец была принята книга Тастю Education maternelle (1836 – 1843). Разговоры и короткие рассказики следуют за алфавитом, цифрами и упражнениями на составление слогов. Дети должны размышлять над нравственными вопросами типа: подавать ли нищим милостыню из сострадания или для того, чтобы показать свою доброту ("Нищий"). Подборка стихотворений на русском и немецком языках отражает те же темы – послушание, благочестие, сострадание и любовь к ближнему. Значительную часть книги занимают библейские сказания.
Алексей Разин (1823 – 1875), редактор "Журнала для детей", смело попытался собрать все научные знания о природе и истории человечества в один том под названием "Мир Божий" (1857). Фактический материал иллюстрируется стихами. Общий тон книги дышит благочестием и оптимизмом: "А как оглянешься на мир Божий, в котором все так прекрасно, и ровно, и стройно, и на разумных жильцов этого мира, которые все становятся лучше и лучше, невольно с любовью и благодарностью подумаешь о Боге: Он все это создал, устроил и бережет своим всеведущим Разумом". Хорошо структурированный и легко читающийся "Божий мир" пробуждал интерес ученика к знаниям и наукам. Влияние учебника Разина чувствовалось еще несколько десятилетий.