Ковалькова Юлия - #DUO стр 7.

Оборачиваюсь. Сначала увидел огромные блестящие серые глаза, потом хищный алый рот и чёрные, струящиеся по плечам, волосы. Она была немногим старше меня. Зовущая, манящая. И прекрасная.

- Артём, познакомься, это наша соседка, Алла Викторовна Бергер. - Мама, явно гордясь мной, торжественно водрузила розы на стол. - Зашла поинтересоваться, к кому лучше обратиться по электросчётчикам.

- Здравствуйте, Алла, - глядя в призывные чёрные зрачки, медленно произнёс я.

- Артём? Ну что ж, здравствуйте…

Когда я влюбился в неё? Тогда, с первого взгляда? Или чуть позже, когда после ужина, на который пригласила её моя мама, я проводил Аллу до ворот её коттеджа и узнал, что завтра она возвращается в Москву? Или - когда она мне сказала, что мы вряд ли ещё раз встретимся, потому что свой дом она продаёт, чтобы вложить деньги в дело?

- Я могу завтра подбросить Вас до Москвы, - боясь услышать в ответ 'нет', предложил я.

Взмах ресниц, лукавый взгляд и улыбающийся уголок алого рта. Алла всё поняла про меня. Впрочем, она всегда понимала меня, потому что с первой секунды 'прочитала' меня - нет, не как раскрытую книгу, а как блокнот, исписанный моим крупным почерком.

- Вам очень хочется меня подвезти? - засмеялась она.

- Да.

- Ну что ж, если удобно, то подвезите, Артём…

В двадцать пять у мужчины понятия 'похоть' и 'любовь', как правило, разделимы, но, глядя на Аллу, уютно устроившуюся рядом со мной, на заднем сидении автомобиля, чувствуя аромат её кожи и влекущее тепло её тела, я чётко осознавал, что в этот раз всё будет по - другому. Она влекла меня своей отстранённостью и тем, что сразу дала мне понять: в любых отношениях она всегда будет главной. А ещё я подумал, каково это засыпать и просыпаться рядом с ней? И как это, каждое утро вставать и видеть её улыбку?

Мы остановились у её дома, я открыл ей дверь машины, проводил до подъезда.

- Прощайте, Артём.

- Я бы хотел с вами встретиться.

Алла изогнула бровь.

- Артём, вам сколько лет? - усмехнулась женщина.

- Двадцать пять, а что? - обиделся я.

- А мне почти тридцать.

- А мне это всё равно. Или у вас кто‑то есть?

Алла долго меня рассматривала.

- Такой смешной мальчик. И какие потрясающие, открытые всему миру, глаза… - Алла наклонилась, чтобы на прощание поцеловать меня. Я успел перехватить её руку и дерзко впился ей в рот. Через месяц мы стали любовниками…

Желание - это худшее из зеркал: на себя невозможно взглянуть со стороны, когда хочешь по - настоящему. И чем запутаннее отношения, тем сильней влечение. Алле нравилось заниматься любовью, но она ничего не рассказывала о себе.

- Скажи, а что с твоим бизнесом? - В одну из наших коротких встреч спросил у неё я.

- Ничего не получается. - Обнажённая Алла задумчиво отвела глаза. - Знаешь, я так хочу построить сервисный центр, но ничего не получается. Ни - че - го.

- Женщина, что ты смыслишь в машинах? - усевшись на корточках напротив неё, полушутя - полусерьёзно спросил я.

- Мальчишка, а что ты понимаешь в бизнесе? Ты же не водишь, - Алла изогнулась и шутливо щёлкнула меня по носу. Задетый за живое, я в первый раз откровенно рассказал ей, на что я способен. Надо ли говорить о том, что ровно через два месяца сервисный центр Аллы заработал?

Какие токи идут от женщины к мужчине? И почему частота ударов сердца женщины превращает в раба одного мужчину, когда второй просто женится на ней и руководит всеми её устремлениями?

- Алла, ты знаешь, какой сегодня день? - 7 июля 2015 года я сидел на диване, прижимая к себе ещё свою женщину.

- Знаю, - Алла потерлась мягкой щекой о мою ладонь. У неё была смешная привычка забавно морщить нос, отчего от внешних уголков её глаз разбегались лучики.

- Нет, не знаешь. У нас сегодня не просто годовщина. - Я аккуратно перенес её, ещё смеющуюся, на стол, раздвинул ей колени и встал между её ногами. Опустил руку вниз и, глядя в её моментально обточившееся от желания лицо, дразня её, медленно выдвинул ящик письменного стола. Достал обитую красным бархатом коробочку и поставил её на гладкое колено Аллы.

- Что это?

- А ты открой. - Я игриво подтолкнул футляр вверх по её бедру.

- Артём, а это случайно… случайно не то, о чём я подумала?

Алла отвернулась, но я успел увидеть в её глазах страх и неуверенность.

- Да, это именно то. Я люблю тебя.

