Всего за 459.9 руб. Купить полную версию
В.Н. Бенешевич
От чекистской пули прервалась жизнь талантливого инженера и изобретателя Петра Владимировича Бехтерева. Сын знаменитого физиолога В.М. Бехтерева получил инженерное образование в Петербургском политехническом институте и работал инженером на разных предприятиях. Среди его изобретений можно отметить новый вид парашютов. П.В. Бехтереву в 1938-м исполнилось 52 года.
В левашовском лесу завершилась жизнь замечательного русского ученого-астронома, директора Пулковской обсерватории (1933–1937 гг.) Бориса Петровича Герасимовича. Еще учась в Харьковском университете, он опубликовал в русском и французском научных журналах свою работу по теории относительности. В 1922 г. в своей alma mater получил звание профессора, работал во многих научных центрах Европы и США, занимался изучением физики Солнца, строением и эволюцией звезд и другими проблемами астрономии. Ученый опубликовал более 170 научных статей разной тематики. В 1937 г. ему исполнилось 48 лет.
Ю.К. Шуцкий
Расстреляли здесь известного во всем мире ученого-востоковеда Юлиана Константиновича Шуцкого, окончившего экономическое отделение Политехнического института и Петроградский университет (кафедра китаеведения). Кроме преподавательской деятельности, Ю.К. Шуцкий написал учебник китайского языка (1934), переводил восточные труды на русский язык. Ученый свободно владел китайским, японским, корейским, вьетнамским, маньчжурским, бирманским, сиамским, бенгальским, арабским, древнелатинским, немецким, французским, английским, польским, голландским и латинским языками, а также хиндустани и санскритом. Получил известность своим переводом китайской "Книги перемен". В день гибели от пули чекиста Ю.К. Шуцкому исполнилось всего 40 лет.
В лесу особого назначения лежит наш Паскаль – ученый широкого круга знаний, философ и богослов Павел Александрович Флоренский. Ученому, расстрелянному в 1937 г., шел 56 год.
Борис Корнилов
В Левашове оборвалась жизнь поэта Бориса Петровича Корнилова, арестованного в марте 1937 г. по обвинению в террористической деятельности против руководства партии и правительства. Вслед за ним, в 1938 г., арестовали и его бывшую жену, поэтессу Ольгу Федоровну Бергольц, носившую под сердцем ребенка.
За полгода чекистского ада она пережила все, что может предложить сталинская власть: ночные допросы, жестокие избиения, пытки. В результате истязаний Ольга Федоровна родила в застенках мертвого ребенка, после чего была милостиво отпущена на волю по указанию из Москвы.
В 1939 и 1940 гг. поэтесса написала два стихотворения, посвященные Борису Корнилову.
…И все не так, и ты теперь иная,
поешь другое, плачешь о другом…Б. Корнилов
Ольга Бергольц
1
О да, я иная, совсем уж иная!
Как быстро кончается жизнь…
Я так постарела, что ты не узнаешь.
А может, узнаешь? Скажи!
Не стану прощенья просить я,
ни клятвы -
напрасной – не стану давать.
Но если – я верю – вернешься обратно,
но если сумеешь узнать, -
давай о взаимных обидах забудем,
побродим, как раньше, вдвоем, -
и плакать, и плакать, и плакать мы будем,
мы знаем с тобою – о чем.
1939
2
Перебирая в памяти былое,
я вспомню песни первые свои:
"Звезда горит над розовой Невою,
заставские бормочут соловьи…"
…Но годы шли все горестней и слаще,
земля необозримая кругом.
Теперь – ты прав,
мой первый
и пропащий,
пою другое,
плачу о другом…
А юные девчонки и мальчишки,
они – о том же: сумерки, Нева…
И та же нега в этих песнях дышит,
и молодость по-прежнему права.
1940
В дневнике 13 марта 1941 г. О.Ф. Бергольц написала: "Перечитываю сейчас стихи Бориса Корнилова, – сколько в них силы и таланта! Он был моим первым мужчиной, моим мужем и отцом моего первого ребенка, Ирки. Завтра ровно пять лет со дня ее смерти. Борис в концлагере, а может быть, погиб".
Не знала Ольга Федоровна, что ее "первого мужчину" чекисты расстреляли в Левашове еще 20 февраля 1938 г., за десять месяцев до того, как арестовали ее саму!
Но Б.П. Корнилов не единственный литератор, убитый в левашовском лесу. Здесь погибли поэт Б.К. Лившиц, писатель Н.М. Олейников, поэт и переводчик В.И. Стенич.
До 1989 г. КГБ тщательно охраняло страшную тайну Левашовской пустоши. В начале 1990-х гг. специалисты провели первые исследовательские работы в местах массовых захоронений.
Сейчас на месте братских могил открыто мемориальное кладбище – одно из крупнейших в нашей стране. В разных местах Левашовской пустоши установлено множество памятных знаков от национальных диаспор Петербурга и зарубежных стран, чьи граждане погибли в те сложные годы. В 2014 г. поставлен один из последних памятников мемориала, посвященный двенадцати раввинам, расстрелянным в 1937–1938 гг.
У шоссе, прямо напротив главного входа, с 1996 г. стоит памятник "Молох тоталитаризма", созданный руками скульпторов Н.П. Галицкой и В.А. Гамбарова при участии архитектора А.Г. Лелякова. Высота медной (выколотка) скульптуры 3,8 м, гранитного постамента – 0,6 м.
На этом мы покидаем это трагическое место, а заодно и станцию "Левашово". Настало время проехать до следующей остановки, также исторически связанной с графским родом Левашовых.
Станция "Песочное"
Современная станция "Песочное" возникла на землях, доставшихся по наследству от графа В.В. Левашова. Наследницами большого участка с лесом в районе Черной речки стали уже известные нам княгиня М.В. Вяземская и ее сестра графиня О.В. Левашова. Они в 1902 г. и начали здесь продажу участков под дачное строительство, что послужило поводом для устройства двух полустанков – "Графская", ставшая позднее станцией "Песочным", и "Дибуны", историю которого мы рассмотрим отдельно.
Вокзал на полустанке "Графская" первоначально построили по типовому проекту, из дерева, дополнив навесом над единственной низкой платформой, с гранитными краями и полотном из асфальта. Сооружение каменного здания в два этажа планировалось произвести в 1915 г., и спланировано это было верно – пассажиропоток в тот год составил 14 600 человек. Кроме этого, предполагалось реконструировать железнодорожные пути и построить два пакгауза для обслуживания сильно возросших товарных перевозок. Грандиозные по местным меркам планы не воплотили в жизнь – шла Первая мировая война, и денег катастрофически не хватало.