- Думаешь, не запугаю? Он у меня от страха сразу сдасться!
- Может и забудет. Только ты на всякий случай запомни, что конь ходит буквой "Г", а ферзь во все стороны…
Коля спрыгнул с турника и с воодушевлением крикнул:
- Мы должны победить во что бы то ни стало! Будем биться не на жизнь, а на смерть!
- Один за всех и все за одного! - воскликнул Филька, побрасывая ракетку над головой.
Антон неудачно прыгнул в яму с песком, приземлился на руки и отплевываясь, проворчал:
- Размечтался… Чаще бывает: один на всех и все на одного!
Потренировавшись примерно час, четверка юных атлетов погрузилась в рейсовый автобус, который, дребезжа, повез их к сто пятой школе.
Сто пятая располагалась в трехэтажном обшарпанном здании из красного кирпича, и, приближаясь к ней, ребята ощутили робость. Их неуверенность еще более возросла, когда они прочли табличку: "Общеобразовательная школа № 105 со спортивным уклоном (самбо)".
У дверей их остановили двое дежурных старшеклассников. Для устрашения оба были в самбовках на голое тело.
- Куда претесь? - спросил один с пробивающимися на верхней губе усиками перегораживая им дорогу.
Егоров, оглянувшись, посмотрел на Данилова, Антон - на Мокренко, а Петька уставился на Фильку. Хитров тоже оглянулся, но так как за ним никого уже не было, сказал:
- На спартакиаду!
Старшеклассники захохотали:
- Ладно, катитесь в зал прямо по коридору!
Наша четверка отважно прошествовала мимо дежурных и оказалась в спортзале.
Он был огромным, намного больше, чем в их школе. В углу были навалены толстые маты и стояли набитые кожаные чучела для тренировок. Какой-то парень крутился на турнике, делая подъемы переворотом и солнышко. Но и этого ему было мало, и он два раза подтянулся на одной руке! При мысли, что придется соревноваться с этим парнем, Коля Егоров почувствовал сухость во рту.
К ним подошла женщина средних лет с висевшим на шее свистком.
- Вы из какой школы? - спросила она.
- Из 102-й, - ответил за всех Данилов.
Тренер отметила что-то в блокноте.
- Класс?
- 7"А"! Когда мы будем соревноваться?
- Садитесь на скамейку и ждите. Вас вызовут!
Ребята уселись на узкую скамейку и стали терпеливо ждать. Зал постепенно наполнялся. Народу оказалось много, в том числе и старшеклассники из их школы.
Когда собрались все участники из трех школ поселка и пяти районных и суета улеглась, на середину зала вышел жилистый мужчина в самбовке, на шее у которого тоже висел свисток.
- Внимание! Повторять не буду! - крикнул он. - Спартакиада проводится по классам! Вначале пятые, потом шестые, седьмые, восьмые и далее. От каждой школы выставляется по одному участнику! В зале, как вы видите, четыре угла. В одном углу - турник, в другом - прыжки, в третьем - теннис, в четвертом – шахматы, а посередине за столом сижу я и фиксирую результаты. А теперь марш по углам! Надеюсь, отличить подтягивания от тенниса вы сможете?
И вот соревнования начались. Женщина-тренер и два ее помощника бегали по залу и записывали, кто сколько раз подтянулся, как каждый прыгнул, кто победил в теннис и шахматы, а жилистый тренер сводил все данные в длинный список.
Вначале выступили пятые классы, затем шестые и вот наступило время седьмых. У турника стоял Егоров и ждал своей очереди. Перед ним один семиклассник подтянулся пятнадцать раз, другой - десять и третий - шесть. И теперь Коля прикидывал: если подтянется восемь раз, то его место во всяком случае не будет последним.
- Егоров! Сто вторая школа! - громко объявила тренер.
Коля, все забыв от волнения, вышел к турнику, подпрыгнул раз, другой третий, но так и не смог достать до перекладины, которая была слишком высоко.
Ребята засмеялись.
- Встань на стул! Так все делают! - подсказала ему женщина-тренер.
Егоров и сам вспомнил, что все выступавшие до него вставали на стул, но теперь упрямство мешало ему сделать то же самое. Он встал на цыпочки, изо всей силы прыгнул - и каким-то чудом ухватился за перекладину.
- Вот упрямый! Теперь подтягивайся! - и тренер приготовилась считать.
Коля, дергая ногами, подтянулся два раза, и неожиданно для себя бессильно повис на турнике. Он раскачивался, пытаясь подтянуться еще, но третий раз сумел достать только до половины.
- С этим все ясно. Пиши результат, Сергеев! Следующий! - сказала тренер прерывая его мучения.
Егоров спрыгнул с турника и, ни на кого не глядя, пошел в сторону, пока не наткнулся на Антона, который стоял поблизости и наблюдал за его провалом.
- Негусто у тебя, - сказал он.
- Не понимаю, что случилось! Ты же сам видел, как я сегодня подтягивался!
Семь раз, потом шесть и три раза по пять. А теперь всего два и больше не могу!
- с горечью воскликнул Коля.
