- Мои солнечные часы дают, ну или давали, мне возможность, с небольшим усилием находиться в мире живых.
Как это возможно? Ой, подожди.
Я протянула руку.
Не говори мне. Ты же не мог ни у кого узнать, как это возможно.
- Как ты знаешь, я посвятил свое существование поискам… - он замялся. - Конкретных людей и вещей. Солнечные часы я приобрел у Тунгизского шамана. Они наделены даром временно воскрешать мертвых.
Удивительно.
Я задалась вопросом, как он нашел этого человека и как это работало.
Почему только два часа?
- Даже с солнечными часами, будучи живым, я расходую огромное количество энергии. Я должен расходовать ее экономно.
- Подожди. Поэтому ты всегда звонил мне по телефону?
Он кивнул.
- Да, я пользуюсь телефоном довольно часто. Особенно к концу дня, когда выдыхаюсь. Из-за… - он сделал паузу, как будто тщательно подбирал слова, - моих интересов я очень занят в дневные часы.
Я слегка призадумалась над этой шокирующей информацией, а конкретно о призраке, использующем телефон. Бл**ь, и над призраком за рулем машины. И разговаривающим с людьми. Это пугало до чертиков, но объясняло так много, в том числе и его одержимость пунктуальностью. А так же объясняло, почему тогда, в Эдинбурге, он велел мне самой вести весь разговор. Люди вокруг нас не могли его видеть.
Как странно, черт возьми.
- Да. Странно.
А татуировка-воротник? Что произошло?
Кинг ответил не сразу.
- В ней не было ничего особенного. Ничего заслуживающего внимания.
Я не была уверена, что поверю в это.
Тогда почему Ваун удалил ее? Как и твои солнечные часы?
- Я не уверен. Вероятно, потому, что этот человек - параноик и думает, что я использую их, чтобы снова сбежать.
А ты уверен, что все еще не можешь сбежать?
Кинг покачал головой и сел на кровать, будто бы пытаясь разгадать в уме очень сложную головоломку.
- Когда он впервые повязал меня, я очнулся здесь и понял, что он как-то привязал меня к этому месту. Тем не менее, я все еще имел достаточно сил, чтобы покидать его на короткий промежуток времени.
Это когда ты пришел, чтобы увидеть меня?
- Да и еще нескольких людей. Я надеялся понять, какую фишку он использует, чтобы держать меня здесь. Однако я считаю, что Ваун понял, что здесь я нахожусь не полностью. И с помощью какой-то силы связал меня. Потом… он вырубил меня. У него есть какая-то… не знаю, что именно, но я теряю сознание.
Я подумала о том, как он вырубил и меня. Возможно, вырубать людей было супер способностью Вауна, вдобавок к развратному льстивому дегенерату.
- Когда я очнулся в последний раз, - Кинг закатил рукав и потер рукой пятно на запястье, где раньше были солнечные часы. - Мои татуировки пропали, и у меня больше не было силы, чтобы оставить это место.
Кажется, Ваун серьезно готовился к этому "особому" дню. И вот мы здесь.
- Да, мы здесь, - он смотрел на меня несколько долгих мгновений, и я почувствовала, как воздух в комнате сгустился от напряжения, а температура подскочила градусов на десять.
Взгляд в глазах Кинга превратился из спокойного и задумчивого в жестокий и чувственный. Желая уйти, но из-за того, что бежать было реально некуда, спиной я плотно прижалась к двери. Я не знала, чего мне ожидать; вернее с Кингом я никогда этого не знала. За исключением того, что он мог взять надо мной полный контроль. Почему, когда я рядом с ним - это вызывает такую мощную физическую реакцию. Как будто его запах что-то делает со мной. Он проникает в мои легкие, а затем в кровь. Он заставляет сердце биться чаще, а кожу начинает покалывать. Его запах мгновенно вызывал чувственное напряжение между ног и где-то глубоко внутри, от чего колени начинали дрожать.
Кинг медленно поднялся с кровати и прислонил свои ладони к двери, по обе стороны от моего лица.
- Что бы я хотел знать, мисс Тернер, - наклонился и прошептал он. - Так это - почему вы ослушиваетесь меня, снова и снова.
А затем он, в ожидании ответа, пристально посмотрел на мои губы своими голодными, красивыми глазами, обрамленными густыми шелковыми ресницами.
К-к-когда именно?
- Когда я велел тебе бежать.
Я пожала плечами.
Это сложно объяснить.
- А ты попробуй? - он провел теплыми костяшками пальцев по моей щеке.
Что я могла сказать? Я не совсем понимала мои чувства к нему. Все, что я знала, это то, что необъяснимое, иррациональное желание продолжало мощно пульсировать в моем теле. Я хотела поцеловать его. Хотела почувствовать его, прикоснуться к нему, вкусить его. Даже сейчас, после всего этого.
Это глупо. Борись с ним.
- Это не глупо, Миа. Ты - причина, по которой я меняюсь.
