- Это наша героиня. А это - господин Лакшми - гид и переводчик, Умберто скользнул по лицу Дикси быстрым, изучающим взглядом. Представленные приветствовали друг друга - Дикси кивком и улыбкой, индус - поклоном со сложенными лодочкой руками.
- Ну вроде все на месте. По - коням? - Сол подхватил чемодан Дикси. Ой, совсем легенький! Не то что мои причиндалы, которыми забит весь багажник. Да и вещичек прихватил, не пожадничал - таблеток, наверно, кило и только сачков для ловли попугаев четыре!
Дикси не могла сдержать зевок. Она не привыкла вставать в такую рань.
- Давай, топай на заднее сидение, подремли, - посоветовал Барсак. Ехать больше двух часов, а мэтр надеется сегодня уже кое - что отснять. При этом рассчитывает на твою юную свежесть. Накануне отлета круто побеседовал с гримершей, запретив тебя мазать и та забыла половину своих снадобий. Так что, держи форму, синеглазка!
Дикси протиснулась в конец салона и плюхнулась на свободное сидение. В автобусе висела раскаленная духота. Но тут же мерно загудели кондиционеры, в лицо повеяло ледниковой свежестью. Дикси откинулась в кресле и закрыла глаза, возвращаясь к мучившим её проблемам.
После эпизода с Куртом Дикси не ударилась, как предполагала, во все тяжкие: cекс в исполнении Санси, оказался не так уж занимателен. Она избегала мужчин, они же видели в ней лишь соблазнительную блудницу. Но даже те, кто пытались подыграть ей, изображая романтическое увлечение, были отвергнуты с приговором "ничтожество". Все претенденты на близость под лупой придирчивого внимания Дикси обнаруживал противнейшие недостатки: от одного пахло потом, другой имел привычку шмыгать носом, глупо щерил зубы, а третий не к месту хихикал.
Жан не звонил и в Университете не появлялся. Ходили слухи, что он уехал в какую-то экспедицию. В условленный для телефонных свиданий час, Дикси позвонила сама. Услышав её голос, парень, видимо, сильно удивился, в трубке воцарилась тишина.
- Алло… Ты слышишь? Куда пропал, Жанни? Все думают, что ты уехал из города.
Он откашлялся и старательно подбирая слова, сообщил:
- У меня кое-что произошло, Дикси.
- У меня тоже, - она сразу поняла, что имел ввиду Жан - наверняка, он влюбился в другую. И Дикси неудержимо захотелось рассказать про "роман" с Куртом. Именно про роман - захватывающий, волнующий.
- Но он женат к несчастью. Ничего нельзя изменить, - завершила она свой торопливый доклад.
- А у меня все не так уж романтично. Но тоже - ничего нельзя изменить. - Жан засмеялся.
- Понимаю, понимаю. Она экономист?
- Нет, скорее… Скорее врач.
- Выходит телефонным рандеву пришел конец, - вздохнула Дикси. - И никто не напишет теперь за меня курсовую работу.
- Извини, дорогая… Прости меня - я оказался совсем, совсем не тем, кто нужен тебе даже в качестве радио. Я… мне… а, это не важно!.. "Прощай и помни обо мне", - после затянувшейся паузы шутливо прогудел он слова шекспировского призрака. И растворился в коротких гудках.
Повесив трубку, Дикси долго сидела в задумчивости, пыталась оценить свою потерю. Поняла вдруг, что по особому, как-то отвлеченно, книжно что ли, любила Жана. Да, именно - любила. А если и мечтала о неком идеальном любовнике, то он непременно был воплощением телефонного Жанни. Ей захотелось рассказать ему правду: про Курта, про свое одиночество и боль расставания с ним. Палец набрал несколько цифр, но рука опустила трубку. Зачем все это теперь, к чему? Как горько потом жалела Дикси, что не сказала своему странному возлюбленному последних слов…
Сквозь полудрему Дикси слышала мягкий говор индуса, рассказывающего о местных достопримечательностях, но так и не смогла разомкнуть век.
Ее разбудил аромат свежего кофе. Автобус стоял на маленьком песчаном плато, возвышающемся над бурным океаном зелени. Огромное дерево с глянцевой листвой приютило "мерседес" в своей короткой тени и путешественники уже расположились на травке, приступив к походному завтраку.
К Дикси с двумя дымящимися пластиковыми стаканами в руках пробиралась гримерша Вита - яркая сорокалетняя итальянка с цыганскими украшениями в ушах и на шее. Наверно она вообразила себя соблазнительной Кармен, одев алую блузку с огромным вырезом и пеструю сборчатую юбку.
- Правильно делаешь, что осталась здесь. Снаружи адское пекло! К нашему автобусу невозможно притронуться. Сол обжег руку.
- Она широко улыбнулась ярким, свежеподкрашенным ртом и протянула кофе Дикси.
- Спасибо, Вита, - Дикси улыбнулась в ответ, чувствуя, что женщина явно старается завоевать её расположение.
- А вы, синьор Герт? Мистер Алан! - Вита наклонилась над последним сидением, которое Дикси считала пустым. - Хотите кофе?
