Всего за 322 руб. Купить полную версию
Особенность научного коллектива ныне и в том, что сам труд ученых в настоящее время практически всегда может быть плодотворным только если является коллективным: настолько возросла масштабность тем, усложнились эксперименты и оборудование, увеличилось количество гипотез, публикаций, что решение их не под силу не только одному человеку, но, порой, и целой научной лаборатории.
Необходимо отметить, что сказанное нисколько не умоляет роли личности в науке. Наоборот, она давно и всеми признана. Талантливый, гениальный "одиночка" может совершить открытия, которые не под силу десятку, а то и сотне людей.
Творчество одиночек или творчество коллективное?
И все же характерной чертой современного научного творчества является коллективизм. Совместные усилия многих ученых позволяют наиболее эффективно, всесторонне и быстрее вести научные исследования, и особенно на стыке наук. На смену одиночкам все чаще приходят хорошо организованные научные коллективы, которые сочетают опыт, знания, практику и способности многих сотрудников. Это все прогрессирующая тенденция находит благоприятную почву в нашем обществе. Работа на общую цель создает распологающие условия для расцвета коллективного творчества.
По данным доктора исторических наук Г. Доброва, еще в начале XX столетия авторам-одиночкам принадлежало около 80 процентов всех печатных научных трудов. Сейчас их доля снизилась примерно на 26 процентов, т. е. втрое. В то же время совместные труды двух ученых составляют 40, а трех – 15 процентов от числа выходящих публикаций. В двадцатые годы уже появились коллективы в четыре и более авторов. И хотя пока они существуют в соотношении 1 к 10, число их непрерывно растет. Ныне уже известны коллективы соавторов статей (не говоря о монографиях), объединяющих десять и более ученых.
Примеры коллективного творчества имелись и есть и в научно-исследовательских, и в проектно-конструкторских учреждениях республики. Из 32 плановых научных тем бывшего института истории партии при ЦК КПБ 23 разрабатывались авторскими коллективами, которые объединяли почти сто исследователей. В среднем на одну тему приходилось три-пять человек.
Проблемой Полесья занимались около тридцати проектных и научно-исследовательских учреждений. Подобных примеров много.
Эффективность коллективного творчества еще более становиться очевидным фактом, если учесть, что оно делает возможным синтез знаний и особенностей многих ученых из разных, порой отдаленных, отраслей науки. Это тем более важно, что в настоящее время новейшие открытия, как известно, все больше происходят на стыке разных наук. Кроме того, коллективизм творчества позволяет избежать некоторых ошибок, которые вероятнее при усилиях одиночек. К примеру, среди "изобретателей велосипедов" 60 процентов составляют авторы-одиночки, зато доля "пар" снижается до 20, а групп из трех человек – до 10 процентов.
Кто автор?
В то же время коллективное творчество выдвинуло новые организационные и этические проблемы. Одной из них в некоторых научных учреждениях является определение подлинных авторов научных работ. Это случается когда в авторский коллектив включаются лица, не принимавшие существенного участия в работе, один или несколько членов авторского коллектива считают свой вклад в работу решающим и выступают против включения в соавторы тех научных сотрудников, которые имели отношение к исследуемой проблеме. Чаще такие конфликтные ситуации возникают между коллективом и руководителем группы, лаборатории, отдела, между диссертантом и научным руководителем.
Доктор географических наук К. Вотинцев приводит следующие данные из области химических наук. По 45 кандидатским диссертациям было сделано 443 публикации, из них 332 или почти 75 процентов оказались выполненными в соавторстве с научным руководителем. В 20 из приведенных диссертаций все публикации были совместными. Такие факты, по мнению ученого, закономерно настораживают.
А какое мнение других ученых?
Один из создателей тектонических карт СССР, известнейший геолог, академик Александр Леонидович Яншин: "Я знаю ученых, которые поразительно умело сочетают руководство крупными научно-исследовательскими институтами с личной исследовательской работой. Но публикуют они в основном свои труды, а не вступают в сомнительное соавторство со всеми своими подчиненными".
Конечно, идея это много в научной работе, однако, по моему глубокому убеждению, автором или соавтором научного труда может быть лишь тот, кто лично участвует в исследовательской работе, ибо в процессе ее любая идея претерпевает весьма существенные изменения.