Алла неохотно протянула руку к футляру. Я, поглаживая её ноги, внимательно наблюдал, как она достаёт выбранное мной обручальное кольцо: белое золото в два обруча.

- Какое красивое, - прошептала она.

- Выходи за меня замуж, - прислонившись лбом к её лбу, попросил я.

- Всё не так просто, - Алла высвободилась из моих рук и аккуратно вернула кольцо в коробочку.

- Скажи 'да', - настаивал я.

- Подожди.

Пытаясь уговорить её на свой лад, я начал укладывать её на стол:

- Скажи 'да'.

- Артём, хватит. - Оттолкнув меня, женщина спрыгнула со стола.

- Что не так?

- Всё не так. Просто…я уже замужем.

В тот день она прикончила меня в первый раз. Но мёртвым меня сделал именно Дмитрий Бергер. Потому что я, дурак, с неделю промучившись от безысходности, тоски и ревности, сам к нему поехал. Отправился в тот самый сервисный центр, созданный мной для Аллы.

- Я хочу, чтобы вы дали вашей жене развод. За это я обещаю забыть, что в этот бизнес вложены мои деньги и время, - прямо с порога заявил я.

- Ты думаешь, это я держу Аллу? - Тридцатилетний, харизматичный мужчина насмешливо разглядывал меня, сидя за столом в созданном мной офисе.

- Да, - кивнул я. - Она боялась вас обидеть, она думала…

- Ты знаешь, что такое хороший брак? - Дмитрий Бергер поднялся и теперь стоял передо мной, покачиваясь с пятки на носок. - Брак - это прежде всего партнёрство.

- Я разорю ваш бизнес, если вы не отпустите Аллу, - ещё не понимая, что я услышал сейчас, пригрозил я.

- Ты ничего мне не сделаешь. - Бергер отвернулся и подошёл к окну. - Ты ничего мне не сделаешь, - лениво повторил он, рассматривая парковку, полную страждущих автовладельцев. - Алла говорила, что ты не сторонник теневых игр и всегда играешь в открытую. Но ты так ничего не понял о моей, теперь уже бывшей, жене. Наш с Аллой развод состоялся ещё полгода назад. Я бы и раньше отпустил её, но она так цеплялась за меня… подарила мне эту фирму… Видишь, как получается? - Бергер усмехнулся. - Ты отписал свою долю Алле, а она всё отдала мне… Я с самого начала знал о тебе, но меня Ваши отношения устраивали.

- Почему? - Я, как утопающий, схватился за косяк двери.

- Почему? - Бергер обернулся и неприятно осклабился. - Ну, наверное, потому что ничто так не лечит самолюбие брошенной женщины, как влюблённый в неё мальчишка. Я тебе не соперник, мальчик - это ты был третьим лишним…

Чуть позже я высчитал, что эта сцена заняла ровно три минуты. За это время меня расчленили, выпотрошили и вышвырнули на помойку. Но я собрал себя по частям и даже научился ровно дышать. Правда, я не мог больше работать. Вычеркнув из телефонного списка всех друзей, знавших про меня и про Аллу, я с месяц провалялся на диване. Глядел в потолок и без конца представлял, как Алла раскаялась и вернулась ко мне. И что любила она только меня. И только мне подставляла губы для поцелуя.

Потом пришёл день, которого я боялся больше всего: Алла не просто продолжила жить, а снова вышла замуж и навсегда переехала в Санкт - Петербург. Она ни разу не позвонила мне, ни разу не написала. А я? А я стал объяснять себе, что вся наша история с ней совсем не конец света и что так случается почти со всеми моими ровесниками. Я утешал себя тем, что миллион раз читал про это в социальных сетях, препарируя чужую жизнь и чувства таких вот, как я, лишних. И при этом отчётливо понимал, что я снова вру себе, потому что 'со всеми' это совсем не 'с тобой'.

Дальше были загулы, попытка работать и новые поиски забвения. В конце концов, я смог убедить себя, что я никогда не любил Аллу.

И вот сейчас, когда прошёл почти год, как я потерял её, я больше не хочу себе лгать. Я любил её. Любил любой, хотя это она командовала мной и вечно мной помыкала. Любил, и именно поэтому мой счётчик написанных ей сообщений зашкалил за нереальную отметку в восемьсот семьдесят три смс - ки. Но я больше не тот герой, которым я был. Я перестал воевать за женщин, бросаться за них в огонь, в воду и на амбразуры. В мире, в котором отныне я существую, больше не берут пленных. Да, я сумел покинуть все миры, в которых жила Алла, но вокруг меня по - прежнему вращаются созданные ею планеты. И одной из этих планет является её бывший муж. Быть может, мелочная месть - это плохое лекарство от растоптанной любви и попранного самолюбия, но почему бы мне не восстановить справедливость и хоть на миг не показать Дмитрию Бергеру, как чувствует себя униженный человек? И что это такое, быть третьим лишним?