Всего за 300 руб. Купить полную версию
В данном случае большую роль играет и художественное воплощение произведения. В этом отношении это произведение отличается от других богатством изобразительных средств, совершенством композиции и сюжета. Как уже было сказано ранее, сюжет романа несложный. Композиция произведения подразделяет описанные события на две основные части. Первая, большая по объему, в основном включает события, связанные с ученическими годами Халима; вторая описывает его в сане муллы. В отличие от романа "Жизнь ли это?" для романа "Мулла-бабай" помимо отражения внутренних переживаний героя, его духовного мира свойственно подробнейшее описание событий, участником которых он является, и окружающего мира. Конфликт Халима и его друзей с действительностью, законами общества писатель показывает с помощью убедительных событий. Например, отношение Халима к спорам по поводу наследства, возникшим после смерти отца, автор описывает следующим образом: "Родня, которая прежде жила дружно, каждый вечер стала ругаться при свечах. Весь дом гудел; отчего у мамы разболелась голова. Она захворала".
Халиму, дружившему с логикой, этот шум, эти скандалы были неприятны. Братья, которых прежде он считал самыми лучшими людьми, хватали друг друга за грудки из-за кожаной уздечки. И это вызывало в нем отвращение к жизни. Сестры, которых он считал самыми добрыми, "бессовестно ругались с женами братьев за козленка и, тем самым, сильно разочаровывали юношу" (С. 349). Вот как описывает автор Халима, привыкшего относится ко всему "с точки зрения логики", не замечать неприглядных сторон жизни, столкнувшегося с суровой действительностью: "Губы Халима читали Коран, а в душе он не мог избавиться от грустных мыслей. Эти грустные мысли, неприглядные картины стали щекотать его глаза. Две крупные слезинки скатились с его глаз. А за ними, обгоняя друг друга, потекли и остальные. Сердце забилось сильнее, в груди сдавило. Но слезы не останавливались. Он долго плакал на покрытой травой и цветами могиле отца. Он плакал от грубости братьев, мелочности сестер, слабости матери, собственной неопределенности, отхода от своих идеалов – плакал от всего вместе" (С. 351).
Как видим, при описании первого столкновения героя с суровой реальностью жизни, писатель использует реалистические детали. В описании, часто встречающегося в дореволюционной татарской семье, события дележа "наследства" между романами "Мулла-бабай" и романом Г. Ибрагимова "Татар хатыны ниләр күрми" ("Судьба татарки", написана в том же году) можно обнаружить немало сходства. Следует отметить, что "Если в романе "Мулла-бабай" противоречие между реальностью и личностью находит отражение в реальной, объективной жизненной ситуации, то в романе "Жизнь ли это?" это противоречие раскрывается через экспрессивные чувства и внутренние переживания героя. Это можно объяснить и тем, что в стиле писателя появляются элементы романтизма. Как видно из приведенных выше отрывков, автор, сохраняя к действительности некоторое романтическое отношение, все чаще своего героя ставит в условия реальной жизни. Это связано с неограниченными возможностями жанра романа в художественном отображении жизни и человеческих отношений. Исследователи истории романа утверждают, что главная проблема в этом жанре – это создание полнокровного характера героя. Например, Ф. Баширов считает: "Герой романа, не ограничиваясь лишь исполнением сюжетной функции, должен во всей сложности отражать характер своего современника" [19. С. 88]. Г. Исхаки стремился создать именно такой образ-тип. Его герой изображается в типичных условиях, в типичном окружении для своего времени. Это помогает подробно описать, каким образом эти шакирды в медресе получают "знания": "Халим опять ничего не понял. От понимания того, что, сколько не старайся, все равно ничего не поймешь, он перестал слушать. Хальфа еще о чем-то говорил на непонятном языке, затем урок закончился. Проговорив: "Пусть знания принесут пользу!" и, помолившись, хальфа обратился к шакирду: "Вот здесь есть комментарий, перепиши оттуда!"
Халим отошел, пытался вспомнить, о чем говорил хальфа, но так ничего и не вспомнил" (С. 233).
Литературоведы указывают на сходство композиции романа с "Мертвыми душами" Н. В. Гоголя [75. С. 448]. Писатель подразделяет на две группы мулл, "просвещающих" деревенский люд. Первая – это те, кто с селянами дружит, живет спокойно и сытно. Ими и приход доволен, им самим хорошо, т. е. прихожане считают так: "…мы уж заняты мирскими заботами. Книга большая, читать некогда. Мы уж так и идем за нашими хазретами". Или это муллы, которые вместо проповеди в медресе читают книги сказок.
"Халим захотел, было, повернуть разговор в сторону знаний. Но хазрет четко произнес:
– Я уже этим не занимаюсь. Нашему мужику пятничный намаз прочитаешь, и довольно. Слава Аллаху, приход нами доволен.
