Дело Ленинградского военного порта
В 1925 году чекисты завершили расследование дела, связанного с Ленинградским военным портом. По составу имеющихся преступлений дело было разделено на две основные части:
"Систематическое хищение в крупном размере, производившееся в 1918–1925 гг."
"Взяточничество должностных лиц за этот же период времени".
Так, "в 1924 году от 70 до 100 % средств, выделяемых на различные статьи расходов Высшим морским командованием, расходовались не по назначению. От 50 до 60 % прибывших в адрес порта грузов было похищено и продано нэпу".
Хотя на территории порта исчезали не только чужие грузы. Так, хищение жидкого и твердого топлива достигло "колоссальных размеров, в которых участвовал штаб Балтфлота, в лице флагмеха и его помощника, командиры транспортов, пом. командиров ЛВП и весь товарно-топливный отдел".
Вот одна из схем хищения. Была организована частная контора "Заводопомощь", которая арендовала одну проходную комнату, где сидела машинистка с печатной машинкой. Сотрудники порта тайно вывезли 3200 тонн мазута, который и передали в распоряжение конторы. А "Заводопомощь" продала из них 800 тонн Ижорскому заводу и остальное - другим госорганам, нуждающимся в мазуте.
Также в Ленинградском военном порту расцвело взяточничество. "Брали за услуги и взаймы и "просто из любезности", как с отдельных подрядчиков, так и представителей госучреждений". Высшая администрация порта только от подрядчиков по ремонтно-строительным работам получила 300 тысяч руб. золотом.
В качестве обвиняемых по делу были привлечены 116 человек.
Еще примеры хищений, подлогов, мошенничества
Хищения на железных дорогах. Начальник отдела снабжения Октябрьской железной дороги поручил своему тестю Медовому поставку для дороги горелок, ламповых стекол и фитилей. У Медового не было ни горелок, ни денег - он просто получает в Ленинградском едином потребительском обществе (ЛЕПО) образцы горелок, представляет их в отдел снабжения, там составляют акт осмотра и платят Медовому за всю поставку.
Заведующий коммерческим отделом Ленинградского отделения Трансмосторга организовал частную контору "Лакокраска" и сам переписывался с собой как с ее владельцем, совершая различные сделки (особенно много выкачал из Трансмосторга ультрамарина, который потом поставлял через своего брата госорганам же в Москву).
Начальник отдела Северо-Западной железной дороги инженер Лукьянов сам производил поставки этому отделу (через подставное лицо - бывшего адвоката Зуккау) и сам производил приемку.
Консультант Октябрьской железной дороги Львов был в 1922 году почти монопольным поставщиком на эту дорогу разных материалов, подавая заявления и пр. от имени вымышленного лица Шура. Он поставлял, например, цинковые бидоны, "добывая" их в Фондкомбалте, и т. д.
Начальник Северо-Западной железной дороги Храповицкий лично договорился с представителем торговой компании о покупке 1600 килограмм шведских гвоздей. Деньги были сразу уплачены продавцу, ну а гвозди были взяты из принадлежащего государству сарая.
Дело Фондовой комиссии Балтфлота. В марте 1925 года военные контрразведчики сообщили руководству Лубянки о криминальной деятельности Фондовой комиссии Балтфлота.
"Преступление заключалось в том, что администрация Балтфлота реализовывала большое количество имущества Балтфлота (суда, машины, металлы, всевозможную мех. арматуру и др.), как негодное, так и годное, под видом негодного, за явный бесценок, преимущественно частным скупщикам и спекулянтам, получая за это от последнего крупные взятки.
Кроме того, Фондкомбалт сдавал частным предпринимателям, так же за взятки, подряды на всевозможные работы, как то: разоборудование судов, переданных в большом количестве Морведом для реализации".
Дело завода "Треугольник". Служащие завода "Треугольник" организовали частную контору под названием "Контора Мартынова", у которой покупали кабель, который… сами же и производили. Схема хищения была такой. Из одних ворот, с территории завода, вывозился на склады "Конторы Мартынова" краденый кабель, который тут же ввозился в другие ворота обратно на "Треугольник". Понятно, что эту "поставку" оплачивал "Треугольник".
