Всего за 54.99 руб. Купить полную версию
- Доброе утро! - девушка в белом халате и белой шапочке смотрит на меня с радостной улыбкой. - Клавдия Ивановна, больной очнулся.
От другой постели, где тоже кто-то лежит, ко мне направляется женщина, облачённая во всё белое. Наверное, врач. Она внимательно смотрит на меня и спрашивает:
- Видите меня, слышите?
Я киваю головой.
- А ну-ка поднимите руки, пошевелите ногами!
Я произвожу слабые движения и подсознательно отмечаю, что руки и ноги меня слушаются.
- Действительно, выживет, - констатирует врач. - Это твоя заслуга, Маша. Двое суток от него не отходила.
Медсестра застенчиво улыбается.
- Теперь неплохо бы узнать, кто он и откуда, - говорит Клавдия Ивановна. - При нём же ничего не оказалось, когда его "скорая" доставила. Займись, Маша.
Врач вышла, а медсестра подсела ко мне, намереваясь задать несколько вопросов. Я медленно возвращался к действительности.
- Можно позже? Я устал.
- Можно, - согласилась Маша и вышла.
"Скорая" привезла… Значит, те двое, что маячили впереди, не дали мне замёрзнуть. Может, напрасно? Разом бы кончились для меня все мучения.
Я лежал с закрытыми глазами и перебирал в памяти факты моего никчемного существования. Мне двадцать пять. Это треть или половина моей жизни? Как знать, сколько мне отпущено, а я так и не "определился". И не только со своим предназначением в жизни. Даже моя всепоглощающая любовь не дала мне опоры. Она не помогала, а, напротив, всё глубже затягивала в безрассудство, словно в омут. Сейчас я, кажется, понимаю, что меня никто по-настоящему не любил, ни Паша, ни Кристина. Да и за что им было любить никчемного, бесперспективного парня? Хотя и говорят, что в любви не рассуждают и даже нередко любят не "за", а "вопреки", но всё-таки на одной страсти долго не продержишься. Теперь я это точно знаю. Только не знаю, зачем живу. Здесь, в больнице, меня, конечно, вылечат. Вопрос: для чего? Чтобы я снова болтался по жизни, как неприкаянный? Или можно что-то изменить?
Вошла Маша. Я понял это по её лёгким шагам и радостному возгласу:
- Утро какое хорошее! Просыпайтесь, просыпайтесь! Пора мерить температуру.
Я открыл глаза. Она подошла к моей кровати:
- А вам поставлю капельницу.
- Стоит ли? - спросил я еле слышным голосом.
- В каком смысле? - не поняла Маша, потом, словно догадавшись о чём-то, укоризненно покачала головой. - Уныние - это грех. Вы должны нам помогать, если хотите жить.
- А если не хочу?
- Да что вы такое говорите! - воскликнула Маша. - Все должны хотеть жить!
- А если незачем?
- Быть такого не может, - Маша ловко вставляла иглу в мою вену. - У каждого человека есть своё предназначение, надо только понять, какое.
- А как понять?
Маша посмотрела на меня таким чистым и светлым взором, какого я ещё ни у кого не видел, и пообещала:
- С этим разберёмся. Всё будет хорошо.
Не знаю, почему, но я ей поверил.