- Вот и славненько. Все будет сей минут. И водочка холодненькая, как из морозильничка. На улице морозец, - напомнила тетка и весело удалилась за ресторанные кулисы добывать продукт.
Продукт на стол был доставлен мгновенно. "Научились же у нас работать все-таки", - Вася с удовольствием наблюдала, как трогательно тетка наливала тягучую водку в милую каждому сердцу общепитовскую стопку. Как стопка сразу аппетитно запотела, а бутылочка на глазах покрывалась ледком. Как славно блестели огурчики, и маслинки, и даже лимончики. Все было потрясающе. Вася аккуратно взяла рюмочку и отхлебнула маленький глоточек. Все-таки водка - самый приятный напиток. (Не станем считать это рекламой.)
Все неустроенные мужики, Вася вдруг увидела это, обалдело наблюдали за ней, также приподняв свои рюмки. Они смотрели с полным восторгом, не отрываясь, даже не мигая, и когда она отняла рюмку от губ, как будто выдохнули - за нее. Потом они начали улыбаться один за другим и по очереди поднимать свои емкости. Вася ответила, тоже улыбнувшись каждому, не пропустив ни одного взгляда, как велят приличные манеры. Авторитет был заработан. Легко и сразу. И действительно, какое еще впечатление могла произвести дамочка в ресторане поезда дальнего следования с бутылкой водки в 9.15 утра? Это было истинное мужское восхищение.
Словом, в утреннем ресторане оказалось почти приятно. И чувство не то чтобы дискомфорта, но неудобства организма перед собой и вечностью по вопросу утреннего пьянства потихоньку отступало, уступая место теплу и удовлетворению.
Вася взглянула на часы. Ехали всего минут пятнадцать или семнадцать. Да, три часика еще впереди, а все дела уже сделаны. Так и бутылочки не хватит, если по времени посчитать, а не по здоровью. И в следующие минуты своей увлекательной и перспективной поездки Вася принялась подробнее рассматривать публику. В противоположном от веселой компании углу ресторана сидел молодой человек, даже юноша - так казалось с высоты ею прожитых лет. Вася все чаще бросала на него уже затуманивающийся от удовольствия взгляд. Наконец она подняла рюмку (не пить же одной, честное слово), пригласив красавца в виртуальную компанию. Миловидный юноша понял ее буквально. Через мгновение он уже шел к столику - можно? - ох, эти символические взгляды.
- Привет, - другого ответа и не требовалось. Удавливать утречко вдвоем все-таки приятнее.
Паренек как-то сразу почувствовал себя свободно.
- А что, у вас действительно не курят? - широко повернувшись к хозяйскому столику, озвучил он общий интерес. Это было тонкое замечание. Покурить уже хотелось.
- А что, читать не умеем? - вопросом на вопрос ответила тетка, подтягиваясь к столику. Поговорить, клиентам угодить. И с этим она, в общем, справлялась. - Президент запретил курить в общественных местах. Указы читать надо. Неграмотные совсем, что ли? Так телевизор смотрите, радио слушайте. Короче, курить нельзя - штраф. Непонятно, что ли? - Разговор принимал все более игривый характер.
- Все сразу и понятно. Так бы сразу и сказали. - Улыбчивый юноша положил на стол купюру.
Тетка радостно призадумалась.
- Так это штраф? - И не дождавшись ответа, как фокусник, из фартука достала пепельницу и поставила на столик. - Ну с этого и надо было начинать. Заплатил штраф - кури на здоровьичко. Красавчики вы мои, - умилялась она уже совсем по-свойски. - Ехать-то, наверное, далеко? Помните еще, куда ехать-то? С нами до конца? А то поехали. Сутки - туда. Сутки - обратно. Одна нога - здесь. Другая - там. Еще и искупаться успеете в море Синем-чудесном, и назад. Сразу назад, - смеялась она.
- Позже, позже, - по-детски хихикая, отстранил ее от столика Васин новый приятель и, глянув вслед удаляющейся тетке, добавил: - Давай выпьем. За знакомство. Меня Сергей зовут.
- Вася.
- Тогда я Мася. Не шучу, это для близких и совсем своих.
- То есть я уже совсем своя? - не удивилась Вася. - Тогда буду звать тебя Масиком, так мне удобнее. - Наступал тот самый момент приятного обаяния выпивки. В такие мгновения главное не поддаваться куражу и поддерживать настроение, не добиваясь лишнего успеха.
- Да-ра-га-я Вася. - Масик тянул слова и вообще был плавным и податливым. Пластилиновым таким. - Знакомство в дорожных условиях сильно сближает. - Он обнял рюмку своими мягкими пальцами и поднял ее. - Ты куда? Действительно до Синего моря? Или куда поближе?
- Я в Самовар на конференцию.
- Это очень удачно. Я туда же, родню навестить. И друзей-товарищей, - заметил Масик. - Слушай, а на какую конференцию? Ты что, крупный ученый?
- Не произвожу впечатления?
