- Нет, нет, спасибо, конечно, но, по-моему, самое интересное я уже посмотрела, - тоном капризного ребенка отказалась Ромина. И, повернувшись к Мерлину, добавила: - Дорогой, давай после обеда пройдемся по центральным ювелирным магазинам. Может, увидим там что-нибудь стоящее, и ты мне это купишь?.. Беда всех музеев в том, что в них иногда попадается много хорошего, но почему-то никогда ничего нельзя купить!
Ромине казалось, она несет чушь, однако гиду ее слова, похоже, понравились. Видимо, в случае покупки его ждут неплохие комиссионные!..
Мерлин посмотрел на свои дорогие наручные часы.
- Пора попытаться найти парня, о котором я тебе говорил, дорогая. До обеда почти целый час.
- Хотите куда-нибудь поехать, сэр? - услужливо поинтересовался гид. - Куда прикажете отвезти?
- Да, хочу… По-моему, улица называется… Шария Бейн аль Нахасин. Или что-то в этом роде. - Мерлин даже не повернул к нему головы. - Знаете где это?
- Вы, должно быть, что-то перепутали, сэр…
- Нет, нет, не думаю. Перепутать я не мог. Именно этот адрес дали мои друзья.
- Но ведь это трущобы, сэр! Там… там живут только нищие…
Мистер Мерлин Никойлос равнодушно пожал плечами.
- Возможно. Ведь человек, которого я хочу найти, профессиональный журналист. Пару раз мне приходилось иметь с ним дело. Причем довольно успешно. Когда он о чем-либо пишет, старается войти в образ своих героев, вжиться в их атмосферу, почувствовать то, что, возможно, приходится чувствовать им… Так вот, сейчас мне надо, чтобы он какое-то время покрутился в иной атмосфере. Ведь моя основная специальность, как, надеюсь, вам уже известно, ночные клубы.
- Да, да, сэр, конечно же мы знаем, что вы настоящий король ночных клубов! - подобострастно залепетал гид. - Может, вы когда-нибудь решите осчастливить нас и открыть несколько своих клубов здесь в Каире…
Мерлин изобразил загадочную улыбку.
- Это во многом зависит от того, сумеете ли вы показать мне что-нибудь получше, чем вчерашнее зрелище.
- Сэр, у нас много самых разных мест такого рода, уверяю вас. Какие-то лучше, какие-то хуже… Все зависит от вкуса.
- Ладно, об этом потом. А сейчас поехали в этот чертов Шария Бейн аль Нахасин. Или как там…
- Очень хорошо, сэр. Как скажете, сэр, - послушно пробормотал гид, но в его голосе прозвучало сомнение.
Уже сидя на заднем сиденье автомобиля, Ромина продолжала думать о весьма необычном поведении женщины в элегантном белом костюме. Но затем, решив, что мужчина, которого Мерлин вчера послал в нокаут в ночном клубе "Пирамиды", скорее всего, ее тайный любовник, а тот, с кем она была в музее, очевидно, законный муж, подумала, что надо при первой же возможности поделиться этими соображениями с Мерлином.
А мистер Никойлос тем временем настойчиво бубнил - очевидно, чтобы его слова как можно глубже осели в головах гида и водителя, - о том, сколько полезного и как вовремя сделал для него тот самый журналист, к кому они сейчас едут, когда он только начинал открывать свои ночные клубы в Париже.
- Не сомневаюсь, мой друг, если мы, конечно, быстро его разыщем, сможет дать мне немало ценной информации, - уверенно и намеренно громко заявил Мерлин.
- Надеюсь, он не задержит нас долго, - негромко заметила Ромина. - Я проголодалась. Кстати, дорогой, кажется, ты обещал мне обед в плавучем ресторане, помнишь?..
Автомобиль кружил и останавливался, вновь кружил и опять поворачивал, едва не задевая коз и овец, которых хозяева вели то ли на базар, то ли с базара, едва не переворачивая лотки со вкусно пахнущими, только что выпеченными на угольных жаровнях восточными лепешками…
Вот еще один поворот, и шофер, затормозив, сказал гиду что-то по-арабски.
- Сэр, мы приехали, - перевел гид. - Это и есть Улица Шария Бейн аль Нахасин. Вы знаете номер дома?
Мерлин вытащил из верхнего кармашка пиджака смятый листок бумаги и сделал вид, будто внимательно его изучает.
- Кажется, номер десять.
Они проехали еще немного до места, где улица сужалась настолько, что машина туда не могла проехать, и им пришлось остаток пути проделать пешком.
- Простите, сэр, вы позволите мне пойти с вами? - настырно поинтересовался гид.
- Нет, не позволю, - резко возразил Мерлин. - Возвращайтесь к машине, проследите за тем, чтобы шофер развернул ее.
Гид хотел было возразить, однако, взглянув с опаской на мистера Никойлоса, передумал и, обреченно махнув рукой, медленно зашагал по грязной каменистой дороге назад к машине.
Входная дверь была плотно закрыта, а дом выглядел настолько заброшенным, что Ромина невольно засомневалась, может ли кто в нем жить. Тем не менее, Мерлин Никойлос постучал в дверь. Без колебаний, властно, громко и требовательно…
В ответ ни звука. Затем из домика напротив появился мужчина в истрепанном одеянии. Он прокричал им что-то по-арабски и несколько раз махнул рукой в направлении, откуда они только что пришли.
Сначала ни Ромина, ни Мерлин ничего не поняли, однако, посмотрев, куда он показывал, увидели, как к ним неторопливо приближается пожилая женщина с большой, до верха заполненной продуктами корзиной в руках. Одета она была в черную, но явно европейскую одежду, а когда подошла поближе, то по ее лицу Ромина тут же поняла, что она не египтянка, а, скорее всего, европейка.
Остановившись, женщина опустила корзину на землю.
- Вы стучите в мою дверь, месье? - по-французски спросила она.
- Скажите, это ваш дом, мадам? - тоже по-французски спросил ее Мерлин.
- Да, месье. Мой… Меня зовут мадам Гоха.
- Bonjour, Madame, рад с вами познакомиться. - Мерлин слегка прикоснулся пальцами к краям своей шляпы.
Француженка молча достала из кармана кофты ключ, так же молча вставила его в замочную скважину, повернула, открывая дверь. И только потом, стоя в дверном проеме, спросила:
- И что вам, месье, угодно?
- Послушайте, мадам, не могли бы мы сначала войти?
Она взглянула на Мерлина, не скрывая страха. Затем, обреченно пожав плечами, сделала шаг в сторону, пропуская нежданных гостей.
- Итак, месье, зачем я вам понадобилась?
Мерлин ослепительно улыбнулся. Сейчас главным для него было максимально расположить к себе мадам Гоха.
- Прежде всего, мадам, позвольте поблагодарить вас за то, что столь любезно позволили нам войти, - старательно подбирая слова, по-французски обратился к ней Мерлин. Увы, с неискоренимым британским акцентом. - Дело в том, что я ищу друга, который, как мне кажется, может проживать в этом доме. Когда-то он кое-что для меня делал, причем делал хорошо, поэтому я решил воспользоваться его услугами еще раз. Я хотел предложить ему работу… Естественно, за серьезные деньги…
Француженка слушала внимательно, но молчала. Ромине показалось, что она очень напугана.
- Знаете, мадам, когда он работал на меня, его звали Крис… Кристофер Хантли, - продолжал Мерлин. - Впрочем, не исключено, что у него, по тем или иным причинам, сейчас может быть другое имя… Вы его, случайно, не знаете?
- Его здесь нет… Он отсюда уехал, - ровным бесцветным голосом произнесла женщина.
- Значит, он здесь все-таки был?
- Да, был, но сейчас его нет.
- И когда он уехал?
- Точно не помню…
- Скажите, а он долго у вас жил?
- Нет. Это все, месье. Больше я вам ничего сказать не могу.
Ромина поняла: если не проявить такта и деликатности, они упрутся в непрошибаемую каменную стену упрямства хозяйки дома.
Поэтому, даже не думая о том, как к этому отнесется Мерлин Никойлос, она решительно встала между ним и француженкой, сняла темные очки, посмотрела ей прямо в глаза:
- Мадам, прошу вас, помогите! Кристофер Хантли был моим самым близким другом! Мы с ним… вместе росли, вместе играли в детстве… Нам надо, понимаете, мадам, очень надо с ним встретиться! И мы хотим ему только добра, поверьте!
- К сожалению, ничем не могу вам помочь, мадемуазель, - столь же бесстрастно ответила француженка. - Его сейчас здесь нет, и я, поверьте, не знаю, где он может быть…
- Но может, вы скажете, куда он уехал? И в каком состоянии? Был ли он здоров или, скажем, болен?
- Нет, нет, болен он не был. Он просто уехал. Это все, что я могу вам сказать.
Ромина интуитивно почувствовала - здесь что-то не так. Ее глаза наполнились слезами.
- Ну пожалуйста, расскажите о нем! - взмолилась девушка.
И уже готова была расплакаться, когда услышала за спиной странное шуршание. Это Мерлин Никойлос доставал из кармана пачку денежных банкнотов.
- Мадам, я готов заплатить вам за любую информацию.
Француженка, как завороженная, уставилась на деньги, но, преодолев соблазн, снова отвернулась.
- Мне вам нечего больше сказать, месье.
- Просто скажите, что произошло, нам этого вполне достаточно, - попросил Мерлин.
И веером, как игральные карты, развернул в руке банкноты.
Ромине показалось, что дыхание француженки участилось, а глаза жадно блеснули. Женщина вдруг быстро подошла к входной двери, на секунду-другую слегка ее приоткрыла, выглянула наружу и тут же плотно закрыла.
- Но ведь мне действительно нечего вам сказать, месье… Они пришли и забрали его.
- Сколько он здесь находился?
- Около трех недель. Сказал, что пишет книгу и для этого ему нужно поближе познакомиться с местными диалектами этой части Каира. Уходя, иногда надевал арабскую одежду. Объяснял, будто ему так легче знакомиться и собирать материалы. И очень просил никому не говорить о нем… И я… я действительно никому не говорила…
- А потом? Что случилось потом?
- За ним пришли.
- Кто? Полиция?
- Нет, нет… несколько мужчин.