Меняешься? От чего и к чему?
Я уставилась на него.
Ты только что признался, что хочешь меня убить. Поэтому, пожалуйста, заканчивай свои игры, что бы ты ни задумал, у тебя на все находятся причины, на то, на это. Потому что я не дура, Кинг. Я знаю, что все это не реально.
- Ничего ты не знаешь, - нахмурился он.
Я прочитала эту историю, Кинг. И я чувствовала твою боль, единственную вещь, которую мне нужно знать. Ты опасен и зол. Ты сделаешь все, чтобы положить конец своим страданиям и отомстить Хейн.
Кинг коснулся моей щеки лицом, оставляя на ней след от колючей щетины. Я закрыла глаза и попыталась проигнорировать то, как чертовски хорошо себя почувствовала, когда он прикоснулся ко мне.
- Вот почему я никогда не обижу тебя, чтобы просто себя спасти, Миа. Ты… - его голос умолк.
- Да? - я сложила руки на груди и демонстративно на него уставилась.
Кинг отступил назад и обеими руками пригладил свои густые черные волосы. Странно было видеть, что даже сейчас его волосы выглядели идеально.
Привилегия для призраков, - подумала я.
- Да. Мне повезло. Пойманный в ловушку, скитающийся по земле, неспособный ощущать никаких эмоций, кроме боли и печали вечность. Но зато волосы у меня красивые.
Выражение его лица источало чистое раздражение, но жалости ему от меня не получить. Не сейчас.
- Не забудь о частном самолете, шлюхах и шампанском.
Он окинул меня уничтожающим взглядом.
- Миа, жестокость тебе не идет.
Затем он сел на кровать и медленно вдохнул.
- Прости. Постараюсь быть добрее. Спасибо вам, Драко, за милость, которой вы удостаиваете меня, лишая жизни. Это очень любезно и благородно с вашей стороны, мой король.
Кинг вскочил с кровати и, двигаясь, словно размытое пятно, прижал меня спиной к двери.
- Не стоит… - его голос дрожал от ярости, - …дразнить меня, Миа.
Я надавила на его руки, которые плотно сжимали мой свитер.
- Пошел ты, Кинг!
В очередной раз, посмотрев в эти соблазнительные глаза, я была поймана в их сети. Произведенный на меня эффект был мгновенным и высокочувствительным. Мой пульс участился, температура подскочила, а в самых интимных местах затрепетало.
Почему так происходит? Почему он заставляет меня чувствовать такое?
- Потому что, - ответил он на мои мысли, - я чувствую к тебе то же самое.
Он отпустил меня, и, когда он это сделал, дрожащие колени вынудили меня прислониться спиной к стене для поддержки.
- Ты первый человек, с момента моего проклятия, который позволяет мне чувствовать что-то, кроме боли. Поэтому я выбрал тебя.
Я отвела взгляд.
Ты убил почти всех Провидцев. Ты собирался убить меня.
Он нежно повернул к себе мою голову. Я могла чувствовать запах сладкого дыхания и тепло его кожи.
- Миа, я говорю правду, в мои намерения не входило убивать тебя. Вспомни, я никогда не пытался узнать кто ты. Никогда не искал тебя, не охотилс. Ты просто зашла в мой кабинет, будто бы судьба преподнесла мне тебя на блюдечке. Но ни разу, даже на секунду, когда я понял, что ты - Провидец, я не думал о том, чтобы прервать твою жизнь.
Я хотела верить ему, правда. Но доверять ему или кому-то еще мне было сложно. Кроме того, я видела истинные цвета Кинга и знала, что скрывается за этими завораживающими глазами. Отчаяние. Тьма. Боль. Он сделал бы что угодно, чтобы все это закончилось. И он будет мстить.
Кинг склонил голову набок.
- Да, ты знаешь, что скрывается внутри меня. Тогда спроси себя, Миа, что это значит. Если понимаешь, с каким мучением я живу, то вообрази себе, как было бы просто прийти к спасению - убить тебя. Представь, как ужасно, когда кроме спасения ты желаешь что-то еще. Я почувствовал именно это, когда увидел тебя. Ведь за одну секунду я снова ощутил себя человеком. Я почувствовал что-то хорошее. Я почувствовал себя живым.
Он шагнул еще ближе, и я вдохнула его тепло, запах, слова и их смысл.
Все, что я могла делать, это смотреть в глаза Кинга и спрашивать себя, что я собираюсь сделать. Потому что я хотела поцеловать его. Я хотела Кинга так сильно, что отдала бы за это все на свете.
- Не борись с этим, Миа… Просто признай, что ты - мое самое ценное достояние. И нет ничего, чего я не сделал бы, чтобы тебя защитить.
Он опустил голову и прильнул своими губами к моим. Его грубый поцелуй был наполнен мощностью человека, которому отказали во всем хорошем, что было в этом мире: в свете, любви, сострадании, но он обрел все эти недостающие ему вещи во мне.