Всего за 124.9 руб. Купить полную версию
Виктор Чукарин – великий гимнаст XX века
Советские гимнасты в Хельсинки совершили чудо, поразили мир. Слух о сказочном мастерстве "красных" быстро разнесся по Хельсинки – и зрители хлынули в гимнастический зал поглядеть на сенсацию. "Совершенство движений, тончайшая техника, тщательная подготовка – до мельчайшей детали", – так писал о советских гимнастах итальянский тренер, чемпион игр 1932 года Ромео Нери. Советские мастера соперничали друг с другом, а первым среди равных был Виктор Чукарин. Перед войной он уже был мастером спорта, на фронт ушел добровольцем. В бою под Полтавой Виктора контузило, очнулся он в немецком плену. Начались скитания по лагерям – от Бременфода до Бухенвальда. Не раз он оказывался на волосок от смерти, а в конце войны немцы заперли его в трюме баржи вместе с другими узниками, которых намеревались потопить. Спасли английские моряки! Истощенный, но не сломленный, Чукарин вернулся на Родину, вернулся и в спортивную гимнастику.
И вот "пожилой" (31 год!) гимнаст приехал на Олимпийские игры. Поначалу судьи в Хельсинки принижали оценки Чукарину: они не привыкли к таким сложным элементам и предвзято относились к советским дебютантам. Выручила публика. Когда Чукарину занизили оценку за прыжок – зал возмущенно засвистел. Чукарин выиграл абсолютное первенство, привел к золотым медалям и сборную команду. Четыре золотых и две серебряные медали – это результат главного героя Олимпиады.
Гимнаст Грант Шагинян – абсолютный чемпион СССР среди юношей – в первые дни войны записался добровольцем. С войны вернулся офицером, с наградами и ранениями. Он прихрамывал. Превозмогая боль, выправил ногу, чтобы вернуться в спорт. В Хельсинки он выиграл соревнования на кольцах, а в абсолютном первенстве уступил только Чукарину.
Не было равных и советским гимнасткам и в командном, и в личном первенстве. Абсолютной чемпионкой, "королевой" Хельсинки стала Мария Гороховская.
Не в оранжерейном микроклимате, не в элитарных питомниках вырастали первые советские чемпионы. Спорт в сталинском СССР был по-настоящему массовым. Вот простой пример: Россия – страна речная. И почти каждый мальчишка в те годы пробовал себя в гребле. Не аристократы, не студенты престижных университетов, а вся ребятня, включая ленинградца Тюкалова. Советская Россия стала мировым лидером в спортивной гребле – в пример нашему крикливому времени.
Таков был советский рецепт успеха: массовость – выявление самых способных – блистательная реализация талантов. Так создавалась наша авиация: от Бабушкина и Чкалова – к Покрышкину и Кожедубу, а от них – к первым космонавтам. То же самое видим в разных отраслях науки и промышленности, а также в мире шахмат и в любом виде спорта. Наша система уловила дух времени, дух XX века. "Единица – ноль, единица – вздор…", – Маяковский провозгласил этот принцип вскоре после революции.
И вот в соревнованиях гребцов-одиночников золотую медаль Хельсинки завоевал Юрий Тюкалов – сын офицера, художник и атлет. Была у него награда, которая поважнее спортивных – медаль "За оборону Ленинграда"! И получил ее двенадцатилетний мальчишка за то, что тушил пожары в блокадном городе, помогал раненым, был обыкновенным героем, пережившим блокаду от первого до последнего дня. Он одолел смерть. А после победы вернуться к жизни ему помог спорт – лыжи, футбол и любимая академическая гребля.
Чемпионом в беге на 3000 метров с барьерами мог стать Владимир Казанцев. Он уверенно лидировал, но, неудачно преодолев яму с водой, порвал связку и завоевал только серебряную медаль. Знал ли его соперник, американец Гораций Ашен-фельтер, что Казанцев воевал с 41 года, что на Калининском фронте получил тяжелую контузию?
Чемпионом по стрельбе из произвольной винтовки стал непревзойденный снайпер, мировой рекордсмен Анатолий Богданов. Когда началась война, ему, воспитаннику ленинградского детского дома, исполнилось десять лет. Но он прорвался на военный флот, стал юнгой. В стрельбу пришел уже после войны. Принял участие в чемпионате мира, в чемпионате Европы, в двух Олимпиадах и не знал поражений. В Хельсинки его соперником был швейцарец Бюрхлер, которого, конечно, называли наследником Вильгельма Телля. Куда там! Советские снайперы показали, кто есть кто на стрельбище. Когда его называли "феноменальным стрелком" – Богаднов отвечал: "Феноменально во мне лишь то, что я живу. Но я родился в Советской стране".
