Она не ожидала, что ее так заинтересует разговор за столом. Ванесса полагала, что званые обеды в королевской семье проходят сугубо формально - все говорят вполголоса, обращаясь сначала к сидящим справа, а потом к соседям по левую сторону, как того требовал светский этикет.
Принц нарушил эту традицию. Он успел переброситься несколькими репликами чуть ли не со всеми приглашенными, а потом завел общую беседу, в которой мог принять участие каждый.
Гости спорили, отстаивая свою точку зрения, и открыто высказывали собственное мнение. Случалось, что оппоненты сидели на противоположных концах стола, но это не мешало им. Ванесса еще не встречала столь занятных, остроумных и в то же время широко образованных собеседников.
Принц любил цитировать классиков, поражая гостей своими познаниями. Он невольно заставлял присутствующих собраться с мыслями и стимулировал их.
Сегодня вечером принц явно хотел произвести наилучшее впечатление - немного пил и, как с одобрением подумал маркиз, держался весьма непринужденно.
Очевидно, принц рассчитывал, что впоследствии каждый из гостей, присутствовавших на этом обеде, скажет:
- Я бы никогда не догадался, что его королевскому высочеству грозила смертельная опасность.
Перебирая в памяти подробности этого вечера, Ванесса решила, что гости успели переговорить чуть ли не обо всем - о политике и античной литературе, о музыке, книгах и, конечно, о живописи.
Главный импульс неизменно исходил от принца Уэльского, который постоянно высказывал парадоксальные суждения или обрывал фразу на полуслове, желая, чтобы сидящие рядом включились в разговор и поддержали или опровергли его мысль.
Дамы поднялись из-за стола около одиннадцати часов.
- Как жаль, что ваш отец болен, мисс Лэнс, - сказала Ванессе миссис Фицгерберт, когда они перешли в Китайскую гостиную. - Я от всей души желаю ему скорейшего выздоровления.
- Благодарю вас, мадам, - откликнулась Ванесса.
- Принц часто говорил, что хотел бы заказать ему мой портрет-миниатюру, - продолжала миссис Фицгерберт, - но эта идея почему-то не осуществилась. Когда он поправится, мы должны будем к этому вернуться.
- Для отца это станет дополнительным стимулом к выздоровлению, мадам, - сказала Ванесса.
- А вы сами рисуете, мисс Лэнс? - полюбопытствовала миссис Фицгерберт.
- Я помогаю отцу реставрировать миниатюры, - пояснила Ванесса, - а иногда…
Она оборвала себя, не желая говорить лишнее.
Миссис Фицгерберт взяла ее за руку, и Ванесса заметила на ее пальце кольцо, о котором много слышала.
Миссис Фицгерберт уловила ее взгляд.
- Вы смотрите прямо в глаз его королевскому высочеству. Эту миниатюру написал для меня Ричард Косуэй.
Она сияла кольцо и протянула его Ванессе.
- Я так мечтала его увидеть, - призналась Ванесса. - Оно очень красивое, мадам.
- Не правда ли, это была хорошая идея? - заметила миссис Фицгерберт. - По-моему, мистер Косуэй предложил его королевскому высочеству нарисовать наши глаза в 1785 году.
Ванесса разглядывала кольцо, которое ей дала миссис Фицгерберт. Оно было оправлено в золото и окантовано мелкими алмазами, но вместо большого бриллианта в центре его находился искусно нарисованный глаз принца Уэльского.
Ричард Косуэй постарался на славу и, как всегда, оказался неподражаем. Ванесса подумала, что он стремился достичь, как принято выражаться, "безоговорочного сходства".
- Он сделал два кольца, - пояснила миссис Фицгерберт. - Принц часто носит другое, на котором изображен мой глаз, а сегодня вечером мне пришло в голову, что неплохо бы надеть вот это. Последнее время я его почему-то не носила.
- Вы стали законодательницей моды, мадам, - улыбнулась Ванесса. - Отец рассказывал мне, что, когда в Лондоне узнали об истории с вашими кольцами, художников начали осаждать толпы заказчиков. Всем хотелось подражать вам. - Она засмеялась и добавила: - А кто-то из заказчиков даже попросил моего отца изобразить на миниатюре глаз его лошади!
Миссис Фицгерберт расхохоталась.
Ванесса вернула ей кольцо.
- Спасибо, что вы дали мне его посмотреть, мадам, - сказала она. - Наверное, это лучший нарисованный глаз.
- Мистер Косуэй удивительно талантлив, - согласилась миссис Фицгерберт.
Но в ее голосе прозвучали осуждающие нотки, и Ванесса поняла, что ей не по душе образ жизни Косуэя.
Джентльмены присоединились к дамам через несколько минут. Не успел принц войти в гостиную и приблизиться к миссис Фицгерберт, как появился генерал Корнуолл.
Он поклонился принцу и сообщил:
- Оба французских наемника арестованы, сир, и доставлены в Тауэр.
- Наемники? В чем дело? - взволнованно воскликнула миссис Фицгерберт, опередив остальных.
