Всего за 149 руб. Купить полную версию
Устроили засаду близ места назначенной встречи. Сидим тихо, почти не дышим. Долго ли, коротко ли, но видим: движется по горной дороге среди леса небольшой отряд. Впереди некий вельможа, рядом с ним мальчик лет пятнадцати, следом три десятка нукеров. И вдруг на повороте тропы из чащи, будто ковш вывернули: из-за кустов, с деревьев янычары высыпали. Я глазам не поверил: откуда бы здесь османам взяться?! А коль уж появились – точно неспроста. Зло меня взяло: что ж вы, гады, нашу-то добычу потрошите?! Тут-то и вспомнил, что турки совсем недавно тоже с персами воевали. Но если снова полезли, значит, приз немалый ожидается. Глянул на дорогу – там сеча кипит. Воины окружили вельможу и мальчишку, гибнут, но не отступают ни на шаг. Затем вельможа с коня упал. Вижу – юнец рубится, как лев, хоть и в крови с головы до пят, а все не сдается. Как же так вот запросто дать погибнуть такому смельчаку?! Плюнул я на Арзу-амира с его абреками да и скомандовал моим гусарам и казакам атаку. С гиканьем и свистом, будто снег на голову, обрушились мы на турок, опомниться не дали, посекли в труху и мальца того спасли. Раны перевязали, лекарям сдали.
Уже там-то и выяснилось, что сей храбрый мальчишка не кто иной, как принц Бахман Мирза Каджар, сын персидского шаха Аббаса-Мирзы! Много лет спустя, уже будучи фельдмаршалом, он решил перейти в наше подданство, и я с превеликой радостью свиделся с ним в Санкт– Петербурге. Ныне дети его признаны в российском дворянстве князьями Персидскими. А тогда по излечении передали мы юного принца отцу. В благодарность он и прислал мне гнедого марвари, прекрасного моего Амура. Как видишь, знатный отдарок получился!
Я о той нечаянной баталии Ермолову доложил, громы и молнии его стерпел, затем испросил разрешения дар принять. И тогда лишь вскочил в седло умнейшего и преданнейшего из моих коней. А разбойника Арзу-амира мы все же изловили. Хотя и двумя неделями позже…
Ржевский вошел на конюшню и всплеснул руками, любуясь ее новыми жителями.
– Помилуй бог, что за масть такая! Крапчатые, будто перепелиные яйца!
Взяв из рук конюха пучок моркови, он зашагал к стойлам знакомиться.
– Пусть нынче отдохнут, а завтра в дело! Сначала помалу глянем, на что способны…
Полковник почти ласково посмотрел на семенившего рядом конюха.
– А ты, Пантелеймоша, обустрой новых жителей, чтоб ни в чем не нуждались.
– Будет исполнено, ваше высокоблагородие! – по-военному откозырял конюх.
– Старый ветеран, – пояснил Ржевский не отстающему корнету Синичкину. – В моем эскадроне вахмистром был…
Загадка 45
…Печально, знаешь ли, глядеть, как иной раз в Отечестве своих былых героев, порою всякое здоровье на службе потерявших, держат в черном теле. Случается, что и георгиевские кавалеры в городах милостыней живут! Нехорошо это, ах как нехорошо! Вот я тебе скажу: в древнем мире при римских цезарях в цирке существовали специальные ряды для одноруких воинов, желавших видеть гладиаторские бои, а рядом, ниже их садили плешивых рабов.
Вот как думаешь: для чего?
Ответ смотрите на с. 191.
* * *
– Ну ладно, братец, не о том сейчас речь. А коли вспоминать о лошадях, расскажу тебе одну поучительную историю насчет заботы о конском составе.
Приключилась она со мной вскорости после того, как наша армия вошла в Париж, и в трактире "Алый шантеклер" закончилось все имевшееся там вино. То есть, совсем! Абсолютно и совершенно. Будто и не Франция это вовсе, а какая-нибудь унылая пустыня вроде Сахары.