Дело агента Ташкентской железной дороги. Некий Лошинский был принят на службу Ташкентской железной дорогой, которая поручила ему заготовлять древесину (а потом то же сделала Западная железная дорога). У него имелась доверенность, из которой следовало, что он является совершенно самостоятельным лицом, существующим на проценты с получаемых работ, причем железная дорога уплачивает этому своему "агенту по заготовке лесных материалов" себестоимость поставленных материалов плюс 25 % к этой себестоимости. Лошинский имел право по доверенности самостоятельно увольнять и принимать служащих и т. д. - одним словом, он являлся в полной мере частным подрядчиком, а формально числился агентом железной дороги по заготовке различных шпал и т. п., государственным служащим. В качестве такового он "работал" без залога, без неустойки, без уплаты налогов и сборов, полагавшихся с частных лиц, на авансы дороги.
Дело Всевобуча. В начале октября 1922 года выездная сессия Верховного трибунала рассмотрела дело о злоупотреблениях и взяточничестве должностных лиц управления Всевобуча Петроградского военного округа. Главный обвиняемый - начальник мастерских Всевобуча, растративший свыше трех млрд. рублей государственных средств (в денежных знаках) и пытавшийся с помощью взяток скрыть следы преступления, был приговорен к расстрелу. Остальные подсудимые - к различным срокам лишения свободы. Об этом 12 октября 1922 года сообщила своим читателям газета "Петроградская правда".
Дело Петроградского железнодорожного узла. Железнодорожный трибунал Петроградского округа путей сообщения в октябре 1922 года приговорил за хищения и взяточничество четверых бывших работников Петроградского железнодорожного узла к расстрелу, а остальных подсудимых к различным срокам лишения свободы. Преступники нанесли государству ущерб в 10 млрд. рублей (в денежных знаках). Об этом также сообщила 12 и 13 октября 1922 года газета "Петроградская правда".
Дело Петроградского укрепрайона. "Красная газета" 5 июля 1923 гола сообщила своим читателям, что 28 июня 1923 года перед трибуналом Петроградского военного округа предстал ряд ответственных работников и нэпманов-подрядчиков Петроградского укрепрайона, которым было предъявлено обвинение в даче и получении взяток. Они также понесли заслуженное наказание.
Цела о контрабанде
Рассказ о размахе "классической" контрабанды в годы нэпа выходит за страницы нашей книги. В середине двадцатых годов прошлого века существовали нестандартные схемы получения сверхприбыли в сфере незаконного ввоза товаров на территорию Советского Союза. Расскажем о том, что происходило в 1926 году в Батуми.
"Существует порядок, что если кто-либо из пограничных жителей донесет агенту погранотряда о местонахождении контрабанды и тот ее задержит, то известный процент с суммы, вырученной на аукционе за этот конфискат, идет пополам задержавшему и осведомителю (треть). Это создало своеобразный промысел. У самой границы имеются турецкие фирмы, торгующие специально контрабандой. Приграничные жители переходят без затруднений границу, покупают, часто в долг, товар у этих фирм и переносят его на нашу сторону. Здесь перенесший сообщает погран-отряду о нахождении им товара, а дальше все следует как по писаному. Товар конфискуется, продается с аукциона, и выдается премия осведомителю и задержавшему. Эта премия у нас составляет сумму большую, чем стоит товар в Турции. Например, пачка светочувствительной бумаги (для фотографии) стоит на наши деньги в Турции около рубля (от 95 до 97 копеек), а продается на аукционе за сумму от 10 до 14 руб. Пудра "Коти" на турецкой стороне - от 9 до 10 руб., а на нашем таможенном батумском аукционе - от 54 до 60 руб. дюжина. Коверкот (шерстяная материя на пальто) в Турции - около 6 руб. за метр, а на нашем аукционе - от 33 до 34 руб. за метр. Инспектор ГТУ т. Сталь взял в Батумской таможне на выдержку опись конфискатов и подсчитал стоимость по турецким ценам и сумму выплачиваемой премии. Оказалось, что за товары, которые стоят в Турции 2400 руб., одной премии у нас приходилось 3000 руб. Таким образом, выгодно ввозить контрабанду даже для того, чтобы самому заявить о ее находке, - благодаря разнице цен премия не только покрывает расходы, но еще и оставляет прибыль".
Сразу возникает вопрос, а не существовал ли сговор между контрабандистами и таможенниками? И почему последних не насторожило такое странное поведение контрабандистов?
С аукционами, которые проводили таможенники по всему Советскому Союзу, тоже интересная ситуация. Основными покупателями (до 75 %) были частные предприниматели, которые скупали изъятую контрабанду, а потом легально продавали ее по всей стране.
Согласно справке Главного таможенного управления, за период времени с 1 октября 1926 года по 1 января 1927 года продали частным лицам: