К тому времени, как она управилась с первой порцией и принялась за вторую, она уже успела сообщить Колту о своих успехах. Отчеты лаборатории ожидались на следующий день, бармена из "Клэнси" взяли под наблюдение, и девочки из полиции готовились выйти на панель.
Колт в свою очередь информировал ее о том, что удалось узнать ему. Днем он побеседовал с несколькими местными девицами. Благодаря то ли личному обаянию, то ли деньгам, переходящим из его рук в их руки, он выяснил, что одну из уличных девушек по имени Лейси уже несколько недель никто не видел в тех местах, где она обычно бывает.
- По описанию подходит, - продолжал он, подливая Алтее вина. - Молодая, невысокая. Девушки говорили, что она брюнетка, но любила носить светлый парик.
- Был у нее сутенер?
- Вроде бы нет. Я побывал на квартире, которую она снимала. Поговорил с хозяином. После того как Лейси дважды пропустила еженедельные платежи, он собрал ее вещички, взял в залог все мало-мальски ценное, а остальное выставил на улицу.
- Посмотри, может, кто-то в этом районе что-нибудь знает о ней.
- Хорошо. Я везде показывал фото Лиз и полицейские рисунки. - Он нахмурился. - К сожалению, никто никого не опознал. Некоторых ребят еще надо было уговаривать посмотреть на рисунки. Многие из них хотят выглядеть крутыми парнями, а сами смущаются как дети.
- С ними надо поосторожнее. Большинство еще дома знакомятся с наркотиками, пьянством, физическим и сексуальным насилием. Они не знают, как вырваться из этой атмосферы. - Она повела плечами. - Бегство кажется им лучшим выходом.
- С Лиз совсем не так.
- Да, - согласилась она. Надо было, пожалуй, отвлечь его, хотя бы на несколько минут. Она тщательно подобрала последние кусочки с тарелки. - Знаете что, Найтшейд? Вам бы следовало бросить играть в искателя приключений и идти в повара. Вы бы добились грандиозного успеха!
Он понял ее скрытый намек и с некоторым усилием подыграл ей.
- Нет, я предпочитаю готовить для маленьких, частных компаний.
Она задумчиво посмотрела на него. Потом опустила глаза на свой бокал.
- Так кто же научил вас так великолепно готовить маринованный язык, если не мама?
- Когда я рос в семье, у нас была потрясающая кухарка - ирландка, миссис О'Мали.
- Ирландская кухарка научила вас итальянской кухне?
- Она умела готовить все - от ирландской тушеной баранины с луком до французского петуха в вине. "Колт, мой мальчик, - говорила она мне, - самое лучшее, что мужчина может сделать для себя, - это научиться хорошо готовить. Надеяться, что женщина набьет тебе брюхо, - это ошибка". - Воспоминание вызвало у него улыбку. - Когда у меня бывали неприятности, а это случалось довольно часто, она усаживала меня в кухне рядом с собой. Я слушал лекции о правилах хорошего тона, а заодно и учился разделывать цыплят и тому подобное.
- Прелестное сочетание!
- В стряпне я достиг совершенства. А когда миссис О'Мали уволилась - это было лет десять назад, - моя мама впала в глубокую депрессию.
Алтея криво улыбнулась.
- И наняла новую кухарку?
- Француза с плохой осанкой. Она его любила.
- Французский повар в Вайоминг?
- Это я жил в Вайоминг, - пояснил он. - Они жили в Хьюстоне. Так мы лучше уживались. А что вы можете рассказать о вашей семье? Она где-нибудь здесь?
- У меня нет семьи. А ваше юридическое образование? Почему вы его совсем не использовали?
- Нельзя сказать, что совсем не использовал… - Он внимательно посмотрел на нее. Вопрос был брошен как горящий уголек, и на него надо было ответить достойно. - Я обнаружил, что не приспособлен часами горбатиться над сводами законов, тем более что техника мне была милей юстиции.
- Поэтому вы пошли в авиацию?
- Это был неплохой способ научиться летать.
- Но вы же не пилот?
- Иногда я пилот… - Он улыбнулся. - Извините, Тея, я обычно не вписываюсь в рамки. У меня хватает денег, чтобы делать то, что меня устраивает и тогда, когда мне вздумается.
Это получилось грубовато.
- А военная служба вас не устраивала?
- В течение некоторого времени устраивала. А потом я решил, что с меня достаточно. - Он пожал плечами. Отблеск свечей играл у него на лице и в глазах. - Я кое-чему научился. И от миссис О'Мали, и в подготовительной школе, и в Гарварде, и от старого индейца - тренера по конному спорту, с которым познакомился несколько лет назад. Наперед никогда не знаешь, что из полученных знаний может пригодиться.
- А кто научил вас вскрывать замки?
- Вы меня за это не посадите, правда? - Он наклонился, чтобы налить еще вина. - Я вскрывал их по долгу службы. Я работал в так называемых спецслужбах.
- Тайные операции. - Алтея ничуть не удивилась. - Вот почему так много сведений о вас засекречено.
