Особого внимания заслуживает пассивный словарь личности, поскольку именно он определяет и глубину восприятия текстов, и свободу текстопорождения в разных коммуникативных сферах. В этой связи представляют интерес экспериментальные исследования, выполненные в Воронеже, в которых исследуется место иноязычных слов и абстрактных лексических единиц в языковом сознании современного молодого человека (Грищук 2002; Высочинина 2001). Очевидно, что несформированность лексико-семантических связей в обиходной речи мешает выполнению лингвистических обязательств и ведет к коммуникативным неудачам, небрежное же использование агнонимичной лексики в средствах массовой информации способствует формированию устойчивого рефлекса "речевой вседозволенности".
Экспериментально установлено, что в языковом сознании старшеклассников такие абстрактные слова, как авторитет, варварство, взаимопонимание, демократия, ирония, мировоззрение, престиж, ханжество, бдительность, такт и др., оказываются лишь частично освоенными (Грищук 2002). Между тем степень понимания учащимися лексических единиц, относящихся к социокультурной сфере, позволяет делать выводы о содержании и динамике их концептосферы. В ходе лингвистического эксперимента было зафиксировано большое количество ложно понимаемых лексических единиц (порядочность - "умение поддерживать чистоту и порядок", взаимопонимание - "понятливость", интеллигентность - "хорошая легкая профессия" и т. п.); установлено, что в сознании целого ряда испытуемых не дифференцируются значения слов культура и культурность, терпимость и терпеливость, общение и общительность, варварство и воровство и мн. др. Высокая степень агнонимичности лексических единиц, связанных со сферами этики, эстетики, духовной культуры, подтверждена и в процессе экспериментальных исследований лексикона студентов.
Естественной и закономерной оказывается агнонимичность многих историзмов и архаизмов. Н.Г. Еднералова исследовала место в языковом сознании школьника так называемых культурных исторем - "словесных единиц, имеющих высокую культурно-историческую значимость, соотносящихся с наиболее важными в духовном и материальном отношении явлениями русской культуры" (Еднералова 2003: 8). Сохранение их в языковом сознании носителей русского языка является одним из условий сохранения и дальнейшего развития духовной культуры русского народа (Еднералова 2003: 12). Автором был проведен широкий эксперимент, в котором приняли участие 500 воронежских школьников 5-11-х классов. Эксперимент позволил выявить, как отражаются в сознании современного школьника процессы перераспределения активной и пассивной частей лексикона (актуализация и "пассивизация" лексики), определить уровни понимания устаревшей лексики молодежью. Неутешительные результаты эксперимента убеждают в том, что уровень понимания культурных исторем современными школьниками очень низок и не превышает 35 %, т. е. только третья часть устаревших слов в изучаемой классической литературе воспринимается адекватно. Результаты проведенного исследования убеждают в необходимости специальных словарей и комментариев к текстам, которые позволят устранить барьер между читателем и текстом.
В учебных целях представляется важным дифференцировать устаревшую лексику с точки зрения ее места в коммуникативной и познавательной деятельности молодого современника: одни лексемы необходимо обязательно точно понимать и в необходимых случаях корректно использовать, другие – воспринимать с той степенью точности, которая не искажает смысл текста (здесь очень важно формировать языковое чутье и языковую догадку), третьи – воспринимать с помощью словарей и комментариев. Обращение конкретной языковой личности к толковому словарю с целью выявления агнонимов является важным стимулом языковой рефлексии над собственным словарным запасом и как следствие – импульсом для расширения своего словаря.
Лонгитюдный эксперимент, предусматривавший обследование словарного запаса студентов-филологов I курса Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, проводился на протяжении 1994–2006 гг.; в последние годы экспериментальное пространство расширилось, а результаты эксперимента пополнились данными о состоянии лексикона студентов разных факультетов университета, а также некоторых других вузов Санкт-Петербурга. Студентам предлагалось проанализировать по две страницы "Толкового словаря русского языка" С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой, распределив слова по следующим группам: "знаю и употребляю" (активный словарь), "знаю, но не употребляю" (пассивный словарь), "не знаю, но могу догадаться о значении слова", "совсем не знаю значения слова" (слова-агнонимы).
