Глава 2
Через несколько минут мы оказались в маленькой квадратной комнате без окон. Стены были обшиты панелями из светло-коричневого дерева. Массивный кожаный диван, два кресла и длинный низкий столик составляли всю обстановку "приемной, для журналистов", как я окрестила это помещение. На диване сидел мужчина, который встал при нашем появлении. Это был президент "Алрота" Викентьев Вячеслав Александрович. Это был мужчина лет сорока пяти - сорока семи, с приятными чертами лица, темными волосами, в которых поблескивала седина, и умным внимательным взглядом. Темно-синий костюм был безупречного кроя и превосходно сидел на нем. Я обратила внимание на изящные удлиненные пальцы красивой формы.
- Вячеслав Александрович, - обратилась к нему пресс-атташе "Отель-Плаза". - Вот журналист из журнала "Планета женщин" Борисова Вера Витальевна и фотограф… - Она сделала паузу и посмотрела на меня.
- Сеульская Аврора Михайловна. Вячеслав Александрович протянул нам руку.
- Викентьев Вячеслав Александрович.
Его рукопожатие было по-мужски энергичным и крепким.
- И что вы хотите? - обратился президент "Алрота" к Верунчику.
- Интервью для нашего журнала. Всего лишь несколько вопросов. И пара снимков.
- Что конкретно интересует "Планету женщин"?
- Нас интересуют аспекты вашей личной жизни, - бодро начала Верунчик. - Поскольку наш журнал рассчитан в основном на женскую аудиторию.
- Я готов. Но надеюсь, ваши вопросы не будут слишком провокационными.
- Нет-нет. Мы не желтая пресса, - с видом оскорбленной невинности сказала Верунчик.
- Хорошо. - И Викентьев сделал жест, приглашая нас сесть. Мы разместились в креслах, Викентьев - на диване. Надежда Игоревна вышла из комнаты, сказав, что она придет через пятнадцать минут.
Верунчик задавала вопросы, Викентьев отвечал на них. В основном он говорил о работе. О семье - скупо. Женат, взрослая дочь. При слове "дочь" я вся сжалась. Но Викентьев не стал развивать семейную тему, несмотря на старания Верунчика. Зато он охотно рассказал о том, что любит путешествовать, объездил практически весь мир, любимое занятие - горнолыжный спорт. Наконец интервью закончилось и Верунчик выразительно посмотрела на меня.
- А сейчас наш фотограф сделает несколько фотографий.
- Пожалуйста.
Я достала из сумки фотоаппарат и дрожащими руками навела объектив на Вячеслава Александровича. Щелк. Щелк.
- Здесь присутствует кто-нибудь из членов вашей семьи? Можно сделать семейную фотографию?
- Конечно. Одну минуту. - Он позвонил по мобильному: - Надежда Игоревна, пригласите сюда, пожалуйста, Анжелу. Сейчас придет моя дочь.
Наступило молчание.
- Вам нравится ваша работа? - обратился Вячеслав Александрович к Верунчику, чтобы заполнить возникшую паузу.
Подруга невольно смутилась.
- Да. Очень, - выпалила она.
Это была сущая правда. Верунчику действительно нравилась вся эта суета, беготня, горящие репортажи, фуршеты. В этой кипящей жизни она находила глубокое удовлетворение. Наши встречи, к сожалению, происходили все реже и реже, но я понимала, что в этом нет ничьей вины: просто жизнь разводила нас в разные стороны. И я оставалась все в большем и большем одиночестве…
- А вам? - обратился ко мне президент "Алрота".
Ну что я могла сказать ему? Что я - самозванка и калиф на час? Фиговый листочек на славном глянце "Планеты женщин"? Все эти мысли пронеслись в моей голове с быстротой молнии, но в ответ я лишь выдавила с натянутой улыбкой:
- Нравится.
- Она у нас недавно работает, - пришла ко мне на выручку Верунчик.
- Это хорошо, когда работа нравится. Есть в чем найти отдых. - В голосе Вячеслава Александровича прозвучали странные нотки горечи.
В комнату входят Надежда Игоревна с Анжелой. Мы все встали.
- Моя дочь Анжела, - представил ее нам Вячеслав Александрович.
- Очень приятно, - в один голос сказали мы с Верунчиком.
- Эти славные девушки из журнала "Планета женщин". Они хотят сфотографировать нас вместе.
- Знаю такой. Неплохой журнальчик.
