Повисло тяжелое молчание. Таит сосредоточенно обдумывала услышанное, Эри рассматривала меня с еще большим вниманием, я мелкими глотками допивала чай, а Молчун дремал на спинке стула, изредка приоткрывая один глаз и бдительно за нами наблюдая. И лишь по прошествии некоторого времени Таит, наконец, тихо напомнила о том, о чем я боялась услышать:
- Ты говорила, что можешь помочь…
Я тяжело вздохнула и призналась:
- Тебе - да, но твоей дочери… не уверена. Пойми, темные уже давно не те, что прежде, в нас нет силы как таковой, и мы немногим отличаемся от обычных людей.
Увидеть в фиалковых глазах отчаяние оказалось неожиданно… больно. И я в который раз пожалела, что во мне нет настоящей силы. Да, есть знания, накопленные поколениями темных. Но не сила. Не та, что таилась в нас в эпоху Девятого. И даже не та, что есть сейчас у светлых и сумеречных. Не сила. Насмешка судьбы. Плевок в лицо. Жалкие крохи былого могущества великих предков.
- И что же нам теперь делать?..
- Твое проклятье я сниму полностью, это нетрудно. И тебя снова начнут принимать за обычного человека, и дети у тебя еще будут, и дети магически сильные, без пятен проклятья, - я невольно задержала взгляд на Эри, обдумывая неожиданно пришедшую безумную мысль. - Покажи–ка ладошки, милая.
Девочка спокойно положила на стол руки ладошками вверх. Я так поняла, что ее проклятье в неживой половине убивало только чувствительность, а своим телом она владеть более или менее могла, и это внушало определенную надежду… Но цена казалась мне сейчас непомерно высокой. Да, один вариант помощи в природе существовал. Наклонившись через стол, я мельком взглянула на руки Эри и кивнула самой себе. Так и есть. Я снова не ошиблась. К сожалению.
- Человек без судьбы, - я старалась не встречаться взглядом с Таит. - У твоей дочери есть смутное прошлое, но нет будущего, как нет и судьбы. Не удивляйся, такое не редкость в наше время. Многие люди рождаются с чистыми руками, чтобы после прославиться и войти в легенды… И, поверь, с этим можно жить… да, можно…
Я и сама понимала, что несу чушь, и видела отражение собственных ощущений в укоризненном взгляде своей собеседницы. Я неловко отвернулась и прислушалась к бушующей на улице метели. Ветер рвал и метал, завывая раненым зверем, стучась в окна, топочась на крыльце дома. Похоже, на постоялый двор я попаду ой как нескоро…
- Ладно, что уж, - Таит со вздохом встала и подхватила на руки дочь. - Нам спать пора… Останешься? Оставайся, не спорь. Правда, у нас только одна кровать…
- Я могу поспать и на полу, - мягко перебила я. - Я искатель, и привыкла спать, где придется. Походы не терпят изнеженных, и на голой земле приходилось спать, и на камнях. Здесь же и одеялом вполне обойдусь.
Кивнув, Таит уложила Эри спать и быстро соорудила из одеял на полу уютный лежак. И внимательно–тревожно посмотрела мне в глаза:
- Правда ничего нельзя сделать?..
- Я подумаю, - кратко ответила я, сев на лежак. - Иного тебе пообещать не могу… извини.
Таит молча кивнула и отвернулась, занявшись уборкой стола. Мельком глянув на ее понуро опущенные плечи, я вздохнула, помянула тьму, закуталась в одеяло и мгновенно уснула.
* * *
…Я осторожно пробиралась по темному коридору. Факелы, вздрагивая под порывами робкого сквозняка, очерчивали вокруг меня причудливые силуэты пляшущих теней, отчего я испуганно вздрагивала и прижималась к шершавой стене. Новичков и в учебное время–то пускали в хранилище летописей только перед экзаменами, что же говорить о ночных посещениях… Однако я давно преисполнилась решимости досрочно закончить обучение в своем звене и перевестись к ребятам постарше. А для этого нужны знания, которые на уроках просто так не получишь. И с приходом темных сумерек, когда наставники, зевая, разбредались по постелям, я перебиралась в хранилище и до утра просиживала над древними свитками. Так сложилось, что в гильдию искателей я пришла поздно, но терпеть косые взгляды ребят, будучи их на три–четыре луны старше, долго не собиралась. И выход нашла только один - в хранилище.
Позади меня раздалось громкое эхо крадущихся шагов. Я поморщилась. Топает, как сизый полосатик, странно, что его еще не услышали… если только это не заскучавший от бессонницы наставник. Вжаться в стену, прикрыться паутиной тьмы, затаить дыхание… и разочарованно перевести дух. Нет, не наставник. Ученик. Из среднего звена, судя по всему. Да и один у нас только такой в гильдии учился - высокий, нескладный, рыжий и веснушчатый парень с солнышком в сердце и лучистыми глазами. Правда, вот как его зовут - не помню.
Парень прошуршал мимо меня, ничего не заподозрив, однако далеко уйти не успел. И на сей раз нас обоих спугнул уже заскучавший наставник. Тяжелые уверенные шаги, раздавшиеся из дальней залы, заставили парня испуганно вжаться в стену. А ведь обязательно попадется, если заметят (а только слепой его сейчас не увидит), и с треском вылетит из гильдии за нарушение правил… Я тихо вздохнула, покачала головой и, протянув руку, осторожно ухватила парня за плечо. Тот от неожиданности резво подпрыгнул и громко ахнул.
