Всего за 209 руб. Купить полную версию
Богатство они приобрели после женитьбы бригадира Алексея Николаевича Дурасова на наследнице баснословно богатых уральских заводовладельцев Мясникова и Твердышева. На эти средства в конце XVIII в. был выстроен великолепный дворец на Покровском бульваре, один из самых представительных образцов зрелого классицизма в Москве - прекрасны пропорции его шестиколонного портика на арках, очень интересны лепные барельефы над боковыми окнами. Этот дом, приобретенный в 1825 г. графом М.А. Дмитриевым-Мамоновым, над которым вскоре была устроена опека, купила в 1839 г. Практическая академия коммерческих наук, переехавшая в него только в 1847 г. В советское время дворец, как и многие здания в квартале между переулком и улицей Воронцово Поле, заняла Военно-инженерная академия.
Почти вся правая сторона переулка - строения, занятые также академией, а на левой - несколько зданий, выстроенных в начале нашего столетия. Это дом № 5, построенный в 1904 г. архитектором В.И. Мясниковым для некоего мещанина, владельца вязального заведения Николая Старикова, чьи инициалы гордо выставлены им на фасаде. Проект соседнего дома (№ 7) выполнен хорошим архитектором, автором такого выдающегося сооружения, как Деловой двор на Славянской площади, И.С. Кузнецовым. Здесь, в переулке, он построил в 1909 г. дом для одного из владельцев обувной фирмы "И.Д. Баев с сыновьями". В этом доме жил художник, автор многих известных плакатов Дени (В.Н. Денисов).
На самом переломе переулка - двухэтажное здание с деревянным вторым этажом. Возможно, оно уцелело с 1821 г., когда принадлежало "купеческой жене" Ирине Балашовой. В 1895 г. этот дом был пожертвован Московскому купеческому обществу, и в нем находился "странноприимный дом для приходящих в Москву за сбором подаяния милостыни", подаренный Московскому купеческому обществу торговавшим шелковым товаром купцом Ф.Н. Самойловым, владельцем этого дома с 1854 г. За ним находится перестроенное здание (№ 13) 1819 г.
Глава VI
Воронцово поле
Между Воронцовым Полем и Серебрянической набережной реки Яузы
На правом берегу реки Яузы поднимается холм, крутой склон кото рого, подобно соседней Ивановской горке (в районе улицы Забелина), обращен к югу и когда-то был занят садами. На самой бровке холма, там, где сейчас проходит улица Воронцово Поле, возможно, и находилось старинное село Воронцово, принадлежавшее роду тысяцких Воронцовых. Тысяцкими назывались в Москве бояре, управлявшие городом и имевшие большую власть, и часто оказывавшиеся в центре дворцовых интриг: так, Алексей Петрович Хвост был убит в 1357 г. таинственным образом, "неведомо от кого и неведомо кем". Но, как сообщала Ермолинская летопись, говорили, что виноваты бояре: "Еда завтреню благовестят, обретоша мертва на площади лежаща; глаголють же, яко боярьскою думою убьен".
Долгое время тысяцкими в Москве были представители рода Воронцовых-Вельяминовых. При Иване Калите приехал из Владимира Протасий, впоследствии, по сведениям родословной книги, у него был "сын Василий… а был тысяцкой же, а у Василия 4 сына: большой Василий, а был тысяцкой же…". Должность тысяцкого становилась наследственной, и князья старались ограничить их полномочия.
Последний московский тысяцкий Василий Вельяминов скончался своей смертью в 1373 г., великий князь Дмитрий Иванович никого не назначил, но сын его Иван Вельяминов считал, что он займет место отца, и попытался получить поддержку у тверского князя и Мамая из Золотой Орды, однако его интриги закончились провалом. Ивана Вельяминова обманом захватили: "Оболстивше его и преухитривеше, изымаша его в Серпухове и приведоша его на Москву".
И там совершилась первая публичная казнь в Москве на Кучковом поле, у Кремля: "И месяца Августа въ 30 день 3, на память святаго мученика Филикса, во вторник до обеда, в 4 час дня, убиен бысть Иванъ Васильевичь тысяцкий, мечем потят бысть на Кучкове поле у града у Москвы повелением великого князя Дмитреа Ивановича. И бе множество народа стояще, и мнози прослезиша о нем и опечалишася о благородстве его и о величествии его".