По одному тону этой девушки я сразу поняла две вещи: она безумно избалована и знает себе цену. Внутренне я всегда завидовала таким уверенным в себе девушкам. Они представлялись мне победительницами жизни. Это для них открывались роскошные бутики и казино, горели огни ночной Москвы и призывно сверкали витрины ресторанов. У Анжелы был капризно-манерный голос и рассеянный взгляд. Всем своим видом она показывала, как ей все в жизни надоело и обрыдло.
- Как нам становиться? - обратился ко мне Викентьев.
- Композиция должна быть интимно-семейной, - встряла Верунчик. - Будет лучше всего, если вы сядете на диван.
Викентьевы сели на диван. Из-под бирюзового платья Анжелы виднелись серебристые шпильки.
- Анжела, наклоните голову чуть вправо. К отцу. А вы развернитесь влево, - командовала подруга. - Аврора! - раздался боевой клич Верунчика. Мне показалось, что сейчас раздастся "пли!". Я нажала на кнопку фотоаппарата. Один раз, другой.
- Я могу встать? - Не дожидаясь ответа, легким пружинистым движением Анжела поднялась с дивана и обратилась к отцу. - Я пойду.
- Подожди, - нахмурился тот. - Мне надо с тобой поговорить.
- Потом. Меня ждет Руслан.
Руслан - это был, наверное, тот самый восточный молодой человек, с которым я ее уже видела.
- С Русланом встретишься после.
- Нет. - Вместо манерности в голосе послышалось щелканье хлыста.
Вячеслав Александрович замолчал, а потом бросил:
- Ладно, иди.
Анжела выскользнула из комнаты, даже не посмотрев в нашу сторону. Очевидно, мы были для нее слишком мелкими сошками, не стоящими никакого внимания.
Викентьев сидел, погруженный в свои мысли. Внезапно он очнулся и посмотрел на нас.
- Я вам еще нужен?
- Нет. Большое спасибо за интервью. Как только оно будет опубликовано, свяжусь с вами и предоставлю один экземпляр для визирования.
- Да-да. Свяжитесь со мной или Надеждой Игоревной. Спасибо вам. - Президент "Алрота" поднялся с дивана и прошествовал мимо нас, высоко подняв голову.
Фуршет был шикарным. - Но я поглощала пищу машинально. Мои мысли вертелись вокруг Анжелы, дочери Вячеслава Александровича. Мне все больше и больше нравилась версия о том, что она - моя дальняя родственница. Этим и объясняется ее поразительное сходство с Никой. Генетика - наука загадочная. Где-то гены дали сбой, и чудесным образом две девушки, находящиеся в дальнем родстве, стали так похожи друг на друга. Ведь бывает же такое! О подобной истории я читала в научно-популярном журнале "Вокруг света". В самом деле, вместо грубиянки Ники неплохо бы иметь такую богатенькую родственницу. Правда, Анжела была порядочной стервой. В этом я не сомневалась. Такие вещи чувствуются сразу. Но богатство, шик и роскошь заставляли меня заранее смиряться с характером потенциальной кузины.
- Ты что в облаках витаешь? - донесся до меня голос Верунчика.
- Извини, - смутилась я. - Задумалась.
- В последнее время ты какая-то странная, - снисходительно заметила подруга.
Но она не знала всех событий, которые обрушились на меня сегодня. Точнее, она не знала их тайных пружин и подводных течений. На какую-то долю секунды меня охватило искушение все рассказать ей. Но в ту самую минуту, когда я уже была готова поделиться с Верунчиком своей тайной, я вдруг отчетливо поняла, что делать этого ни в коем случае нельзя. И об этом шепнул мне внутренний голос.
Домой я вернулась поздно. Все уже спали. Моей сестренки Ники еще не было. Она где-то шлялась со своей компанией. Я проскользнула к себе в комнату и замерла от увиденного. Все было залито сияющим лунным светом. Он был какого-то странного неправдоподобного цвета. Бледно-серебристый с легким зеленоватым отливом.
Я медленно подошла к зеркалу. Посмотрела в него. И увидела себя. Темные волосы, распущенные по плечам, грустные глаза. Складка около губ. Я вспомнила видение в зеркале, так поразившее меня: Ника в бирюзовом платье. Платье, которое я сегодня видела на Анжеле! И в этот момент я поняла, что между всеми этими событиями есть тайная непонятная связь, которую мне обязательно надо разгадать. Видение в зеркале - некий знак того, что я не должна оставлять эту историю в покое. Я должна расследовать ее до конца!
На следующее утро я проснулась бодрой и отдохнувшей. В моей голове созрел один потрясающий план, к реализации которого я и собиралась приступить. Немедленно. Но для этого мне надо было опять обратиться с просьбой к Верунчику.