- В том-то и дело. Не нужно было тебе сегодня тренироваться, - заметил Антон.
- Но почему?
- Ты мышцы переутомил. Завтра у тебя все болеть будет, - со знанием дела пояснил Данилов.
Это несколько утешило Колю, и он спросил:
- А ты как? Отпрыгал?
Антон помрачнел:
- Три заступа подряд! В третий раз тренер даже смотреть не стал, а сразу сказал: "Не засчитано!" А так я дальше всех улетал! И угораздило их выдумать эту дурацкую черту!
Егоров усомнился, что он улетал дальше всех, но спорить не стал. Теперь не докажешь - все равно не засчитано.
- Хитров, сто вторая, играет с Хализевым, сто пятая! - громко объявил тренер, и Антон с Колей побежали смотреть.
Филька встал у одного конца теннисного стола, а с другом конце - высокий тонкорукий парень, державший ракетку с видом профессионала.
Стали разыгрывать подачу. Фильке удалось каким-то чудом отбить шарик раза два, но потом его противник, взмахнув длинной рукой, подал крученый и Хитров промазал мимо стола.
- Потеря подачи. Подача Хализева! - объявил судья.
Филькин противник подул на свою ракетку и резко подал. Хитров даже не заметил шарика, только услышал, что по его половине цокнуло, а судья произнес:
- Один - ноль.
А потом судья только успевал говорить: "Два - ноль! Три - ноль!"
В результате Филька проиграл со счетом одиннадцать - два, и был доволен что не всухую. Впрочем, Хитров не выглядел огорченным. Он пожал своему сопернику руку и, положив на стол ракетку, отправился к друзьям.
- Видели, как он меня кручеными? Уверен, у него разряд! А у вас как дела?
Пожаловавшись друг другу на роковое невезение и найдя тысячу причин смягчающих их проигрыш, тройка приятелей отправилась смотреть на игру в шахматы.
- Интересно, как дела у Мокренки? Если мы трое проиграли, ему тем более ничего не светит! - сказал Антон.
Так как шахматный турнир длился дольше остальных видов состязаний, чтобы его не затягивать, игра велась одновременно на двадцати досках.
Друзья отыскали Петьку, сидевшего за пятой доской справа, и стали давать ему советы. Хотя прошло уже минут двадцать, Мокренко, игравший белыми, не сделал еще ни одного хода. Он сидел взмокший, напряженно уставившись на доску.
- Почему ты снял темные очки? И где же твоя психологическая атака? – насмешливо шепнул ему Данилов.
- Какая психологическая атака? Вы видели этого амбала? - прошептал Мокренко, не поднимая головы и незаметно показывая пальцем на своего противника.
Антон посмотрел на соперника Мокренко и прикусил язык. Напротив Петьки сидел парень с бычьей шеей, весивший по меньшей мере килограммов восемьдесят.
Он был выбрит наголо, на шее у него висела цепочка со скелетом, а палец правой руки украшал перстень-кастет в виде черепа, которым амбал многозначительно постукивал по столу. Одет он был в разрисованную самбовку, стянутую на поясе узлом. Физиономия у парня была мрачная и хулиганская.
- Такой двинет - мало не покажется! Ты уверен, что он учится в седьмом классе? - удивился Филька.
- Откуда я знаю? Думаешь, я у него спрашивал? Я с ним вообще не разговаривал!
- А вообще всякое бывает, - продолжал Хитров. - Допустим, его отдали в школу с десяти лет: десять плюс семь получается семнадцать. Да, брат, влип ты в историю!
- Делать нечего. Хочешь не хочешь: играть надо! Давай, Мокренко, ходи! - сказал Егоров.
- Как ходить-то?
- Ну давай хоть пешку двинь вперед на две клетки!
Петько уныло двинул пешку с е2 на е4.
Его противник на другом конце доски скривился и постучал ребром одной руки о ладонь другой. Мокренко задрожал. Парень грозно навис над доской и зеркально повторив ход, передвинул свою черную пешку.
- Мне еще не мат? - с надеждой прошептал Петька.
- Пока нет, - сказал Колька. - Играй дальше, двинь слона!
- Какого слона? Этого?
- Нет, вон того! Поставь его на ту клетку!
Мокренко, стараясь не смотреть на своего противника, послушно пошел слоном, куда указал ему Коля. Амбал повторил его ход, при этом так хлопнув фигурой о доску, что все фигуры сдвинулись со своих мест.
- Ишь ты, хитрит! Сразу видно, хорошо играет! Может, мне сдаться? – прошептал Мокренко.
- Рано еще! Давай двинем ферзя! - посоветовал Коля.
- Куда? Прямо?
- Нет прямо нельзя, там же твоя пешка!
- А я разве не могу сбить свою пешку? - удивился "гроссмейстер".
- Нет, не можешь. Ходи ферзем на ту клетку по диагонали!
Петька со вздохом поставил ферзя, куда ему было указано. Амбал потянулся было к своему, чтобы повторить его ход, но потом засмотрелся за соседнюю доску и двинул крайнюю пешку на одну клетку.
- Чего дальше делать? - озабоченно спросил Мокренко.