Ковалькова Юлия - #DUO стр 14.

'Я пытаюсь удержать его на линии, но Герман вежливо прощается и вешает трубку. А я обхватываю себя руками и подхожу к окну. Рассматриваю пустую улицу и свой золотистый 'ауди', выделяющийся из ряда тёмных машин.

Говорят, что загадка - это сердце женщины. Но Герман Дьячков, пожалуй, самый таинственный из всех мужчин, которых я когда‑либо знала. Там, в 'Меге' я 'повелась' на его внешность, но уже через секунду этот взрослый мужчина стал напоминать ребёнка и проиграл кареглазому мальчишке. Чуть позже мы начали переписку, и Дьячков представился мне завзятым игроком, помешанным на своём выигрыше. Ну, а сейчас передо мной возник просто человек. Мужчина с его амбициями, характером и секретами, спрятанными в закрытый наглухо футляр, застёгнутый на все пуговицы. И мне становится интересно, какой он, настоящий Герман Дьячков? Что было в его жизни? Воспользовавшись лестью и чисто женской хитростью, мне удалось растормошить его, и вот тогда его голос зазвучал неожиданно глубоко и искренне. Умело переключив моё внимание на близкие мне темы, он подкупил меня естественностью и тем, что честно рассказал мне о подводных камнях в современном издательском деле. Он многое знал из того, что интересовало меня, и, кажется, был совсем не против поделиться со мной полезными для меня сведениями.

И я невольно сравниваю Германа с Димкой. Мой Бергер намного проще. С Димкой легче найти общий язык, но вот спорить не интересно. Возможно, это потому, что Димка никогда не касался интересующих меня тем, не знал об издательском бизнесе. И он никогда не спрашивал меня о моей книге. Отправив меня на самиздатовский сайт, он напрочь забыл о моей рукописи и ни разу не спросил меня, как сложилась судьба романа. А может, это я никогда не позволяла себе копаться у Димки в душе? Что я о нём знала?

'- Катя? - 11 марта 2015 года моя начальница монументальной поступью входит в комнату переводчиков и безошибочно выделяет меня в толпе подгулявших девчонок, трещавших мне здравницы вокруг единственного круглого стола, заставленного тортами.

- Присоединяйтесь! - Откровенно говоря, с Верой Павловной мы никогда не ладили, но в свой день рождения мне не хотелось портить ей настроение.

- Торт очень вкусный, - поддерживают меня переводчицы.

- Нет уж, спасибо, девочки. Для фигуры сладкое не полезно, - Вера брезгливо морщится. - А ты, Катя, конечно, прости меня, что я тебя отвлекаю от праздничного застолья, но рабочее время ещё не истекло, и на тебя есть заказчик.

- Хорошо, через пять минут я приду в ваш кабинет, - безмятежно говорю я.

- Тодуа, это срочно! - Вера иногда напоминает тот тип людей, которым проще отдаться, чем объяснять им, почему ты не хочешь этого делать.

- Ладно, хорошо, иду сейчас. - Послушно ставлю на стол тарелку с недоеденным куском 'Наполеона', прилежно вытираю салфеткой рот, и, прихватив сумку, отправляюсь следом за Верой.

- Что за клиент, Вера Павловна?

- Сейчас сама всё увидишь. - Начальница недовольно поджимает губы, оглядывает мой наряд (приталенный жакет, высокие каблуки, ультракороткая юбка) и выдаёт: - Хорошо выглядишь. Это подойдёт. Только не начинай с клиентом в своей обычной манере… Ну, ты поняла.

- Не начинать 'чего'? - фыркаю я.

- Вести заумные речи насчёт того, что качество перевода напрямую зависит от потраченного на него времени. Да, и кстати, ты будешь нужна заказчику на все выходные.

- Простите, что? - Я замираю. - Вера Павловна, мы так не договаривались.

- Придётся договориться. Это очень перспективный и денежный клиент, - Вера нажимает голосом.

'Вот тогда сама и переводи', - хочется мне сказать ей. Но ругаться с Верой себе дороже, к тому же я могу сделать лучше: убедить клиента, что мы с ним не сработаемся.

В неприязненном молчании прибываем к дверям Вериного кабинета. Мой босс окидывает меня подозрительным взглядом коршуна, складывает губки бантиком и толкает дверь комнаты.

- Вот, Дмитрий Владленович, это Катя, - сладко поёт Вера.

- Екатерина? - Молодой, обаятельный, уверенный в себе мужчина с копной густых, отливающих золотом волос поднимается из кресла и дарит мне лучистый взгляд серо - голубых, чуть вздёрнутых к вискам глаз. - Очень приятно.

Он дружелюбно и вежливо протягивает мне руку. Помедлив, вкладываю в его ладонь свою.

- Мне тоже очень приятно, - ('Какие красивые у него глаза!..') - Дмитрий Владленович.

- Можно без отчества. Просто Дмитрий, - приветливо говорит мужчина.

- Хорошо, тогда просто Катя.

'Вот зачем я это сказала?..'

- Отлично, - радуется Вера и плюхается в кресло. - Дмитрий, вы уж, пожалуйста, сами объясните Кате всё, что касается перевода ваших буклетов, а я сделаю несколько срочных звонков.

- С удовольствием. - Мужчина отвечает Вере, но смотрит только на меня. Сжимает мою руку, а я невольно вздрагиваю, поняв, что забыла забрать у него свою ладонь, утонув в его взгляде.

