- Что мы сейчас будем делать?
- Мы поужинаем дома, - сказал он, - но не внизу, как обычно, а в будуаре - он рядом со спальней. Надеюсь, тебе понравится то, что ты там увидишь.
Он снова поцеловал ее.
- В шкафу ты найдешь нечто особенное. Я купил это вместе с подвенечным платьем и сейчас хочу, чтобы ты это надела.
- Это здесь… в этой комнате? - спросила Мелита.
- Теперь это твоя комната, любовь моя, - ответил граф. - Это самая главная комната в доме, и кому же еще она может принадлежать, как не графине?
- Но это звучит… так… непривычно для меня, - воспротивилась Мелита.
- Но теперь ты - моя графиня, моя жена, моя женщина - и моя любовь!
Проникновенность его голоса заставила ее вздрогнуть.
- Когда я увидел тебя под ветвями дерева любви, то понял, что либо буду обладать тобой, либо не захочу больше жить. Теперь ты моя, и я живу. Ты - это все, о чем я мечтал, к чему стремился, и теперь все мои надежды на будущее воплотились в одном маленьком человечке.
Мелита подняла глаза.
- Покидая Англию, - сказала она, - я не знала, что плыву к своему счастью… в рай… куда мало кому удается попасть на этом свете.
- Да, я хочу, чтобы ты чувствовала это: мы с тобой живем в раю - особенном, скрытом от посторонних глаз, потому что мы любим друг друга.
- Это… верно, - откликнулась Мелита, - и ничто в мире не может быть более прекрасным и более похожим на рай, чем Весонн.
Сказав это, она подумала, что мадам Буассе в таком случае - змей в садах Эдема! Но тут же напомнила себе, что слишком счастлива сейчас, чтобы вспоминать об этой злобной женщине. Граф словно прочитал ее мысли.
- Забудь о ней, - нежно произнес он. - Когда нас венчали в соборе, я благодарил Господа не только за то, что мне посчастливилось встретить тебя в этой жизни, но и за то, что в конце концов добро всегда торжествует над злом.
- Я хочу верить в это, - прошептала Мелита. - Мы оба должны делать то, что правильно и добродетельно, и жить так, чтобы все вокруг нас были счастливы.
- Так и будет. - Граф произнес эти слова как клятву.
Он позволил Мелите выйти в другую комнату, там она приняла ванну и заглянула в шкаф, где нашла самый изысканный пеньюар, какой когда-либо видела в жизни. Он был сшит из тончайшего шифона, и Мелита сразу же поняла, почему граф купил его, - пеньюар переливался всеми оттенками цветов дерева любви. Манжеты и вырез на груди, отделанные белыми перышками, выглядели столь мягкими и нежными, что их можно было принять за тончайшие лепестки дерева любви. Пеньюар был почти прозрачным, и, даже надев его на ночную рубашку, Мелита чувствовала себя несколько смущенно, когда направлялась к двери, ведущей в будуар.
Она услышала глубокий голос, отдававший распоряжения слугам, и поняла, что граф уже там. Открыв дверь, она взглянула на него и уже не могла замечать ничего вокруг.
- Ты похожа на саму любовь! - сказал он.
Мелита сделала к нему несколько шагов и только сейчас заметила, что комната от пола до потолка убрана цветами, - будуар превратился в обитель дивных ароматов.
Здесь было много цветов, названий которых Мелита не знала, но она заметила и белые орхидеи - такие же, как в ее свадебном букете. Вазы заполняли огромные ветви, покрытые воздушными шариками их дерева любви.
Яркие краски цветов переливались на фоне изумрудных папоротников, столь восхитивших ее во время поездки по тропическому лесу.
Не в силах сдержать желания прикоснуться к нему, Мелита взяла руки графа в свои и, восхищенно глядя на цветы, сказала:
- Ты сделал это… для меня?
- Это только фон для твоей красоты, - ответил он. - Я не раз говорил, что ты похожа на цветок.
Вся сияющая, она уже почти приникла губами к его губам, но в этот момент слуги внесли приготовленные к ужину блюда.
Этот ужин, подумала Мелита, ей никогда не забыть - подобно вину в бокалах искрилось и переливалось их счастье. Закончив трапезу, они долго разговаривали, пока не взошли звезды и лунный свет не коснулся волн, неустанно набегавших на берег.
И тогда Мелите почудилось, что они одни на своем острове - "острове цветов", как когда-то называли Мартинику. Теперь он стал их тайным убежищем, и что бы ни случилось в мире, ничто не могло нарушить того священного единения, которое они обрели, став мужем и женой.
Наконец граф поднялся и подвел Мелиту к окну.
Минуту они любовались серебряной дорожкой луны на простиравшейся до горизонта темной глади океана.
- Сегодня мы оба начали новую жизнь, - сказал граф, - и она, я уверен, принесет нам много счастья, моя дорогая. У нас будут взлеты и падения, проблемы и трудности - это неизбежно, но я верю, что моя любовь к тебе и твоя ко мне с годами станет лишь глубже и сильнее.
- Я… в этом уверена, - прошептала Мелита.