Серебряный призер Олимпиады боксер Сергей Щербаков чудом уцелел в опасных фронтовых операциях. В начале войны он добровольцем вступил в ОМСБОН НКВД СССР. Отдельная мотострелковая бригада особого назначения – это герои из героев. В его боевой биографии – десятки смелых диверсий в тылу врага, несколько ранений, госпиталя… На Кавказе, после тяжелого ранения ему должны были ампутировать ногу. "Товарищ военврач, бокс для меня – это все!". Ногу спасли, но ступня не сгибалась… Вырвавшись из госпиталя, Щербаков принял участие в соревнованиях и одержал победу. Он – единственный десятикратный чемпион страны. Говорили, что в финале Олимпиады Щербакова засудили. Он был выше оправданий: "Нужно было навязывать свою волю, а не ждать…". Иная серебряная медаль ценнее золотой.
И в классической, и в вольной борьбе сборная СССР оказалась на итоговом первом месте. Борцовская "классика" в нашей стране была популярна с дореволюционных времен, со времен легендарных цирковых чемпионов-Иванов. Тренер Алексей Катулин привез на Олимпиаду непобедимую команду. Катулин – один из основоположников спортивной борьбы в СССР. В начале войны, когда немцы оккупировали Смоленск, коммунист Катулин возглавил партизанский отряд, устраивал смелые диверсии в тылу врага. Потом – ранение и плен… В мирное время он вернулся в большой спорт – и вернулся триумфально.
В четырех весовых категориях из восьми победили советские борцы: Борис Гуревич, Яков Пункин, Шазаф Сафин, Иоганнес Коткас. Высокие места заняли и остальные советские борцы-классики, которым самой малости не хватило для победы. Танкист Яков Пункин в проклятом 1941-м попал в плен. Пытался бежать, но безуспешно. В 1945-м боевые товарищи освободили его из лагеря Меннен. Несмотря на истощение, он вернулся в армию. На борцовском ковре у него подергивалось плечо: нервный тик после контузии. Как часто нам твердят, что военнопленных в 1945-м из немецких лагерей прямиком пересылали в советские… Посмотрите, сколько героев Олимпиады вышло из военнопленных 1941-го!
Яков Пункин выиграл Олимпиаду-1952, пройдя плен и немецкий концлагерь
Вольную борьбу ("американку") в СССР начали развивать незадолго до Олимпиады. Непросто было конкурировать с опытными "вольниками" из Ирана, Турции, Швеции, США. В команде фронтовика Аркадия Карапетяна лидерами стали грузинские силачи Давид Цимакуридзе и Арсен Мекокишвили, завоевавшие "золото". Из-за судейского произвола на четвертом месте остался талантливый легковес Георгий Саядов. И все-таки советские "вольники" завоевали общекомандное первое место, на одно очко опередив шведов. Неожиданная победа!
Есть в истории хельсинкской Олимпиады и горькие страницы. Всеобщими любимцами были в послевоенном Союзе футболисты. И, конечно, болельщики верили в команду, верили в прорывы Всеволода Боброва, в мудрость тренера Бориса Аркадьева. Но, увы, наши футболисты в напряженном "двухсерийном" противостоянии уступили югославам и остались без медалей. Вмешалась политика (негоже проигрывать солдатам маршала Тито!), накалился праведный гнев (израненные фронтовики побеждают, а эти баловни позорят страну!) – и… нет, к неудовольствию г-на Сванидзе, репрессий не последовало, но тренера сняли с работы и армейскую команду расформировали.
Зато баскетболисты подтвердили репутацию лучшей команды в Европе. Ученики фронтовика Степана Спандаряна (его отец – революционер и просветитель, не доживший до революции, – был другом Сталина) уступили только американцам и вернулись на Родину с серебряными медалями.
Игры показали преимущество советской системы физического воспитания… Это не дежурная патетика. Советские спортсмены чаще других входили в "зачетную" шестерку: 123 раза, почти во всех видах спорта. По этому показателю спортсмены США нам уступили. Хотя в последние дни Олимпиады американцы, опасавшиеся итогового поражения, поднажали на судейские комитеты. По общему количеству зачетных очков две державы сыграли вничью, набрали по 494 балла. А это – важнейший показатель, по которому можно судить о развитии массового спорта. Да, по золотым медалям американцы первенствовали, оставив СССР на втором месте: 40 против 22-х. Американцы немного превзошли наших и по общему количеству медалей: 76–71. Но иного и быть не могло через семь лет после войны, при отсутствии опыта международных соревнований у советской команды.
Стратегически советский спорт пребывал на подъеме – нужно было только, чтобы зарубцевались военные раны. Через четыре года, в Мельбурне, сборная СССР оставит далеко позади себя американцев – и по зачетным очкам, и по золотым медалям, и по общему числу медалей.
А что же сыны Третьего рейха? Ни одной золотой медали не завоевали в Хельсинки немцы и австрийцы. Ни одной! Война разрушила тевтонскую доблесть и спесь, а ведь немцы, бесспорно, – превосходные спортсмены. Вдумаемся в эти факты – и нам станет яснее фантастическая доблесть советской команды. Спортсмены с четырьмя буквами – СССР! – на свитерах совершали невозможное, преодолевали себя, не обращали внимания на судейские ошибки, забывали о ранах и увечьях…