А вот мнение юриста, профессора М. Богуславского: "Если речь идет об изобретении, то соавтором могут считаться те лица, которые над ними совместно работали. Степень участия каждого из них значения не имеет, все они располагают одинаковыми правами, как на "имя", так и на вознаграждение. Из этого положения исходит и наше законодательство в области изобретательства и, в частности, действующее Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях".
В связи с проблемой соавторства в научном коллективе поучителен случай в истории науки. В 1912 г. к Эрнесту Резерфорду в Манчестере пришел еще совсем молодой Генри Гвин Джефрис Мозли (1887–1915), будущий основатель рентгеноспектроскопии, и предложил ученому три возможные темы работы. Резерфорд сразу же указал на самую важную из них: установление зависимости длины волны рентгеновских лучей атома от положения его в периодической системе. И действительно, именно она сделала имя Мозли всемирно известным. Характерно, что после открытия Резерфорд никогда не только не пытался приписать себе заслугу в выборе темы (хотя от этого во многом зависел успех дела), а наоборот всегда подчеркивал, что работа полностью принадлежала молодому ученому.
Великий физик постоянно проявлял заботу о том, чтобы личные успехи исследователя всегда были отмечены. Лично он всегда так поступал и в лекциях, и в своих работах. И обращал на это внимание других. Это стало нормой его деятельности.
Примечательно, что аналогичные взгляды на эти вопросы у многих великих ученых. Бывший заместитель директора Сухумского субтропического отделения Всесоюзного института растениеводства В. Н. Николаев в одном из материалов, посвященном памяти Н. И. Вавилова, приводит такой пример. Во время работы на Украинской станции ВИРА он написал небольшую статью о поведении различных сортов чины при выращивании в местных условиях и предварительно передал его на просмотр сотруднице, которая занималась в институте этой культурой. Сотрудница считала, что автор не имел права делать обобщения, поскольку она высылала ему семена.
Для разрешения спорного вопроса был привлечен Николай Иванович. Вывод его примерно следующий: "Любой научный сотрудник имеет право оформлять печатные труды по тому материалу, над которым он непосредственно работал". Статья была опубликована за подписью автора, но с выражением благодарности сектору зернобобовых института, предоставившему материал для наблюдений.
В принципе, соавтором может быть каждый: младший научный сотрудник и академик, директор института и руководитель группы, но только при личном участии, личном вкладе в решение конкретной проблемы.
Решить проблему соавторства административным путем, пожалуй, не возможно – это проблема, прежде всего, нравственная. Ясно, что в коллективе единомышленников, спаянных общим делом, единой целью и высокими качествами нравственности, таких ситуаций не возникает. Когда же этого нет, когда научный поиск подменяется распрей честолюбий, не только появляется конфликтная ситуация, но и порой далеко отодвигается конечная цель и даже становится недостижимой, нарушается рабочий ритм всего коллектива.
Многое в таких случаях определяется моральным обликом ученого. Видно, этой проблеме еще недостаточно внимания уделяется в учреждениях высшей школы. Оканчивая учебное заведение, студент получает определенную сумму знаний и навыков по избранной специальности, а вот вопросы морально-этических норм поведения ученого остаются, как правило, в стороне. И только переступив порог кафедры, отдела, лаборатории вчерашний студент, да и аспирант, начинает самостоятельно постигать вопросы взаимоотношения личности и коллектива, соответствие своих личных научных интересов общему направлению деятельности коллектива. Вот почему, в какой-то мере, начинают возникать конфликтные ситуации там, где их могло не быть. А как всякий конфликт, это нарушение трудовой деятельности учреждения.
Как повысить эффективность работы научного коллектива?
Создание в коллективе атмосферы подлинного научного творчества, концентрация усилий на наиболее важных направлениях, правильный подбор и расстановка кадров – залог новых успехов развития науки.
На продуктивность научного труда коллектива влияет целый ряд факторов, в том числе такие, как оптимальные размеры численности сотрудников лаборатории, в частности, научного учреждения (в целом), возраст исследовательских коллективов (групп), соотношение ученых различных возрастов и т. д.
Исследования показывают, что наиболее продуктивной деятельность лаборатории будет, если в ней работают максимум 15–20 человек на протяжении шести-семи лет. После этого лучше создавать новые группы, лаборатории. Оптимальные размеры научных учреждений зависят от количества лабораторий, но не должны превышать 250–400 сотрудников. Такое количество ученых считается наиболее плодотворным для научной деятельности.
Продуктивность повышается и в том случае, если научные интересы сотрудников совпадают с направлением деятельности лаборатории, если имеется возможность развивать собственные идеи.