Проснулась Иллира от жары, жажды и тяжкой головной боли. Откинула со вспотевшего лба прилипшие локоны, потерла гудящие виски и затылок и только после этого, спохватившись, прислушалась к дыханию принца. Он по-прежнему находился в полусне-полузабытьи, но дышал ровно, и сердце размеренно билось, радуя сеньориту этой неутомимостью. Осторожно ощупав лоб принца, она убедилась, что жара у господина нет, и задумалась над своим положением. Нужно было что-то предпринять, найти воду, и хоть какую-то еду, организм требовал восполнения затраченных сил. И кое-чего еще, ради чего тоже нужно было рисковать собственной безопасностью.
Некоторое время девушка осторожно изучала сквозь просветы все видимое пространство, потом тяжело вздохнула и полезла наружу.
Но выбралась из-под куста не резко и далеко не сразу, прежде чем продвинуться еще хоть на ладонь придирчиво разглядывала открывающийся вид. И только когда обнаружила, что никого и ничего подозрительного рядом нет, осторожно выскользнула из-под спасительных ветвей.
Вначале оглянулась на склон, с которого они скатились, и убедилась, что никто за ней оттуда не наблюдает, потом, стараясь держаться в тени кустов и камней, разведала ближайшие окрестности. И обнаружила что вода есть, но далековато. Ниже, в долине, ярко зеленели заросли камыша и рогоза, выдавая болотце или лужу. Но идти туда без посуды было глупо, а посуды у нее не было. Ругая себя за непредусмотрительность самыми свирепыми словами, какие знала, девушка полезла назад и приступила к занятию, которое всегда считалось самым предосудительным для знатной сеньориты.
К обыску своего спутника.
И вскоре ее неблагородный труд принес несомненную пользу, на поясе принца обнаружилась маленькая серебряная фляжка с вином, а в его кошеле нашлась та стопка, из которой он пил неведомое зелье. Перевесив и кошель и фляжку на собственный пояс, девушка выбралась наружу и направилась к болотцу, мучаясь по дороге вопросом, куда деть вино, судя по запаху довольно крепкое. Сначала хотела просто вылить на землю, но пока добрела до воды, передумала.
Вряд ли принц станет возить с собой простое вино, и к тому же в такой маленькой фляжке. Значит, нужно его как-то сохранить, но вначале напиться, голова просто раскалывалась от боли а во рту пересохло.
Осторожно пробираясь вдоль берега болотца, Иллира в конце концов набрела на сочившийся из-под камней источник, совсем крохотный, но холодный и чистый.
Жадно выпив несколько стопок воды подряд, сеньорита сообразила, что в кошеле просто обязано быть зелье от головной боли. Несколько минут изучала фиалы, потом капнула в воду того зелья, которое сочла самым подходящим, выпила и минут пять сидела, ожидая результата.
Вскоре боль и в самом деле начала стихать, и, не забыв поблагодарить светлого духа за помощь, девушка решила освободить один из фиалов и налить туда столько вина, сколько поместится, а остальное вылить на землю.
Бутылек с зельем от желудочных колик показался ей самым подходящим, и вскоре его содержимое ушло в болотце, а в чисто промытый фиал было слито драгоценное вино.
При этом оказалось, что фляжка вовсе не полная, и вместилось почти все. Остатки девушка слила в стаканчик, немного посомневалась, глядя на плескавшуюся на дне жидкость, потом долила водой и выпила. Наверняка от одного глотка хуже не будет, зато удастся хоть немного обмануть желудок. Несколько молодых листиков сныти и щавеля, найденных среди разнотравья, дополнили скудный завтрак, но ничего более существенного в это время года не стоило даже искать. Для земляники рановато, а жимолости что-то не видно. Еще можно поискать ревень, но уходить слишком далеко от места, где спал принц, Иллира боялась.
Поэтому набрала во фляжку воды, прицепила ее к поясу и побрела назад, бдительно разглядывая склон и кусты. Однако погоня за это время ушла далеко, а может и вовсе в другую сторону, и девушка вернулась в свое убежище, не замеченной совершенно никем.
Устроилась на своем месте возле спящего господина, подняла его голову повыше и начала понемногу капать воду в обметанные губы. Сначала Кандирд не проявлял никакого интереса к появлению во рту прохладной влаги, потом вдруг быстро глотнул, еще раз, и припал к горлышку фляги жадно, как заплутавший в пустыне путник.
Допив воду, некоторое время лежал неподвижно и молча, словно снова уснул, потом хрипло спросил:
- Илли?
- Тут я, - неимоверно обрадовалась звуку его голоса сеньорита, - Еще пить хочешь? Я схожу, это не очень далеко.
- Где мы?
- Ты с холма скатился… и не приходил в себя, я притащила под куст, - девушка старалась шептать как можно тише, - а потом погоня прискакала… всё осматривали, но нас не нашли.
- Я сам пойду, - сказал он через несколько минут, и попытался приподняться, морщась от боли.