После казни сына последнего тысяцкого село перешло к великому князю Дмитрию Донскому; с тех пор оно находилось в роду московских государей и неоднократно упоминалось в духовных грамотах и летописных известиях. Так, в 1504 г. Иван III завещал сыну Василию "селцо Воронцовское на Яузе, где мой двор". Этот загородный двор упоминается еще несколько раз, в частности в 1515 г., когда Василий III, по словам летописи, "приехав в Москву, летовал в Воронцове на своем дворе". Великокняжеский двор с дворцом и садом был окружен избами горожан, обслуживавших его, рядом же стояли мельницы на Яузе и кожевенный завод. Одна из немногих в то время каменных церквей в Москве была построена именно в этих местах - великий князь Василий приказал приезжему архитектору Алевизу возвести в селе каменную Благовещенскую церковь (ее здание, многократно перестроенное, стоит на улице Воронцово Поле, № 16).
Воронцово Поле, дом № 12
Под защитой крепостных сооружений (по линии теперешних Садовых улиц) процветала Воронцовская слобода, упоминаемая в XVII в., - тогда она насчитывала 135 дворов. Здесь же недолгое время существовала и небольшая иноземная слобода, которую населяли поляки и литовцы. В этих местах жили стрельцы, постепенно вытеснившие старых жителей за Яузу, где образовалась новая Воронцовская слобода (в районе нынешней одноименной улицы). Еще в начале XVIII в. весь этот район считался стрелецкой землей полка Степана Стрекалова.
Во второй половине XVIII в. склон к Яузе был занят крупными усадьбами, из которых особенно большой была усадьба екатерининского сановника А.А. Безбородко. Он подарил Павлу I свой дворец в Немецкой слободе, и в возмещение ему "пожалована была в вечное и потомственное владение" земля в этих местах. Безбородко писал, что он собирается "заложить новый дом в Москве на прекрасном и первом в Москве месте, в конце Воронцовского поля, на Яузе, у самого Белого города лежащем, которое достал у княгини Хованской покойный князь Потемкин, а после его купила блаженной памяти Императрица" (Екатерина II. - Авт.). Безбородко заказал проекты нового огромного дома архитектору Джакомо Кваренги, а парка - Николаю Львову, но смерть владельца остановила все работы по строительству. Эта огромная усадьба перешла к его брату, а потом разделилась на много частей. Одна из них оказалась в 1816 г. в руках коллежского асессора А.И. Тессина, дочь которого вышла замуж за Н.Ф. Островского, отца великого русского драматурга. Он приобрел этот большой участок (№ 5, 7, 9), который тянулся вверх по Большому Николоворобинскому переулку на 94 сажени (около 200 метров), у сыновей А.И. Тессина за 11400 рублей серебром по купчей, заключенной 10 апреля 1840 г.
Сначала А.Н. Островский жил в главном доме, стоявшем высоко на горе (№ 7), а со второй половины 1849 г. переселился в небольшой деревянный домик, стоявший прямо напротив Серебрянического переулка. Отсюда он каждый день ходил пешком на Девичье Поле к редактору журнала "Москвитянин" Погодину, занимаясь перепиской, корректурой и составлением мелких заметок. "Это было тяжелое время, - вспоминал Александр Николаевич, - но в молодости нужда легко переносится". Жилище Островского оказалось мало приспособленным для творческой работы. Он сам писал, что "воробинский дом был очень удобен для того, чтобы простудиться (что мною и исполнено), и очень неудобен для того, чтоб писать и даже думать: у меня не было покойного угла, где бы такие операции могли совершаться без помехи".
Однако именно этот скромный домик стал свидетелем рождения всероссийской известности А.Н. Островского-драматурга: с жизнью в нем связано написание таких шедевров, как "Гроза", "Доходное место", "Свои люди - сочтемся". Он стал местом притяжения для многих деятелей русской культуры, тут бывали артисты, композиторы, писатели.
Дом, в котором почти 30 лет прожил Островский, не сохранился - по тому месту, где он стоял, в конце XIX в. проложен Тессинский переулок, названный по владельцам самого крупного участка. В 1867 г. бывшее владение Островского распродается по частям, которые застраиваются различными зданиями.
Внутри современного участка (№ 5) архитектор В.А. Коссов в 1884 г. строит особняк для богатых банкиров Марк. Филипп Марк приехал в Россию из Германии в 1839 г., породнился с семьей Вогау, занимавшейся поставкой самых различных товаров, а его сын Мориц уже вошел в состав руководства фирмой. Позднее Марки занялись и банковским делом, и промышленными предприятиями. В этом особняке с 1916 г. до отъезда за границу (в 1922 г., где он приобрел большую известность не только как пианист, но и постановками опер) жил пианист Исай Добровейн, которого М. Горький пригласил сыграть В.И. Ленину его любимого Бетховена. В доме № 7 помещался Институт питания, в котором с 1930 по 1952 г. работал профессор М.И. Певзнер, основоположник теории лечебного питания.
Этот участок граничит с участком церкви Св. Николая, "что в Воробине", по которой и называются теперь и этот переулок, и соседний Малый Николоворобинский, идущий к Яузскому бульвару.