- Сегодня в соборе я поклялся посвятить свою жизнь тому, чтобы ты была счастлива, - продолжал он. - Когда-то я не смог сделать так, чтобы люди рядом со мной были вполне счастливы, но теперь все будет по-другому.
Коснувшись губами ее волос, он торжественно произнес:
- Ради тебя и твоего счастья я ворвусь во врата рая и переверну ад. Нет ничего на свете, чего я не сделал бы для тебя!
- Я люблю… тебя! - промолвила Мелита. - Эти слова так мало могут сказать, что я чувствую. Ты открыл для меня новый мир, ты показал мне новые дали, о которых я не догадывалась раньше.
Уткнувшись лицом в его плечо, она попросила:
- Помоги мне… не разочаровать тебя, помоги мне дать тебе все, чего ты… хочешь от женщины.
- Не только от женщины, но и от себя самого, - ответил граф. - Мы теперь одно, Мелита. Твой успех будет моим, а мое разочарование - и твоим тоже.
Улыбнувшись, он крепче прижал ее к себе.
- У нас не будет разочарований! Между нами будет только любовь, любовь и понимание - отныне и навсегда.
Глава 7
- Это похоже на чудо! - воскликнула Мелита. Она сидела за накрытым к завтраку столом и смотрела на раскинувшееся за садом море.
- Что? - откликнулся граф, откладывая газету.
Вряд ли найдется на земле что-либо более прекрасное, думала Мелита, чем этот сад с переливами солнца на цветах и раскидистых деревьях, сквозь их ветви блестела морская лазурь.
Запахи свежесваренного кофе и только что испеченных булочек смешивались с ароматом цветов, и счастье Мелиты становилось частичкой окружавшей ее красоты.
Она улыбнулась графу.
- Когда корабль, который привез меня из Англии, вошел в гавань, - сказала она, - мне было так страшно… Я боялась оказаться в стране, о которой ничего не знаю, и больше всего… я волновалась из-за того, каким окажется мой хозяин.
- Ну а теперь, когда ты с ним познакомилась?
- Я считаю, что он самый замечательный мужчина на свете. - Она протянула ему руку, и он коснулся губами ее пальцев.
- Для меня это тоже чудо, - сказал он, - удивительное, невероятное чудо, в которое я едва могу поверить!
Глубокий успокаивающий голос заставил Мелиту вновь ощутить волнение, и она невольно подалась ему навстречу. В лучах утреннего солнца ярко вспыхнуло обручальное кольцо. Ей показалось, что оно ослепило ее так же, как обрушившееся на нее счастье.
Она вытирала оставшиеся на коже после ванны капли воды и сожалела, что не может надеть ничего более привлекательного, чем дорожный костюм, в котором прискакала в Сен-Пьер, когда в комнату вошла служанка, вся увешанная коробками.
- Это только что принесли для вас, мадам.
- Для меня?
Открыв коробки, она поняла, что граф снова позаботился о ней.
Хотя она не сказала ни слова, он знал, что ей захочется быть красивой для него в первый день после их свадьбы, когда они вместе вернутся в Весонн-де-Арбр как муж и жена.
Он выбрал для нее костюм бирюзового цвета, который как нельзя лучше подчеркивал белизну ее кожи и синеву глаз. Она провела рукой по мягкой, прохладной ткани. Нашла она также в коробках шелковую накидку с пелериной и шляпку, отделанную тесьмой того же цвета. Изнутри шляпа была украшена мягкими кружевными воланами, чудесно обрамлявшими лицо.
Мелита попросила служанку помочь ей одеться и, едва взглянув в зеркало, устремилась в комнату графа.
Когда она вошла, он стоял у высокого туалетного столика, держа в руках пару гребней, отделанных слоновой костью. На нем были лишь мягкая льняная рубашка и высокие брюки, туго перетянутые в талии. Эта одежда особенно подчеркивала его широкие плечи и узкие бедра - он выглядел сейчас очень мужественно.
Мелита на секунду замерла в дверном проеме - ну конечно, он самый привлекательный мужчина, какого она когда-либо видела в жизни.
Лишь только он отложил в сторону гребни и обернулся, как она бросилась к нему.
- Я пришла показать тебе мой новый костюм. Спасибо, Этьен, спасибо за то, что не забыл об этом.
Он взглянул в ее лицо, его руки обвили ее талию.
- Тебе понравилось?
- Я поражена! - ответила она. - Кажется, ты всегда знаешь, что мне надо, и надеюсь - ты находишь меня… хорошенькой.
- А разве я могу считать иначе?
Он нашел ее рот своими губами и впился в него страстным поцелуем, прижимая ее все крепче и крепче, пока она едва смогла дышать.
- Я обожаю тебя! - прошептал он, с трудом переводя дыхание. - Пойдем? - И он потянул ее к кровати.
- Этьен!
Мелита притворилась, что удивлена его предложением, но краска и впрямь залила ее лицо, когда она сказала почти с упреком:
- Я пришла только, чтобы… показать тебе мой новый костюм.
- Он тебе очень идет, - одобрил граф, - но меня гораздо больше интересует то, что под ним.