- Полковник Гарднер также просил меня передать вам, ваше королевское высочество, что мальчишка, недавно начавший работать на кухне, также взят под стражу. Он подозревается в пособничестве заговорщикам.
Принц тяжело вздохнул, и его тучное тело, казалось, заколыхалось от этого вздоха.
- Во всяком случае, генерал, сегодня ночью мы сможем спокойно спать, - проговорил он. - Тем не менее я надеюсь, что вы всерьез займетесь охраной дворца и больше не допустите подобного разгильдяйства.
- Я уже принял меры, сир, - отозвался генерал. - В будущем такое не повторится, ручаюсь вам.
- Я на вас рассчитываю, - заметил принц.
- Пусть кто-нибудь объяснит мне, что произошло? - обратилась к собравшимся миссис Фицгерберт.
Теперь маркиз был просто обязан сказать правду. Он вкратце изложил случившееся, и гости, затаив дыхание, слушали, как Ванессе стали известны подробности заговора.
Когда он кончил свой небольшой рассказ, миссис Фицгерберт с дрожью в голосе произнесла:
- Мисс Лэнс, я не знаю, как вас благодарить! Если бы этот дьявольский план удался, удар был бы нанесен в самое сердце Англии. Я уверена, что это повлияло бы на моральный дух нашей армии, да и всего остального народа.
- Да, последствия были бы ужасны, - согласился маркиз, - и каждый из нас в неоплатном долгу перед мисс Лэнс. - Он обвел взглядом гостей принца и добавил: - Как я уверен, его королевское высочество не желает, чтобы эта ужасная история получила огласку за стенами дворца. Ведь она может тяжело отразиться на многих придворных, особенно тех, кто связан с охраной и безопасностью королевской семьи. Вдобавок она способна воодушевить других негодяев на подобное преступление. Вдруг они попытаются сделать то, что не удалось французским наемникам? Возможно, я сгущаю краски, но думаю, что нам следует сохранить в тайне события сегодняшнего вечера.
- Вы правы. Ну, конечно, вы правы, Рэкфорд! - воскликнул принц. - Но я все же очень хотел бы дать знать этим поганым французам, что мы их не боимся. Какие бы козни они ни замышляли, какие бы планы ни строили, они ничего не добьются!
- Я согласен с вами, сир, - заявил маркиз. - Но, на мой взгляд, им лучше оставаться в неведении и строить догадки, что же произошло на самом деле. Пусть они удивятся, не найдя на страницах газет ни строчки о покушении.
- Вы хотите, чтобы они сидели как на иголках? - переспросил принц. - Что ж, неплохая идея. Итак, маркиз предлагает нам всем помалкивать. Я понимаю, что это довольно трудно, ведь среди нас есть дамы, обожающие поболтать.
Он выразительно посмотрел на всем известную сплетницу леди Бессбру.
Она скорчила недовольную гримасу и ответила:
- Вы можете доверять мне, сир. Для меня ваша безопасность важнее всяких рассказов о таинственных происшествиях.
Принц, обожавший ее остроумные реплики, улыбнулся, но миссис Фицгерберт не без ехидства заметила:
- Я убеждена, сир, что вы вправе доверять здесь любому, кто подчинится вашим указаниям.
- Конечно, вы вправе доверять, - по обыкновению нежно и вкрадчиво подхватила герцогиня Девоншир. - Вы можете на нас рассчитывать, но не потому, что вы, ваше королевское высочество, приказали нам молчать, а потому, что мы все вас очень любим.
Гости одобрительно закивали и начали перешептываться, а маркиз повернулся к Ванессе и чуть слышно спросил:
- Вы позволите вас проводить?
- Вам незачем так рано покидать своих друзей, отозвалась она. - Я спокойно доберусь одна.
- Неужели вы могли хоть на минуту вообразить, что я вам это позволю? - осведомился он и смерил ее выразительным взглядом.
Ванесса сразу оробела.
- Наверное, Доркас беспокоится обо мне. Ведь она ничего не знает о том, где я.
- Сейчас я скажу принцу, что отвезу вас домой, и мы уедем, - ответил маркиз.
Он оставил ее в одиночестве и направился к принцу.
Ванесса огляделась по сторонам, боясь, что сэр Джулиус Стоун воспользуется моментом и подойдет к ней.
Но, к счастью, он был увлечен разговором с другой гостьей. Ванесса с облегчением вздохнула.
Вернулся маркиз и с улыбкой сообщил:
- Нам разрешили покинуть дворец.
Принц вновь горячо поблагодарил Ванессу. Миссис Фицгерберт также выразила ей при расставании свою благодарность.
- Передайте вашему отцу, что, как только ему станет лучше, его ждут в Карлтон-хаузе. У меня есть для него ряд важных поручений, - любезно проговорил принц.
Ванесса была рада, что ей не пришлось прощаться с остальными гостями. В этом случае ей бы неминуемо пришлось столкнуться с сэром Джулиусом. Ей повезло, что за обедом он сидел на другом конце стола, но она видела, что он не отрывал от нее глаз, и девушка чувствовала себя очень неуютно под его тяжелым взглядом.