- Сначала вылезу я, - не подчинилась сеньорита, - и пойду, принесу воды, тебе нужно выпить обезболивающее зелье. Вот твой кошель, извини, но мне пришлось его взять.
С этими словами она проворно выскользнула из убежища по проверенному пути и почти бегом направилась к роднику, давая принцу возможность стонать и ругаться сколько влезет. Ведь ясно же, что при ней он начнет стесняться и проявлять благородство.
Через несколько минут, вернувшись, Илли убедилась, что он и в самом деле успел вылезти наружу, и сидел неподалеку от их убежища на прогретом солнцем камне.
- А вина не осталось? - выпив зелье, поинтересовался принц, разминая пальцами виски.
- Я его перелила в фиал с надписью от желудочных колик, - сообщила девушка и принц оживился.
- Налей мне полстопки, это особое вино… придает на некоторое время силы.
- Да? Это хорошо, но почему ты пил его ночью один?
- Я хотел тебе дать глоток, но позже… оно действует всего часа два, а теперь никак не могу вспомнить, как мы досюда дошли.
- Мне так и показалось… - сердито проворчала Иллира, - что ты идешь, как лунатик.
- Наверняка на болте было какое-то зелье, - вздохнул принц, - сонное или замедляющее. Но несомненно сильное, иначе я не заснул бы, на мне мощный амулет от всяких ядов и зелий. Как вернемся, закажем тебе такой.
- Вернуться еще нужно, - благоразумно напомнила сеньорита, - нас ищут по всем кустам. Ты же понимаешь, что они от своего не отступятся, раз предприняли такое наглое и беспрецедентное нападение? Я думаю, нужно посидеть в укрытии до вечера, а потом потихоньку пробираться в ту сторону, куда они ринутся нас искать в последнюю очередь. Ну это можно обдумать и под кустиком. Кстати, как твоя рана? Сильно болит?
- Ерунда, - отмахнулся принц, рассматривая секретаря задумчивым, изучающим взглядом, и наконец согласился, - ладно, кто лезет первый?
- Ты, я камни потом кучкой сложу.
- Хорошо, - кротко согласился он, и скрипнув зубами пополз в лаз.
Илли подождала с минуту, пока он там устроится и шмыгнула следом, тщательно загородив проход. Проползла на свое место, прилегла и сразу попала в плен крепких рук. Ошеломленно замерла, не зная, как назвать такое поведение, и, постепенно привыкая к полумраку, изумленно всматривалась в лицо принца, и вдруг он прижал девушку теснее и попытался поцеловать.
- Ваше высочество! - дернулась сеньорита, и его сухие губы успели лишь мазнуть по щеке, - вы хотите, чтоб я на вас навсегда обиделась?
- Нет… - тихо и проникновенно шепнул он, - но ты же понимаешь, что после этого происшествия я должен буду, как благородный человек, на тебе жениться?
- Не говори глупостей! - Разозлилась она, - я смогу доказать, что ничего ты не должен! Да и твои родители никогда этого не допустят! Все знают, сколько принцесс подрастает в соседних королевствах, и одна из них - твоя! Так что самое большее, чего ты можешь добиться своим поведением, это потеря всякого уважения с моей стороны ну, и разумеется, дружеского отношения.
- Илли… - он еще пытался увещевать ее по-хорошему, - как ты не понимаешь, - если мы выберемся, все будут смотреть на тебя… как… ну плохо будут смотреть. А я как твой друг… не могу такого допустить. Родителей я уговорю… да им просто деваться будет некуда, Анирии дам хорошее приданое, она не останется в обиде.
- А я?! - Наконец-то нашла позабытые от потрясения доводы Иллира, - я, что буду делать? Ты же не позволишь своей жене быть секретарем?! Правильно я понимаю? И окажусь я там, откуда так старалась вырваться, в твоей спальне! Ну, уж нет, только через мой труп! Если ты сейчас же меня не отпустишь, я начну визжать.
- Илли… - несколько минут принц, прищурившись, рассматривал ее возмущенное лицо, - я тебе совсем не нравлюсь?
- Нравишься, - честно ответила девушка, - пока ведешь себя как человек, а не как… ну, неважно. Ты мне нравишься как друг, как принц, но никаких замужеств я пока не предполагаю! Я же все тебе объясняла, трудно было запомнить?
- Запомнить - легко, - скрипнув зубами, Кандирд вытащил из-под неё руку, и повернулся к девушке спиной, - но поверить трудно. Спи.
Спать Илли не хотела. Вернее, она поспала бы, если поела и попала в мягкую постель, но как оказалось, заснуть в таком месте, когда не падаешь от усталости, просто невозможно. Обнаружились какие-то камни, которые давили в бок, голове было неудобно, да и прическа растрепалась, и еще было жарко, пахло подсыхающей кровью и потом.
Но все-таки сильнее всего хотелось есть. Листики сныти хороши в курином супчике, или в салате, сдобренные сметаной, ветчиной и крутыми яйцами, но как основное блюдо подходят только тем сеньорам, кто ест пирожные строго по счету.