- Это все старые сведения, теперь можно было бы и рассекретить. Но так уж положено, верно? Бюрократы обожают секретность, так же как и волокиту. Что я делал? Собирал информацию или распространял информацию, иногда улаживал некоторые щекотливые ситуации, иногда, наоборот, создавал их - все это согласно приказам. - Он отхлебнул вина. - Полагаю, что могу сказать о себе так: я работал на благо людям. Но только людям из руководства. - Он саркастически усмехнулся. - По крайней мере старался.
- Вам не нравится эта система?
- Мне нравится то, что работает. - На мгновение его глаза потемнели. - Я видел много такого, что не работает, вот как… - Он пожал плечами. - В общем, я уволился, купил несколько лошадей и коров, играл в ковбоя. Но, похоже, старые привычки не отмирают, поэтому сейчас я снова работаю на благо людям. Только не из руководства.
- Можно сказать, вы истратили уйму времени на то, чтобы решить, чем же вы все-таки хотите заниматься.
- Можно сказать… Да, так оно и есть. А как у вас? Какова история Алтеи Грейсон?
- Во всяком случае сюжет для фильма из нее не получится. - Расслабившись, она поставила локти на стол и начала постукивать ногтем по краю бокала. Хрусталь отзывался красивым звоном. - Как только мне исполнилось восемнадцать, я поступила в полицейскую академию. Без колебаний.
- Почему?
- Почему в полицейскую? - Она подумала над ответом. - Потому что мне нравится эта система. Она несовершенна, но, если постараться, ее можно заставить работать. А закон… Многие не хотят соблюдать его, и от этого мы теряем немало жизней. Если удается спасти хоть одну, это уже кое-что значит.
- С этим не поспоришь. - Не задумываясь, он положил ладонь на ее руку. - Я всегда видел, что значит для Бойда законность и порядок. До недавнего времени он был единственным копом, которого я уважал настолько, чтобы довериться ему.
- Мне кажется, вы только что сделали мне комплимент.
- Можете не сомневаться. У вас двоих много общего: ясность видения, негромкая доблесть, любовь к людям… - Он улыбнулся и пожал ей пальцы. - Я навестил девочку, спасенную на крыше. Она взахлеб рассказывала о красивой рыжеволосой леди, которая принесла ей куклу.
- Надо ведь было проследить. Это мой долг…
- …Полицейского! - Восхищенный ее ответом, он поцеловал ей руку. - Долг тут ни при чем, все дело в вас. Душевная мягкость не делает вас плохим полицейским, Тея. Она делает вас хорошим человеком.
Алтея понимала, к чему это ведет, но не отнимала руку.
- Если я добра с детьми, это не значит, что буду добра с вами!
- Но вы добры, - пробормотал он. - И я доберусь до вас. - Глядя ей в глаза, он водил губами по ее запястью. Пульс бился ровно, но учащенно. - Я намерен добраться до вас!
- Вы уже добрались. - Она была слишком умна, чтобы отрицать очевидное. - Но из этого ничего не следует. Я не ложусь в постель с каждым мужчиной, который меня привлекает.
- Рад слышать это. Тем более что вы собираетесь сделать для меня нечто большее, чем переспать со мной. - Он кашлянул и снова поцеловал ее руку. - Господи, как я люблю вашу улыбку, Тея. Она меня сводит с ума! Должен сказать: если мы когда-нибудь и отправимся в постель, то о сне не будет и речи.
Он встал, подняв и ее на ноги.
- Но сейчас, если вы меня поцелуете на прощание, я вам пожелаю спокойной ночи и приятного сна.
Удивление в ее глазах чуть не заставило его расхохотаться. Он мысленно похлопал себя по плечу за удачную стратегию.
- А вы думали, я приготовил вам обед и разделил его с вами, чтобы, воспользовавшись моментом, соблазнить вас? - Он шумно вздохнул и потряс головой. - Тея, я убит! Я совершенно раздавлен!
Она рассмеялась, не отнимая руки.
- Знаете, Найтшейд, иногда я почти люблю вас. Но только почти!
- Вот увидите, еще несколько шагов- и вы будете от меня без ума. - Он привлек ее поближе, и возникшее напряжение отразилось в его голосе. - Если бы я еще позаботился сделать десерт, вы бы на меня молились.
- О-о, вы упустили шанс, - весело парировала она. - Все знают, что после десерта во мне просыпаются первобытные инстинкты.
- Будьте спокойны, я это запомню. - Он поцеловал ее, чуть касаясь губ, видя ее светлую улыбку и чувствуя что сердце у него тает.
- Теперь уже поздно. - Алтея уперлась рукой ему в грудь, уверяя себя что надо кончать эту комедию, потому что она уже ног под собой не чуяла. - Спасибо за угощение!
- На здоровье.
Он продолжал пристально смотреть на нее, прищурив глаза, словно видел ее насквозь. Что-то между ними происходило, а что - он не мог понять.
- Я вижу в ваших глазах нечто.
- Что? - нервно отозвалась она.
- Не знаю. - Он говорил медленно, как бы взвешивал каждое слово. - Иногда я вижу это совершенно отчетливо. И тогда спрашиваю себя, где мы находимся. И куда идем.