Бренда Джойс - Обещание розы стр 9.

- Уж не думаете ли вы оскорбить меня подобным высказыванием? - усмехнулся он. - Да, я и в самом деле родился вне брака. Ну и что же? Зато потом мои родители обвенчались в церкви. И обстоятельства моего рождения не мешают мне быть наследником моего отца!

- Для меня ваш высокий титул ничего не значит. Пусть граф Нортумберленд и признал вас своим сыном и наследником, но ведете вы себя как последний ублюдок. То, что вы собираетесь сделать со мной, жестоко и низко!

- Помилуйте, - усмехнулся Стивен, - в мои намерения вовсе не входит жестокое обращение с вами. Ведь вам наверняка известно, что все женщины, даже такие миниатюрные, как вы, созданы для того, чтобы доставлять наслаждение мужчинам. Даже таким большим, как я.

Внезапно дыхание Мэри участилось. Она ощутила, как сердце быстрее забилось у нее груди. Она невольно вспомнила о минутах восторга, пережитого ею в объятиях Стивена, о нежных прикосновениях его огромных ладоней к ее телу, и почувствовала, что ее решимость сопротивляться домогательствам норманна стала ослабевать. Но, призвав на помощь все свое самообладание, она справилась с внезапным волнением и сквозь зубы процедила:

- Я… буду… защищаться… Так и знайте, безжалостный насильник!

- Сомневаюсь. Однако мы еще можем прийти к соглашению и разрешить наш спор в течение нескольких мгновений. Для этого вам надо лишь назвать имя вашего отца или ваше подлинное имя. Признайтесь, вы ведь солгали мне. Никакая вы не Маири Синклер.

- Нет! Я сказала вам правду! - крикнула Мэри и отпрянула назад.

Он подошел к ней и властным жестом положил ладонь на ее бедро. Мэри опустила голову и сквозь слезы еле слышно прошептала:

- Давайте поскорее покончим с этим. Стивен обнял ее за талию и привлек к себе.

Она почувствовала, насколько ее волнуют близость его горячей плоти, явные признаки его возбуждения, которое она ощущала кожей живота.

- Я не могу не откликнуться на столь заманчивое предложение, - улыбнулся Стивен. - Неужели это и впрямь означает, что рад сохранения своей тайны вы готовы пожертвовать невинностью?

Голос Стивена слегка дрожал, выдавая его нараставшее волнение. Оно передалось и Мэри, и вместо ответа она лишь молча кивнула.

- Вы уверены? - С этими словами он подхватил девушку на руки. Их взгляды встретились. Она обняла его за шею, чувствуя, что не может оттолкнуть его, как не может воспротивиться желанию, охватившему все ее хрупкое тело.

Стивен подошел к широкой кровати и опустил Мэри на самую середину ложа. Он не спускал с нее огненного, зовущего взора, который она ощущала почти как прикосновение к своей нежной коже.

- У вас есть последняя возможность сохранить свое целомудрие, - хрипло проговорил он. - Скажите мне, как ваше имя! Скажите теперь же, ибо, клянусь Богом, еще минута, и вас не спасет даже это!

Сознание Мэри начало туманиться. Она с трудом поняла смысл его вопроса и через силу пробормотала:

- Я - Маири Синклер.

Стивен склонился над ней, скользя взглядом по ее распростертому телу.

- Время слов миновало, мадемуазель, - проговорил он.

Мэри, полузакрыв глаза, протянула руки ему навстречу. Она больше не слышала ни шум дождя за окном, ни потрескивания дров в очаге, не видела окружающих предметов. Все ее чувства растворились в сладостной истоме, которая, завладев ее естеством, властно толкала ее в объятия этого человека.

Он снял с ее головы накидку, которую одолжила ей Изабель, и с нежностью провел ладонью по волнистым, густым белокурым волосам, доходившим ей до бедер. Увидев на его лице улыбку, Мэри улыбнулась в ответ.

Она ждала, что он поцелует ее, но вместо этого Стивен вдруг схватил обеими руками ворот ее платья и резко рванул его вниз. Платье и нижняя рубаха оказались разодраны почти до самой груди. Мэри попыталась вскочить с кровати, но он остановил ее одним движением руки.

- Я возьму тебя обнаженной.

Схватив Мэри за запястья, он отвел ее руки назад и придвинулся к ней вплотную, так что она ощутила его естество у своего бедра. Она издала приглушенный стон и с мольбой взглянула ему в глаза. Стивен приблизил губы к ее уху и прошептал:

- Я не верю, что вы - внебрачная дочька кого-то Синклера. Бьюсь об заклад, что в ваших жилах течет благородная кровь. Скажите же, кто ваш отец?! Скажите мне это, и я пощажу вашу невинность, обещаю вам это.

Мэри протестующе помотала головой:

- Никогда!

Глаза Стивена расширились от удивления. Ведь этим ответом она фактически признала, что до сих пор лгала ему.

Губы его раздвинулись в недоброй улыбке. Он провел рукой по ее животу, затем ладонь его скользнула ниже, и он стал гладить пальцами плотные, скользкие от влаги складки у преддверия ее лона. Приоткрыв глаза, Мэри увидела, что он успел обнажиться, не переставая ласкать ее.