Эксперимент, в котором в общей сложности участвовало более 10 ООО человек, свидетельствует о том, что многим из них неизвестны значения существенного числа слов, представленных в словаре. Многие слова, отмеченные студентами как полные или частичные агнонимы, часто встречаются в публицистике, в учебной и научной литературе, не говоря о текстах отечественной классической литературы. Отметим также, что нередко студенты переоценивают собственное знание лексических единиц, так как частая встречаемость слова или его прозрачная внутренняя форма создают кажущийся эффект знания семантики, однако в устной беседе выясняется полная неспособность определить значение или условия функционирования лексической единицы.
Анализ работ студентов различных факультетов РГПУ им. А.И. Герцена позволил выявить некоторые группы агнонимичных слов в их лексиконе (еще раз подчеркнем, что эти слова характеризуют индивидуальный лексикон; методом наложения данных эксперимента по анализу совпадающих фрагментов словаря при представительном числе испытуемых можно выявить степень агнонимичности того или иного слова). Ниже приводятся примеры слов-агнонимов:
1) терминологическая и профессиональная лексика: вагранка, валёк, вальцовка, ватерпас, калориметр, магма, такелаж, рефрижератор, надкостница, цветоножка, центробежный, центростремительный, инверсия, интерфейс, ирригация, омонимия, протоплазма;
2) названия наук и разделов знаний: балканистика, бальнеология, бахчеводство, геронтология, фармация;
3) наименования бытовых предметов (в том числе предметов традиционного народного быта) и конкретных действий гардина, гантель, жёрнов, хомут, чан, баул, саднить, ютиться;
4) названия животных и рыб: вальдшнеп, павиан, сайда, сайра, салака, хряк;
5) названия деревьев и растений: агава, бальзамин, гелиотроп, палисандр, чага, шафран;
6) названия камней, строительных и художественных материалов, тканей, украшений, декоративных элементов: авантюрин, аквамарин, асбест, ватин, гарус, канва, камея, мадаполам, майолика, пакля, твид, аквамарин, асбест, баккара, батист, гарус;
7) названия продуктов и блюд: саго, рислинг, тартинка, балык, галета, лангет, аперитив, мамалыга, пикули, рейнвейн;
8) названия предметов одежды и обуви: башлык, жабо, танкетки, ермолка, краги, онуча;
9) названия различных народностей: мавританцы, мадьяры, малороссы, саами, саамы, самоеды, эвенки, эвены;
10) понятия культуры и искусства: апокриф, вакханка, кантата, памфлет, пируэт, панегирик, па, палех, химера, чардаш, мадригал, эзоповский, эклектика, эпикуреизм, экспозиция;
11) научные и философские понятия: варьировать, галлицизм, ретроград, эгоцентризм, экзальтация, эклектик/эклектичный, экспансия/экспансивный, эпатаж;
12) явления общественной жизни и политические понятия: единоначалие, мажоритарный, пакт, реформизм, хартия;
13) понятия, относящиеся к области религии и церкви: евхаристия, кадило, паникадило, ризница, хоругвь, ладанка, аналой, анафема, елей, епитимья, капуцин, катехизис, протопоп, пустынь, талмуд/талмудист;
14) мифологические понятия: вакханалия, вакханка, танталов (в составе фразеологизма танталовы муки), химера',
15) историзмы: гайдамак, маёвка, тачанка, хорунжий;
16) архаизмы: магометанство, малороссы, ресторация, тать, ходатай, юдофоб, ангажемент, галломан/галломания;
17) устаревшая разговорная и просторечная лексика: маета, мазурик, панталык (в составе фразеологизма сбить с панталыку).
Очевидно, что в приведенном списке представлены весьма различные слова, входящие в разные зоны агнонимической активности.
Как уже отмечалось, большое число слов-агнонимов относится к заимствованной лексике. Пристрастие к заимствованиям, являющееся одной из отличительных черт "полуобразованного владения языком, соединенного с плохим владением мыслью и логикой" (Апресян 1992), часто соединяется в современной речи с непониманием заимствований при восприятии и квазизнанием – при порождении. Эксперименты подтверждают, что чем меньше семантическая определенность слова для говорящего или пишущего, тем больше вероятность появления ненормативных словосочетаний. Приведем неудачные попытки включения в контекст предложенных преподавателем потенциально агнонимичных слов:
Задача декана курировать успеваемость студентов.
Россия и Япония заключили мораторий о мире.
Он не пользуется правом электората,
В электорате произошла смена персонала.
У людей появились права, характерные для электората.
Данный проект – очень хорошая протекция для нашей фирмы от конкурентов.
Публицистика - это, грубо говоря, жанр, не грузящий людей.
В его стихах часто встречалась бутафория.
Каламбур - это журнал юмористический.