Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Но без медицинской шапочки на загорелой, обширной лысине. Поздоровался главврач холодно, назвав только свою фамилию – Патов, – хотя и Друян и Кириков полностью представились ему, и молча повел их по светлому, длинному коридору к своему кабинету. «Заведение такое, что не до радушия, – мельком подумал Друян, шагая рядом с врачом по солнечным квадратам, разбросанным на зеленом линолеуме. – И у этой лицо такое, будто она от всего мира отрешилась, – отметил он, поздоровавшись с шедшей им навстречу женщиной в белом халате и накрахмаленном колпаке. – Ну и работа… Даже имени нам своего не назвал. Хорошо хоть заранее узнали».
– Зачем вы с ней поздоровались? – спросил главврач Друяна, отпирая дверь своего кабинета и пропуская гостей вперед. Причем спросил об этом с каким-то странным смешком.
Сергей Викторович посмотрел на него с недоумением: как же он мог не поздороваться, встретив в чужом доме женщину? К тому же, очевидно, врача…
– Это сумасшедшая, – пояснил главврач, садясь на свое место за письменным столом. – С двадцатилетним стажем…
– А почему же она… – смутился Друян, садясь возле маленького столика, стоявшего торцом к письменному. Капитан устроился на диване.
– Одета как медперсонал? – помог главврач найти точную формулировку,
– Да.
– Ну, тут особый случай, – потер он пальцами седеющую оторочку волос вокруг лысины. – Эта женщина задушила своих детей… Двух близнецов. Полагая, что сможет вернуть после этого бросившего ее любовника. Отсюда и пунктик: представление о чистоте как очищение от вины. Моется в душе по нескольку раз в день, И каждый раз после этой процедуры требует чистый халат, Даем… У нас в основу лечения положен принцип: максимальное удовлетворение разумных желаний. Чтобы не вызывать отрицательных эмоций. Хотя… дичь, конечно: в этом доме – и разумные желания? – безнадежно махнул рукой главврач. – Извините, заговорил вас, – скупо улыбнулся он. – Работа такая: каждому свежему человеку рад. Иногда сам на себя с опаской в зеркало смотришь. Так-то…
– Виктор Георгиевич, – обратился к нему Друян. – Помогите нам прояснить один вопрос…
– Затруднения с подследственным? Надо провести экспертизу? – предупредительно улыбнулся главврач.
– Да нет… Нужно выяснить: не поступал ли к вам несколько дней назад молодой человек. Фамилии его мы, к сожалению, не знаем, – виновато сказал Друян.
– А откуда он должен был поступить?
– Из дома семьдесят один, улица Степная, Есть сведения, что его забирали ваши сотрудники. У вас есть машина «скорой помощи»?
– Ну а как же! И не одна… Но вообще-то мы очень редко берем больного сами. К нам они поступают после предварительного заключения районного психиатра или невропатолога. Это обычный путь… Но… бывают и исключения. Мы выезжаем по сигналам родных или милиции к тем больным, которые уже лечились у нас и состоят на учете. Медлить в таких случаях нельзя! А с этим больным, которым вы интересуетесь… Я помню этот случай: его при мне привезли. Как вы назвали улицу?
– Степная, семьдесят один, – напомнил Друян.
– Есть тут такой адрес, – после недолгого шуршания страницами журнала заявил Виктор Георгиевич. – Вызов сделан работником милиции. Больной Александр Павлович Любченко. Шестьдесят третьего года рождения, прописан в общежитии № 7, улица Прибрежная. Диагноз: приступ буйного помешательства.
– Данные о себе он вам сам сообщил? – пряча улыбку, поинтересовался капитан.
– У него с собой был паспорт, – серьезно ответил врач. – Работник милиции сдал нам его.
– А кем конкретно был сделан вызов? – спросил капитан,
– Старшим лейтенантом Живгиным… Так тут записано. Да он и сопровождал сюда больного.