- Какого черта вы каркаете у меня над ухом? Шид! - проворчал по-английски мужской голос и тут же изменил интонацию, перейдя на итальянский. - Простите… я совсем все не так делать. Прямо с самолета лег спать в этом тут. Лос-Анджелес - далеко! - Его итальянский был в зачаточном состоянии, но подвижное лицо с лихвой восполняло недостатки речи. Вита звонко расхохоталась, будто услышала потрясающую шутку. Дикси увидела, как над сидениями появляется всклокоченная голова с жесткими, выгоревшими волосами. Загорелое лицо рекламного супермена выражало растерянность. Глаза мистера Герта сонно жмурились и вдруг озадаченно округлились - он увидел Дикси.
- Ты кто? Я Ал. Алан Герт. - Он подошел и протянул ей руку.
- Можешь говорить по-английски. И нечего совать даме руку первому. Должен склониться и ждать, пока проявлю инициативу я.
- Еще чего? От вас, от дам, дождешься! Подвинься. Ты что, не встречала нормальных мужиков? - Он плюхнулся на сидение рядом с Дикси и взял её руку. - Извини, до меня дошло: ты наша звезда - мисс Девизо. Девочка, мы должны подружиться.
Толи от его прикосновения, то ли от ноток предрешенности, прозвучавших в последнем утверждении, Дикси ударил электрический разряд. Она отдернула руку, вздрогнув от неожиданности.
- Да пойми, мне жутко нужна поддержка! Ты, наверно, в кино собаку съела, а я снимаюсь впервые. Не хочется лажануться. Старик, то есть Умберто - отличный мужик… - Ал посмотрел на Дикси в упор. - Будешь помогать мне, а?
- Смеешься! Я сама никакая актриса. Кьями подобрал меня почти на улице.
- Врешь, "Королева" - классный фильм. Правда, я сам не видел, но все болтают. А у меня только "Кэмэл", "Ринг" - это зубная паста и "Ронни" - это стиралки. Но реклама "Кэмэл" - моя "коронка", высшее достижение, "Оскар" за лучшую роль верблюда.
- Я тебя видела! Твою физиономию на фоне песков и караванов. "Я предпочитаю "Кемел"" Здорово! - Дикси пригляделась к парню. Только так ты ещё лучше. Правда. У тебя очень выразительная мимика, её лучше фиксировать в динамике. Кино - это твое дело.
- Не шутишь? - он подозрительно прищурился. - С тех пор, как Старик выбрал меня, мне все кажется, что это розыгрыш. Руки чешутся набить морду. Только не знаю кому.
- Ну не мне же, - Дикси потуже стянула резинкой на затылке волосы, от которых шея покрывалась испариной. - Я воспринимаю тебя очень серьезно. И даже рада. Ведь даже если я провалю роль, фильм наверняка удастся - ты и Умберто просто не могут не понравиться зрителям.
Лицо Ала стало серьезным и даже грустным. Он смотрел на Дикси, словно некогда хорошо знал её, но давно не видел.
- Совсем заспанная детка. Ресницы как у куклы, а губы… губы… Он нежно коснулся пальцем губ Дикси. - Крупинка кофе прилипла. А знаешь…. - он наморщил лоб и почесал затылок, - знаешь, я думаю - нам лучше начать все сразу - работу, дружбу, любовь…
Прежде, чем Дикси сообразила, что случилось - произошло нечто чрезвычайно важное - она получила самый волнующий поцелуй в своей жизни. Быстрый язык, едва проник в её приоткрывшийся рот. Горячие сухие губы, cловно сделали жадный глоток, отведав желанный напиток и сообщили: "Это я - тот самый, которого ты ждала".
Дикси откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза, проверяя на вкус полученный дар. Хотелось понять, чем отличается прикосновение Ала от всех других, известных ей. Но ощущение не поддавалось анализу и определялось одним словом: потрясающе.
- Потрясающе! Просто удивительно, что мы сидим где - то в непроходимых джунглях и будем сниматься у самого Кьями! - попыталась она скрыть смущение и строго посмотрела на парня: - А ты шустрый!
- Вспыхиваю как порох! Просто балдею от всего этого. - Ал провел ладонью по её груди, обтянутой тонким трикотажем, чуть задержавшись на выделившихся вдруг сосках. Дикси встрепенулась:
- Все возвращаются! Убери руки!
До сих пор они находились в автобусе одни, не считая шофера, дремавшего за стеклянной перегородкой. Вита разливала кофе коллегам, разморенным жарой и сонливостью в зеленой тени дерева. Но вот прозвучала команда и люди неохотно потянулись к автобусу, отбрасывая окурки и дожевывая бутерброды.
Дикси инстинктивно одернула майку и внезапно залившись горячим румянцем, опустила глаза. Произошло нечто важное, сугубо интимное, то, что она считала невозможным демонстрировать окружающим: едва знакомый парень до головокружения волновал её.
- Ну нет, малышка, мы не станем прятаться, - Ал обнял её за плечи. - Я знаю что ты свободна - это сразу чувствуется. Мне тоже бояться некого. И вообще, может я уже репетирую? - Он снова прильнул к губам девушки, вдавливая её затылок в бархатный подголовник. Внутри у Дикси что - то оборвалось - она полетела в звенящую, мерцающую искрами бездну, чувствуя, что никогда уже не будет прежней…