Говорят, в сердце женщины заключены её разум и душа. Когда мне стало ясно, что я влюблюсь в Дмитрия Бергера? Когда разглядела его глаза, смотревшие на меня с восхищением? Или же когда он не стал 'ломать' меня и в споре с Верой встал на мою сторону?

- Вот, Катя, собственно, это три тома с описанием возможностей сервисного центра. Нужен хороший литературный перевод с английского, французского и немецкого. На основании вашей работы будет создан буклет о моей фирме. Качество перевода очень важно для меня. Так что я, в свою очередь, готов сделать всё, чтобы помочь вам справиться с этой работой, - мягко, с дружелюбными интонациями в голосе заключает Дмитрий.

- Конечно, Катя всё сделает. К тому же перевод большой, так что Тодуа выйдет и в выходные! - Вера, как ледокол, вклинивается в наш разговор, прижимая ладонью динамик мобильного. А я хмурюсь, готовясь дать отпор покусительнице на мою свободу.

- Ну, не так, Вера Павловна, - Бергер ловко перехватывает инициативу. - Да, перевод нужен срочно, но если Катя скажет 'нет', то я пойму её. Я готов подождать, сколько нужно. Катя, какие сроки устроят вас? Не стесняйтесь, говорите прямо!

Бергер лукаво смотрит на меня. Вера злобно краснеет (ещё бы: работа в выходные дни оплачивается клиентами по двойному тарифу), а я тону в глазах сидящего передо мной мужчины. Ловлю себя на мысли, что я могу и должна отказать, но… не хочу этого делать.

- Я смогу в выходные, - признаюсь я. - Куда мне нужно приехать?

- Пожалуйста, приезжайте ко мне в офис, к десяти утра.

- Вот и славно, - радуется Вера.

Основное, что женщины ценят в мужчинах - это благородство. Мужчине же от женщины нужна уверенность в его способностях.

- У Вас солидная компания, Дмитрий. - Я верчу головой, разглядывая офис, увешенный сертификатами с логотипами 'Порше', 'Фольксваген', 'Ауди', 'Сиат', 'Ламборджини', 'Сузуки', 'Бентли' и даже 'Дукатти'. - Вы, должно быть, очень хороший бизнесмен, раз у вас такие партнёры.

- Ну, - Бергер улыбается и прячет руки в карманы брюк дорогого костюма, - скажем так: я - не бизнесмен от Бога, но кое‑что могу. Хотите взглянуть на контору?

- Чуть позже, а пока давайте займёмся работой.

- Хорошо, как скажете. - Бергер послушно усаживается за стол, подпирает кулаком подбородок и лукаво глядит на меня.

- Что? - не выдержав, улыбаюсь я.

- Да так. Знаете, мной впервые командует женщина.

- Простите, - кажется, я покрываюсь краской.

- Не извиняйтесь, не надо. Мне почему‑то это даже нравится, Катя…

Доверие между мужчиной и женщиной - вещь обоюдная.

Воскресенье. Десять часов вечера. Я у Бергера в офисе. Мы только что закончили с переводами.

- Вот и всё, - я складываю в сумку ноутбук. - Ну что ж, Дмитрий, мне было очень приятно поработать с вами. В понедельник Вера выставит вам счёт, и…

- Катя, вы очень спешите? - Поднимаю глаза. Бергер внимательно глядит на меня. - Может быть, кофе выпьем? Или чай? Или бокал вина?

- Ну, если только недолго, - бросаю взгляд на часы.

- Вас кто‑то ждёт?

- А что, есть разница?

- Для меня есть, Катя…

В молчаливом согласии мы спускаемся в маленькое ночное кафе. Бергер усаживает меня за столик.

- Расскажите о себе, - пока мы ждём кофе, предлагает он.

- Да нечего особо рассказывать, - я пожимаю плечами. - Всё, как у всех. Школа, институт, работа.

- Простите, вы замужем?

- Нет.

- А… вы были замужем?

- Нет.

- А я вот был женат. Это был до обидного неудачный брак. - Дмитрий принимает у официантки две белых чашки. - Я… в общем, я был искренне влюблён в свою жену, а она… мне изменяла.

- Вам? - не верю я.

- Мне. У неё - её зовут Алла - так вот, у Аллы был другой мужчина моложе меня на пять лет. Я узнал об этом лишь год назад. Никогда не чувствовал себя большим идиотом. - Бергер поднимает на меня глаза, раскрывая передо мной душу. - Вы уж простите, Катя, я… Чёрт, я столько времени об этом молчал, а вот с вами разоткровенничался!

Дмитрий смущённо проводит рукой по копне волос, а я отчего‑то думаю, что кем бы ни была его бывшая жена - она круглая дура. И что за пять коротких дней я успела привыкнуть и к этому жесту, и к светлым лучистым глазам, и к тому, что у мужчины, оказывается, бывают ямочки на щеках. Бергер перехватывает мой взгляд. Вспыхнув, прячу лицо за чашкой.

- Вы знаете, я чуть не подрался с соперником из‑за жены, - Дмитрий вдруг улыбается, а в уголках его глаз появляются морщинки. - Хотел от души навалять этому пацану, но вместо этого я поступил, как все бывшие. Как… - Дмитрий подбирает слова, - как… как все третьи лишние.