- Кто здесь? - над нашими головами грозно взметнулось пламя факелов.
- Молчи!.. - прошипела я.
И, подобравшись к парню вплотную, прижала его к стене, прикрывая своей тьмой. Он оторопело замер, провожая удивленным взглядом прошедшего мимо нас наставника. Последний, кстати, попался на удивление вредный. Несколько раз пробежал по коридору взад–вперед, останавливался напротив нас и подозрительно разглядывал клубящуюся тьму, но, в конце концов, так ничего и не найдя, удалился восвояси, а мы дружно перевели дух. Отойдя в сторону, я сбросила с плеч паутину тьмы и обернулась. Парень не сводил с меня внимательно–изумленного взгляда, очевидно рассчитывая на подробные объяснения.
- Рейсан, - вздохнув, неохотно представилась я и после мимолетной заминки тихо добавила: - темный маг Младшего поколения и будущий, надеюсь, искатель.
- Джалиф… Можно просто Джаль, - неуверенно отозвался мой собеседник и светло улыбнулся: - просто будущий, надеюсь, искатель… Ты из младшего звена, верно? В хранилище идешь, чтобы на экзаменах через звено перепрыгнуть?
- Угадал, - кивнула я.
- Тогда пошли, - Джаль воровато оглянулся, - вместе не так страшно… И если хочешь, покажу, по каким летописям наставники обычно любят задавать вопросы.
- Спрашиваешь!.. - обрадовалась я.
А ведь верно - глупо отказываться от помощи… И именно совместные набеги на хранилище стали началом той дружбы, которой, как я наивно полагала, не будет ни конца, ни края. И - той любви, без которой прежде я не представляла своей жизни…
* * *
Я проснулась от щемящего ощущения одиночества. Что–то слишком часто Джаль мне снится, не к добру это, ой, не к добру… Ведь, казалось бы, и времени прошло достаточно много, и раны на сердце зажили и зарубцевались, изредка давая о себе знать лишь в непогоду… Я со вздохом уткнулась лицом в подушку и пообещала себе навестить храм Вечности и отпустить Джаля - раз и навсегда. Может быть, тогда уйдут и кошмары, с ним связанные. Или жизни я больше не увижу. А что делать, когда уходит в Вечность единственный, как оказалось, ее смысл? Каждый раз бороться с собой, чтобы выжить? Пожалуй, в последнее время именно это и стало смыслом моего существования…
Потянувшись, я встала, подошла к окну и отдернула занавеску. Мрак не спешил рассеиваться, а это значит, что не за горами фаза Вечности и окончание сезона Снежной луны. Я невольно поежилась. Испокон эпох фаза Вечности служила разделительной границей между тремя долгими сезонами - Снежной луны, Пыльной луны и Дождливой луны. И на ее короткое время, обычно укладывающееся в пару дней, мир окутывал первозданная тьма, и с неведомой силой бушевали стихии, и на небосклоне появлялись сразу две луны, чтобы одна из них спустя фазу ушла, отмечая начало следующего сезона. То есть, совсем скоро в мир вернется тепло, принесенное Пыльной луной, и - в путь…
Я опустила занавеску и потерла плечи. Неприятно покалывающее, зябкое ощущение липкого холодка под кожей заставило меня вздрогнуть. Я отерла внезапно вспотевший лоб. Скоро приступ, Вечность его забери… Едва заметно задрожали руки, когда колючие лапки холода пробежали вдоль позвоночника, от шеи к пояснице, и на мгновение потемнело в глазах. Я на ощупь добралась до лежака, села, опустив голову на колени и надолго потеряв ощущение времени. И лишь Молчун, черной кошкой скользнувший на лежак, привел меня в чувство. Я вымученно улыбнулась, заметив в янтарных глазах беспокойство, и успокаивающе погладила своего спутника по мягкой, угольно–черной шерстке.
- Я справлюсь, - и, как показалась, мой голос звучал достаточно убедительно. - Я обязательно справлюсь, ты же знаешь… И снова вернусь, как всегда возвращалась…
Молчун красноречиво вздохнул и покосился на кровать, где дружно спали обитательницы дома. Я спохватилась и усилием воли подавила дрожь в конечностях. Осталось одно дело, которое нужно закончить до того как… Пока есть возможность. Кто знает, чем закончится этот приступ…
- Спасибо, что напомнил.
Встав, я неслышно подошла к кровати и присела на ее край. Таит крепко спала, повернувшись ко мне спиной и обняв сопящую на ее груди Эри. Меня вновь кольнуло неприятное ощущение собственной бесполезности. Снять проклятье с матери - дело нескольких мгновений… Я осторожно провела рукой по ее ауре, нащупывая и впитывая в себя разрозненные клочки тьмы, отчего девушка тихо заворочалась и застонала, прерывисто дыша. Неприятно, конечно, немного, зато полезно… А вот что делать с дочерью - ума не приложу. Эри, свернувшись уютным клубком, продолжала мирно сопеть во сне.