- Да-ра-га-я Вася. В последнее время я верю во всякие преображения. Даже в свои собственные. - Масик налил еще по одной. - У меня и повод есть. Я сделал открытие. Вот только что официальные бумажки получил. Государственные…
- Так что за открытие? - поинтересовалась Вася. Все-таки дурацкая это профессия - журналистика. Все время всем интересуешься, даже когда тебе этого совсем не надо и не хочется. Частенько, в общем, непонятно зачем. Как будто бы без перерыва рассказываешь все эту ерунду в эфире. Потоки и склады ненужной информации. Правда, нередко Вася и попадала. То есть неожиданно нарывался полный эксклюзив. Было у нее чутье, что и говорить. И сейчас, это она чувствовала, за бутылкой надо было выведывать государственные тайны.
- …в оборонке. - Она поняла, что прослушала вступление, и попыталась сосредоточиться. - Так вот раньше его синтезировали, а оказывается, он существует в природе. - Говоря о своем деле, мягкий Масик словно затвердевал. А длинные ресницы его будто приклеивались к высоким бровям, и глаза как бы выкатывались. Удивительно, но в этом не было никакой противности, а была приятность, несвойственная юношеским взорам, и гипнотическое очарование, которому Вася легко поддалась. Масик снова подергал выпадающую попутчицу за руку. - Представляешь? Ты представляешь? И я его нашел. На Чатке.
- На Чатке можно найти и не такое. Помнится, я там нашла свою любовь… к природе.
- Назвал я его порфирий. По созвучию с такими вулканическими слоями. Но это тебе неинтересно и необязательно. Зато открытие, настоящее открытие!
- Кто такой Порфирий, прости, я прослушала.
- Да-ра-га-я Вася. Это минерал такой. Который я открыл.
- Ага-а. Нобелевскую премию дадут? А по-другому и разговаривать нечего.
- Теперь надо найти деньжат для разработки месторождения.
- Да, на Чатку не налетаешься. - Каждый размышлял о своем.
Васе опять страшно захотелось на Чатку - к природе и к красной икре. А Масику, вероятно, работать кайлом (промышленную добычу уникального минерала Вася себе не очень представляла), зарабатывать научный авторитет. И деньги.
- Слушай, - вдруг он сменил тему, - а надо бы нам действительно что-нибудь съесть. А то и вправду не доедем и до Синего моря. - Он махнул рукой куда-то в угол.
Тетка была на страже.
- Ну что, красавчики вы мои?
- Да-ра-ги-е. Съесть чего-нибудь захотелось. Простого и быстрого. Семга под соусом - как его там? Или пекинская утка отменяются.
В это время за спиной их тетки появилась вторая. Она была вдвое крупнее первой. И значительней. На ней не было фартучка, зато было много толстых колец на пальчиках, которыми она ловко держала сковородку с пышущей картошечкой.
- Ладно, Валька, давай поделимся с детишками. Пусть покушают. У нас ведь на кухне, кроме утки пекинской и семги, ничего простого не осталось, - она зычно рассмеялась. - Ребята, подставляй тарелочки. Для себя жарили свою картошечку со своего огорода. Сами садили, сами собирали. Сами едим. В ресторан-то нам ее не подвезли. Так на своем хозяйстве и живем, даже на работе.
- Как скажешь, Зин Иван-на. - Валька уже водрузила на их столик огромное блюдо с крупно нарезанными огурцами и помидорами.
- Кра-со-та. - Вася с Масиком потирали ручки.
- У меня сегодня день рождения, - продолжала Зин Иванна, явно директор ресторана.
Вася полезла в свою сумочку и где-то на дне отрыла безделушку - брелок с каким-то неведомым чудищем.
- Это вам. Поздравляем.
Зин Иванна растрогалась. Часто ли ей, простой русской труженице, дарили подарки?
- Симпатичный, - она по-детски улыбалась. - А вы не обижайтесь, ребятишки. Выпьем за здоровье и знакомство.
Все сдвинули рюмки.
- С праздничком.
- Свобода. Равенство. Братство. Ура!
Слава богу, в это время за окном в мерклом свете зимнего дня показались самоварные окраины. Паровоз въезжал в город. Масик с Васей радостно засобирались и, покачиваясь, двинулись к выходу под бравые крики ресторанных работников.
- Ну что, красавчики вы мои, может, останетесь?
- А на посошок?
- Красавчики!
- Может, махнем все-таки к Синему морю?
- Там тепло, там яблоки, - галдели все хором.
- На обратном пути. Все на обратном пути. - Масик легко расплатился за весь стол и теперь дружески размахивал ослабевшими ручками. - Всем спасибо. Всем спасибо.
На ледяном перроне и вправду подпрыгивали масиковские дружки, которых Вася не очень разглядела. Они аккуратно приняли их обоих в свои крепкие ручки.
- Мася, привет, дорогой. Красавец! Чесно слово, красавец! - Они вылупились на незнакомую им Васю, поняв в какой-то момент, что она тоже с ним. - А что ты, дорогой, со своей Тулой в Самовар ездишь? Сбой в программе, - все ржали.
- Это моя новая подружка. Да-ра-га-я Вася, - выговорил Масик, подталкивая ее вперед. - Усадим на лучшее место? Только все лучшее, - бубнил он. - А ка-а-ак мы подготовились к встрече? Во-о-т. Не каждый справится. - Почему-то на морозе его развозило.