Он легонько коснулся моей руки, а затем сел в свой "роллс-ройс" и уехал.
Я стояла, глядя на Дэвида.
- Зачем ты это сделал? - спросила я.
- А разве ты не этого хотела? - свирепо спросил он. - Веселящиеся гости, звонкий смех, шампанское, танцы на лужайке, и, конечно, множество молодых людей, мечтающих о том, чтобы целоваться с тобой в кустах. Это, разумеется, куда более прилично, чем ехать со мной.
Его слова словно хлестали меня по лицу, я смутно чувствовала, что мне следует отказаться ехать куда бы то ни было - с ним или еще с кем-то.
Но я не могла подобрать нужных слов, и когда он открыл дверцу автомобиля, я послушно села. Он с шумом захлопнул дверцу, и машина тронулась. Я чувствовала себя крайне подавленной и не знала, что сказать.
Мы долго ехали в молчании и, наконец, когда оно стало нестерпимым, я прошептала удрученно:
- Мне так жаль, Дэвид… пожалуйста… прости меня.
- Я никак не могу понять, что за игру ты затеяла, - произнес он.
- Игру? - переспросила я.
- При твоей внешности, при том, что ты модель Джайлза Барятинского, ты вдруг начинаешь изображать из себя святую невинность! Я был совершенно уверен, что вчера вечером ты прекрасно поняла, что именно я предлагаю. Так в чем же дело?
- Я просто знаю, что это… нехорошо, - сказала я в свое оправдание. Он, похоже, не понял меня, и тогда я добавила: - Люди, которых я знаю, никогда не поступают так, если они… не женаты.
Дэвид издал легкое восклицание.
- Так вот в чем разгадка всей этой комедии, - протянул он. - Женаты! Ты собралась за меня замуж, Саманта, не так ли?
Наступило молчание, а потом я еле слышно спросила:
- Ты хочешь сказать… что не собираешься… жениться на мне?
Дэвид помолчал немного, а затем сбавил скорость, отъехал к обочине и остановил машину в тени деревьев. Затем он заглушил мотор и сел вполоборота ко мне, чтобы видеть мое лицо.
- Я полагаю, нам надо внести ясность в наши отношения, Саманта, - сказал он. Я вопросительно посмотрела на него, и он продолжил: - Мы, по-моему, говорим на разных языках. Вчерашний вечер был сказкой, которую я не скоро смогу забыть. Ты очень, очень привлекательна, Саманта. Ты сказала, что любишь меня, но ты должна знать, что я не из тех, кто помышляет о женитьбе.
Я почувствовала, как сердце у меня упало, и мне стало ясно, что все радужные планы, которые я строила вчера вечером, рассыпались, как карточный домик, от одного взмаха его руки.
- Я понимаю, что тебе хочется замуж, - продолжал он, не дожидаясь моего ответа. - Я думаю, все женщины хотят этого, и скажу откровенно, что многие из них пытались женить меня на себе. Но этот путь не для тебя, Саманта.
- Почему ты так думаешь? - спросила я.
- Твоя внешность и род деятельности, - пояснил он, - не самый верный путь в собор святой Маргариты в Вестминстере.
Я знала, что Дэвид говорит о модной церкви, где венчаются все невесты из высшего общества, но я-то мечтала о церкви у нас в деревне, в которой нас обвенчал бы папа.
Дэвид не спускал с меня глаз, а потом произнес более мягким тоном:
- Ты очень мила, Саманта, и, я думаю, мы могли бы быть счастливы вдвоем, если бы ты выкинула из головы все эти абсурдные мысли насчет греха и тому подобного.
- Я не могу не думать о том, что… хорошо, а что… нехорошо.
- То, что, с твоей точки зрения, хорошо для тебя, нехорошо для меня, - возразил Дэвид. - Вероятно, я должен был с самого начала дать тебе понять, что у меня нет ни малейшего желания жениться на ком бы то ни было.
- Но раз мы не женаты, то нам, наверное, не следует находиться вместе, делая вид, что мы муж и жена, - возразила я.
Он высказал свою точку зрения, и я поняла, что должна в свою очередь сказать ему, что я об этом думаю.
- Но почему, скажи мне ради Бога?
- Потому, что это… безнравственно.
- Но если мы будем вести себя осмотрительно, то никто ничего не узнает и ни о чем не догадается. Что же, в таком случае, тут безнравственного?
Я хотела сказать, что Бог все видит, но поняла, что он только посмеется надо мной, поэтому предпочла промолчать, а Дэвид сказал вкрадчиво:
- Давай забудем этот нелепый спор, Саманта. Позволь мне отвезти тебя в ту маленькую гостиницу. Я не сделаю ничего такого, чего бы ты не захотела, до тех пор пока мы не придем к согласию. Я уверен, Саманта, что ты очень скоро поймешь, как чудесно будет нам наедине, как приятно будет сознавать, что ничто другое не имеет значения.
Говоря это, он обнял меня и крепко прижал к себе. От его прикосновения меня охватила дрожь. Он повернул мое лицо к себе, и я поняла, что он хочет поцеловать меня. Кажется, ничего на свете я так не хотела, как этого поцелуя, но вместе с тем я сознавала, что он соблазняет меня.