- Выбор по-прежнему остается за вами, - с трудом проговорил он. Лоб его был покрыт крупными каплями пота. - Ваше имя! Быстро!

Мэри при всем желании не смогла бы откликнуться на его слова. Ее тело больше не повиновалось ей. До ее отуманенного страстью сознания с трудом дошел смысл его приказа. Бедра ее сами собой раздвинулись, ноги слегка согнулись в коленях.

Охватив ладонью ее налитую грудь и слегка сдавливая пальцами сосок, он отрывисто прошептал:

- Кто… кто вы такая?

- Нет… Я не знаю… - простонала Мэри, не открывая глаз.

Он опустил голову и дотронулся губами до ее соска. Мэри вскрикнула и обхватила его шею руками. Стивен принялся ласкать сосок языком, поглаживая другую ее грудь ладонью. Его напряженный член приблизился к ее лону. Стивену достаточно было сделать лишь одно движение,

Чтобы разрушить ту единственную преграду, что стояла на пути воссоединения их тел. но в это самое мгновение он замер, опираясь на локти.

- Кто вы?

Мэри и сама уже не помнила, кто она такая. Она впилась взглядом в его полные, яркие губы. О, как ей хотелось приникнуть к ним в поцелуе! Она издавала короткие, жалобные стоны, больше походившие на рыдания.

Стивен стал гладить своим членом ее влажное лоно, слегка надавливая на бугорок, из которого, казалось, волнами струилась истома, пронизывавшая все ее тело.

- Скажите мне кто вы… Пока не поздно! - хрипло, с усилием прошептал он.

Мэри готова была сделать что угодно, лишь бы он не переставал ласкать ее, лишь бы он утолил исступленное желание, которое иначе грозило испепелить ее изнутри.

- Мэри! - выдохнула она.

- Маири!

- Да! Пожалуйста, Стивен… Стивен… Мэри подалась ему навстречу. Она обняла его за плечи и сжала коленями его бедра. Он заглушил неистовый крик, вырвавшийся из ее груди, закрыв ей рот поцелуем.

Боль, которую причинило Мэри проникновение в ее тело огромного члена Стивена, сменилась экстазом столь упоительным, что его, казалось, не в силах были вынести ни дух человеческий, ни человеческое тело. На несколько мгновений Мэри лишилась чувств, а когда сознание стало понемногу возвращаться к ней, она, еще не видя окружающих предметов, не различая звуков, решила было, что сподобилась умереть какой-то сладостно-мучительной смертью и находится у райских врат.

Но вдруг до слуха ее донеслись стук дождевых капель, завывание ветра за окном и треск поленьев в очаге. Она увидела склоненное над собой лицо Стивена. Их тела все еще были слиты воедино.

Лишь теперь она осознала весь ужас происшедшего.

Мэри приподнялась на локтях, стараясь высвободиться из объятий Стивена, но попытки ее оказались безуспешны, ибо она сразу почувствовала, как отвердевает его член и как он стремительно увеличивается в недрах ее лона.

- У вас будет еще вдоволь времени для сожалений и раскаяния, - с недоброй улыбкой заверил ее он.

Мэри открыла рот, чтобы возразить, и занесла руку для удара, но он сжал ладонью ее запястье и снова закрыл ее рот поцелуем. Затем тело его пришло в движение, и Мэри издала протяжный стон… Реальность снова утратила для нее свои очертания.

Глава 5

На рассвете Стивен спустился в главный зал и сел к столу, обхватив голову руками. Он был один. Все домашние слушали мессу, которую служил в замковой часовне отец Бертольд. Девушка, называвшая себя Маири, все еще спала.

Стивен был безумно зол на себя и на нее. Он никак не ожидал, что она предпочтет утратить невинность, чтобы только сохранить при себе свою тайну. Не менее неожиданной оказалась для него и собственная необузданность в страсти. Ведь он мог бы сделать над собой усилие, сдержаться и, не предавая поруганию целомудрие красавицы Маири, вырвать правду из ее уст! Ему необходимо было дознаться, кто она, но голос плоти возобладал над разумом, и теперь вместо того, чтобы потребовать щедрый выкуп с родных юной пленницы, вне всякого сомнения являвшейся знатной шотландской леди - ему самому придется нести перед ними ответ за содеянное.

Он сжал челюсти и с силой ударил кулаком по столу. Воспоминания о прошедшей ночи обступили его, не давая думать ни о чем ином, кроме тех ласк, которыми он осыпал ее и на которые она отзывалась с восторгом и пылом, сводившими его с ума. С тех пор, как он впервые увидел ее в своем шатре, его неотвязно преследовала мысль о наслаждении, которое они могли бы дарить друг другу. Теперь же, после того как это произошло, он с ужасом понял, что жажда обладать этой юной красавицей терзает его еще неистовее, чем прежде, что он, чем бы ни занимался нынче днем, будет с нетерпением, считая минуты, ждать наступления ночи… А ведь подобное легкомысленное поведение накануне свадьбы с Аделью Бофор могло поставить под удар этот взаимовыгодный союз. Но теперь и сама перспектива брака с Аделью не казалась ему такой уж заманчивой, и возможность отказа невесты от данного ему обещания пугала его гораздо менее, чем прежде.