Теперь у рулевого колеса стояли оба лоцмана; сюртуки и жилеты они сбросили, распахнув рубашки на груди; по лицам обоих струился пот. Они вели судно так близко к берегу, что ветви деревьев задевали леера верхней палубы от носа до кормы.
- Приготовились! - прошептал Джордж.
- Готово! - вполголоса откликнулся Джим.
- Давай ходу!
И пароход, как испуганный олень, метнулся наискосок от одного берега к другому. Он снова прижался к самому берегу и, яростно шлепая колесами, мчался мимо нависших ив. Капитан опустил подзорную трубу.
- Бог ты мой, ну и шпарит! Вот беда, неужто обгонит?
- Джим, - сказал Джордж, глядя прямо перед собой и отвечая быстрым движением рулевого колеса на малейшее отклонение судна от курса, - а может, попробуем Протоку Убийцы?
- Рискованная штука! На сколько видна была сегодня утром коряга на фальшивой косе, что пониже острова Бордмана?
- Торчала из воды по самые корни.
- Трудная задача, прямо скажем. Значит, у выхода из протоки глубина будет не больше шести футов. Если ни на волос не отклониться, то кое-как проскочим, правда, впритирку! Но рискнуть стоит. Уж она-то, во всяком случае, не решится! - закончил Джим, подразумевая "Амаранту".
Через мгновение "Борей" углубился в протоку, которая казалась извилистым ручьем, и приближавшиеся огни "Амаранты" тут же исчезли из виду. Никто не произносил ни слова, даже шепотом; все трое пристально вглядывались в темноту; двое крутили колесо то в одну, то в другую сторону, напряженно управляя стремительным движением парохода; каждые пятьдесят шагов казалось, что протока кончилась, но в последнее мгновенье впереди всякий раз открывался новый просвет. Теперь выход из протоки был уже недалеко. Джордж три раза ударил в колокол, двое лотовых одним прыжком очутились на своих местах, и через минуту их загадочные выкрики уже раздавались в ночном воздухе; их тут же подхватывали и повторяли двое матросов на верхней палубе:
- Нет дна!
- Четыре полных!
- Три с половиной!
- Три с четвертью!
- Отметка под водой - три!
- Два с половиной!
- Два с четвертью!
Дэвис потянул веревку, другую - где-то далеко внизу прозвенели маленькие колокольчики; пароход сбавил скорость, засвистел выпускаемый пар, предохранительные клапаны пронзительно завизжали.
- На отметке - два!
- Два без че-етверти!
- Восемь с половиной!
- Восемь футов!
- Семь с половиной!
Снова зазвенели колокольчики, и колеса совсем перестали вращаться. Теперь пар свистел с ужасающей силой, почти покрывая все остальные звуки.
- Готовьсь! Сейчас потягаемся!
Джордж положил рулевое колесо вправо до отказа и держал его мертвой хваткой.
- Готово!
Пароход дрогнул, как бы затаив дыхание; вместе с ним замерли капитан и оба лоцмана, но вот "Борей" начал разворачиваться вправо, и глаза у всех загорелись.
- Ну, теперь держись! Пошел, пошел! Не зевай!
Рулевое колесо так стремительно завертелось влево, что спицы слились в один сплошной круг, разворот прекратился, пароход выравнялся и...
- Семь футов!
- Се... Шесть с полови-иной!
- Шесть футов! Шесть фу...
Трах! "Борей" ударился килем о дно! Джордж крикнул в переговорную трубку:
- Самый полный! Шпарь вовсю!
Пуф-пуф! Чу-чу! Выпускные трубы изрыгали в небо белоснежные клубы пара; пароход заскрежетал, дернулся вперед, задрожал и соскользнул...
- На отметке - два!
- Два с че-е...
Бум-бум-бум! Теперь три удара колокола означали, что лоты можно убрать.
И пароход помчался прочь от опасного места вверх по течению, вдоль заросшего ивами берега, а вокруг простиралось серебристое море Миссисипи.
"Амаранта" исчезла!
- Ха-ха! Ну, ребята, на этот раз наша взяла! - воскликнул капитан.