Это был как раз тот самый соблазн, о котором говорилось в Библии, и я понимала, что должна сказать "нет". С поистине нечеловеческим усилием я отвернулась от него и сказала:
- Мы не можем… мы не должны… я знаю, что это нехорошо!
- Проклятье! - вскричал Дэвид. - Ты и святого способна вывести из себя!
Он убрал руку с моего плеча, завел мотор, и мы поехали. Я знала, что он обозлен до крайности, но ничего не могла с этим поделать.
А как легко, как необыкновенно просто было бы согласиться на его предложение и как трудно было продолжать упорствовать! Но я сказала себе, что никогда больше не смогу посмотреть папе в глаза, если мы отправимся с Дэвидом в гостиницу и поселимся с ним в одном номере.
Молча доехали мы до Мэйденхэда, затем свернули на извилистую дорогу, идущую по берегу реки, и наконец остановились около громадного особняка, окруженного ухоженными садами, спускавшимися по склону к реке. Мы подъехали к главному входу, и несколько лакеев поспешили к нам навстречу, чтобы взять наши вещи. Появился шофер и сел в "бентли", чтобы отогнать его на стоянку, а мы с Дэвидом вошли в величественный холл.
Дворецкий открыл перед нами дверь в длинный зал, полный гостей, которые болтали наперебой, стараясь перекричать друг друга. Сначала я не увидела здесь ни одного знакомого лица, но затем от одного из окон, выходящих на лужайку, отделился лорд Рауден и поспешил к нам навстречу.
- Я рассчитывал, что вы приедете сразу следом за мной, - сказал он. - Нужно ли говорить, Саманта, до чего я рад видеть вас у себя?
Взяв мою руку, он поднес ее к губам, и когда его рот коснулся моей кожи, меня всю передернуло от омерзения. Я очень пожалела о том, что сняла перчатки.
Не отпуская моей руки, он повел меня к гостям и представил им. Женщины, все до одной, были очаровательны. Среди них были титулованные дамы, были и актрисы. Их лорд Рауден представлял просто по именам.
С присутствовавшими мужчинами я знакома не была, но некоторые из них были довольно известны. Их фотографии попадались мне в "Светских сплетнях" и других журналах.
Дэвид же был, казалось, знаком здесь со всеми. Я заметила, как одна из дам, которую мне представили как леди Беттину Лейтон, буквально повисла на нем.
- Дэвид, дорогой! - восклицала она. - Я понятия не имела о том, что ты здесь! Какой приятный сюрприз!
Она обвила руками его шею и поцеловала. Затем я услышала, как она вполголоса проворковала:
- Я ужасно зла на тебя за то, что ты не навестил меня. Мне так много надо тебе рассказать.
- Расскажи сейчас, - предложил Дэвид.
- Расскажу непременно, можешь не сомневаться, - заверила она.
Он рассмеялся в ответ, и я увидела, как он повеселел, откровенно радуясь тому, что ему так рады.
Сама я была не в своей тарелке из-за ссоры с Дэвидом, и внутри у меня словно бы лежал огромный ком льда.
Лакеи стали разносить шампанское и коктейли на серебряных подносах, и лорд Рауден, сунув мне в руки бокал с шампанским, повлек меня в сад.
- Я хочу, чтобы вы увидели, как здесь красиво, - сказал он.
- Да, здесь изумительно, - согласилась я, любуясь роскошными клумбами с розами самых различных оттенков.
- Я уже и не надеялся разыскать вас, Саманта, - вполголоса заговорил лорд Рауден. - С большим трудом мне удалось узнать ваш адрес от этой заносчивой особы, секретарши Барятинского.
Я почувствовала себя виноватой перед бедняжкой мисс Мэйси, которой пришлось отдуваться за мое решение не видеть больше лорда Раудена.
- Ну да ладно! Теперь вы наконец здесь, - продолжал он. - И я хочу, чтобы вы как следует развлеклись. Наконец-то у меня будет возможность сказать вам все то, что я сказал бы вам еще раньше, если бы вы поужинали со мной, как обещали.
- Я обещала известить вас о том, смогу ли я это сделать, - возразила я. - И я вам звонила.
- Да, но вы говорили не со мной. - Он лукаво улыбался, словно догадывался о том, что я намеренно передала сообщение через его секретаршу.
- У вас на реке есть лодки? - спросила я, чтобы переменить тему.
- Завтра я повезу вас кататься по реке, - ответил лорд Рауден. - Сегодня до ужина мы уже не успеем это сделать.
- Конечно нет, - поспешно согласилась я.
- Вы так прекрасны, Саманта, - снова начал лорд Рауден. - Вы слишком прекрасны для того, чтобы вам досаждали эти надоедливые молодые люди. Я хотел бы окутать ваши плечи шиншиллой, осыпать вас бриллиантами и всю жизнь только тем и заниматься, что рассказывать вам о моем восхищении вашей красотой.
Что-то в его голосе напугало меня до такой степени, что я повернулась и пошла к двери, ведущей в гостиную.
Я искала глазами Дэвида, но ни его, ни леди Беттины нигде не было видно.
Лорд Рауден нагнал меня и шутливо спросил:
- Вы убегаете от меня, Саманта?
- Я бы хотела подняться наверх и отдохнуть перед ужином.