– А медресе есть у вас, хазрет? – спросил Халим.
– Нет, мы хотели, было, – начал он рассказывать, но в конце сказал: мужику шакирды и не нужны. Пусть он слушает, что ему мулла говорит, да гашир (десятая часть урожая или дохода, выделяемая в пользу духовенства и бедных. – Ф.Г.) приносит. Слава Всевышнему, гашир приносят" (С. 323).
В то же время в произведении отмечается слабый уровень знаний таких хазретов: "Шакирды, прочитав вечернюю молитву, принялись Фахри-бабая расспрашивать о хазрете. Фахри-бабай, рассказав о том, что он очень доволен хазретом, что приход его любит, в конце, глубоко вздохнув, прибавил, что его самый большой недостаток – это неумение читать "Мухаммадию"" (С. 323).
Вторая группа хазретов – образованная, но с приходом никак не может найти общий язык, поэтому и живет бедно, как Саттар-хазрет. "У ворот большого дома, построенного посередине двора, и огороженного плохоньким забором, участники предстоящей дискуссии остановились. Увидев покосившийся в разные стороны забор, отсутствие вокруг дома какого-либо пристроя, шакирды убедились, что жизнь хазрета не вполне благополучна. А когда хазрет вышел в старом чапане, ветхих сапогах и сказал: "Добро пожаловать, гости, добро пожаловать!", то и вовсе в этом убедились" (С. 324).
Наряду с жизнью разного типа мулл, в романе подробно описывается жизнь татарских деревень, существующих в отдалении от большого мира. Писатель считает деревню духовной основой татарской нации. Произведение приковывает внимание читателя описанием различных сторон жизни татарской деревни: обычаев и обрядов, национальных особенностей, жизненных хлопот, противоречивости, и в то же время наивной психологии деревенского люда.
Стремясь к реалистическому повествованию, писатель не обходит и тему голода. До этого он со всеми нюансами описал жизнь бедноты, попрошаек и бездомных в романе "Нищенка". В романе же "Мулла-бабай" вечное желание голодного шакирда поесть он описывает с юмором и с помощью различных литературных средств: как будущие хазреты воруют картошку муэдзина, доят чью-то корову, режут соседскую курицу: "Не сумев догнать ни одну курицу, решили прибегнуть к хитрости. Один из приятелей принес из дома удочку, прикрепил к крючку кусочек хлеба и сел на подоконник. Остальные, раскрыв Коран, приготовились его читать. После нескольких попыток одна курица, наконец, заглотала весь крючок. Двое чайханщиков принялись громко читать Коран. А тот, что с удочкой, под голос читающих быстро подтянул к себе удочку и накрыл курицу" (С. 355); "Не прошло много времени, вот и картошка поспела. Наши приятели стали стараться, чтобы картошка муэдзина, что рядом с медресе, не переросла лишнего" (С. 355). Тема голода освещалась не только в татарской литературе начала ХХ в., но и в других литературах. Например, роман К. Гамсуна "Голод" (1911) в этом отношении перекликается с романом "Мулла-бабай".
Если говорить об особенностях повествования романа, то можно отметить динамизм, чрезвычайную эмоциональность, а также усиление лиризма.
В частности, с особой теплотой описываются, распространенные среди шакирдов, юмористические представления, песенно-плясовые развлечения, "калпании", диспуты: "Вот песня стихла. Все медресе, словно у него отобрали что-то дорогое, приятное, грустно вздохнуло. После небольшой паузы, вновь приглушили свет, и появившийся откуда-то шакирд протяжно затянул на курае. Начав играть мелодию башкир с реки Белой, он увел слушателей за собой в широкие башкирские степи вместе с их кумысом, мясом, кураем. Словно желая разъяснить смысл мелодии курая, еще два шакирда принялись петь. Звуки наполнились печалью. В своих переливах он временами словно спускался до земли. В руках умелого курайчи и певца он вскоре начал плясать" (С. 243); "Спор нарастал. Вмешались еще двое из учащихся шакирдов. Халим, пользуясь бестолковостью сидящего напротив шакирда, уведя мысль какими-то ложными путями в сторону, окончательно запутав вопрос, потерял нить диспута. Он, упиваясь своей победой, все еще о чем-то говорил, по большей части кричал. Шакирд сидящий напротив, растерявшись, стал пятиться назад и исчез за стоящими сзади баррикадами" (С. 332).
Сюжет произведения обогащается эмоциональными красками, психологическим анализом. Умение глубоко проникнуть в душевный мир, умелое воспроизведение, рожденных реальной жизнью чувств и переживаний героя – все это несомненная удача писателя.