От усталости, а пуще от душевной раны, о коей я тебе прежде сказывал, напала тут на меня серым волком грусть-тоска, ну просто спасу нет! Без вина и парижанки не столь уж хороши показались, и город, прямо сказать, так себе – грязный, суетливый городишко! Даже и дуэлировать – все постыло! Тут, изволь понять, не какой-нибудь английский сплин, хандра великосветская, – сердце у меня в тот момент было рваное в клочья, ибо, как ни силился, а все не мог я забыть мою прелестную актерку. Вот и решил я тогда, как уже говорил, испросить отпуск из полка для поправления здоровья и провести его не абы как, а с толком, отправившись в путешествие.
Сказано – сделано! С выбором долго не тянул, велел Прошке, моему денщику, крутануть глобус и навскидку выпалил в раскрашенный шар. Куда пуля, туда я! И таким вот образом угодил в Северо-Американские Соединенные Штаты.
Поездил там немало. Места дикие, но занятные. И горы, и реки, и леса, и степи – отменного вида. С жителями похуже. По большей части всякого рода и звания беженцы, переселенцы, а то и вовсе беглецы от закона. Но справедливости ради надо отметить, что преинтереснейшие образчики людской породы встречались. Однажды судьба занесла меня в городок с названием Монтгомери. Уж не знаю, в честь ли Габриэля де Лоржа, графа Монтгомери, того самого, которого, как ты, несомненно, помнишь, упоминали Пушкин в "Скупом рыцаре" и Нострадамус в знаменитом катрене о смерти короля Франции Генриха Второго, именовалась эта дыра на карте Нового Света, но суть не в этом. Зашел я там в один трактир, прозванный местными пастухами, "коровьими мальчиками", на изящный лад "салуном". Наши дамы от таких салунов, пожалуй, в обморок рухнули бы, это ж как с козыря зайти! А тамошние прелестницы ничего, сидят и глушат себе местный ядреный самогон, именуемый виски, что полковая лошадь – колодезную водицу. Впрочем, с прелестницами там было не особо разгуляться, но под виски и такие у местных пастухов шли на "ура". Но мне повезло: от души набросав зуботычин местным завсегдатаям, познакомился я там с одной миленькой блондинкой… Ну то есть как познакомился… Я по-американски ни бельмеса не смыслю, она ни по-нашему, ни по-французски не разумеет, но все же общий язык нашли!
Сговорились в ночную пору при свете полной луны поехать любоваться местным каньоном, это овраг такой глубоченный, ну и там соловьев послушать, если вдруг таковые в округе водятся. Поставил я ее отвергнутым ухажерам выпивку для поправки их пошатнувшегося здоровья и… "вперед, труба зовет"! Выходим из трактира, а там ливень поливает, как из бочки! Я, понятное дело, желаю сохранить честь и сухость мундира, а заодно и шляпку дамы, беру зонт и только намереваюсь открыть его, дабы дойти до экипажа, появляется какой-то детина с железной звездой на груди и ну размахивать пистолетом у меня перед носом. Машет, невежа, и орет, что, мол, не даст мне нарушить местный закон. Мне было подумалось, может, он тоже на эту барышню какие-то виды имеет, ну скажем, жена она ему…
– И как же на самом деле вышло?
– Как вошло, так и вышло, – хмыкнул Ржевский. – Речь не о том. Видя мое непонимание, этот шустрила попытался вырвать у меня зонт! Это у меня-то, у которого эскадрон французских кирасиров безуспешно пытался вырвать из рук их собственного полкового орла! Да и зонт славный был, только намедни купленный у бродячего торговца за серебряный рубль!..
Загадка 46
…Словом, братец, закон я в тот вечер и впрямь нарушил, причем не стреляя и не вынимая сабли из ножен. Но как потом выяснилось, вовсе не тот, о котором мне кричал тамошний верзила. А пистолет его, кстати, на ковре в кабинете висит. Так себе, плохонький пистолет, но все же память…
– Но каков же был закон, который вы едва не нарушили? И при чем тут лошади?
– Как, ты еще не догадался?!
Ответ смотрите на с. 191.