Агнесса посмотрела на книгу. Ее реакция превзошла все ожидания. Тихонько ойкнув, она выронила ложку и плюхнулась на выкрашенную в голубой цвет табуретку. Селина испугалась, как бы у старушки не начался сердечный приступ. Тем не менее, перегнувшись через стол, она спросила:
- Ну что скажешь?
- Уф! - еле перевела дух Агнесса. - Как ты меня напугала!
Но Селина была безжалостна.
- Признайся, ты ведь видишь его не в первый раз!
- Ох, Селина... где же ты... Как ты узнала... Когда...
Ни одной фразы она не могла договорить до конца. Селина пододвинула к себе табурет и села напротив няни, не сводя с нее глаз.
- Это мой отец, да? - Агнесса, казалось, вот-вот расплачется. - Джордж Даер? Так его звали?
Агнесса наконец взяла себя в руки.
- Нет, - сказала она. - Не так.
- А как? - не сдавалась Селина.
- Его звали Джерри... Джерри Даусон.
- Джерри Даусон. Д.Д. Те же инициалы. То же лицо. Это псевдоним. Ну конечно, псевдоним!
- Но... Селина, твой отец убит.
- Когда?
- Сразу после дня Д. После вторжения во Францию.
- А откуда мы знаем, что он убит? Были свидетели? Он скончался у кого-то на руках? Мы уверены, что он умер?
Агнесса облизала губы.
- Он пропал без вести. Скорее всего, убит.
Померкшая было надежда снова вспыхнула.
- Стало быть, мы не знаем.
- Мы ждали три года. Бабушке сообщили, что он убит. Бабушке, потому что Гарриет... ты знаешь... умерла при родах.
- Какие-нибудь родственники у отца были?
- Мы никого не знали. Это, кстати, не нравилось бабушке. Она говорила, что у него нет корней. Гарриет познакомилась с ним на вечеринке; толком он никогда не был представлен, а бабушка считала это дурным тоном.
- Агнесса, побойся Бога: ведь шла война! Целых пять лет. Может, ты скажешь, что бабушка этого не заметила?
- Возможно, заметила, но у нее были свои понятия о жизни и строгие правила, которых она твердо придерживалась. Не вижу в этом ничего дурного.
- Ладно, неважно. Моя мать в него влюбилась.
- По уши, - вставила Агнесса.
- И они поженились.
- Без согласия миссис Брюс.
- Она простила маму?
- О да, злопамятностью твоя бабушка не отличалась. Кроме того, Гарриет вернулась домой. Твоего отца отправили... тогда говорили "куда-то в Англию", но на самом деле - во Францию... Вскоре он был убит. Мы так больше его и не увидели.
- Значит, они были женаты...
- Три недели. - Агнесса проглотила застрявший в горле комок. - Но медовый месяц все-таки провели.
- И мама успела забеременеть, - сказала Селина.
Агнесса с ужасом уставилась на свою воспитанницу. Такого она от нее не ждала: по мнению старушки, Селина и представления не должна была иметь о подобных вещах.
- Мм... да.
Осторожно пододвинув к себе книжку, Агнесса всмотрелась в темные глаза, в которых сверкали насмешливые огоньки. Да, глаза у него были карие. Джерри Даусон. Неужели это он? Очень уж похож... Вполне мог бы сейчас быть таким, если б его не убили. Молодым и красивым.
Прошлое всплыло в памяти Агнессы, и далеко не все в нем было так уж плохо. С появлением Джерри Гарриет неожиданно изменилась - стала веселой и жизнерадостной. С Агнессой Джерри шутливо заигрывал и, когда никто не видел, украдкой совал в карман фунтовую бумажку. Возможно, ей и следовало бы обидеться, но все это выглядело действительно милой шуткой. Притом тогда, когда жизнь к шуткам никак не располагала. Сквозь заселенный женщинами дом, как ураган, промчался мужчина. Одна только миссис Брюс устояла перед его обаянием.
- Никчемный человек, - говорила она. - С первого взгляда видно. Ну что он из себя представляет? Снять мундир - и останется красивый бездельник. Ни малейшего чувства ответственности. Ни малейшего желания думать о будущем. Какую жизнь он может предложить Гарриет?
Конечно, миссис Брюс ревновала дочь. Она любила управлять чужими жизнями, учить других, как себя вести, на что расходовать деньги. И мужа дочери хотела найти сама. Но Джерри Даусон, при всем своем обаянии, обладал сильным характером и не желал никому подчиняться: из схватки с миссис Брюс он вышел победителем.
Однажды, уже после его гибели и смерти Гарриет, у которой пропала охота жить, миссис Брюс сказала Агнессе:
- Нужно поменять ребенку фамилию. Селина должна быть Брюс, а не Даусон - тут нет никаких сомнений. Я уже говорила с мистером Артурстоуном.
Агнесса так не считала, но она никогда не противоречила миссис Брюс.
- Да, мадам, - сказала она.
- И я хочу, чтобы она росла, ничего не зная о своем отце. Иначе это плохо кончится - у нее разовьются какие-нибудь комплексы. Я тебе доверяю, Агнесса, смотри, не подведи.
Девочка сидела у бабушки на коленях; миссис Брюс подняла глаза; взгляды двух женщин скрестились над кудрявой головкой ребенка.
Помолчав, Агнесса повторила:
- Да, мадам.
И получила в ответ холодную улыбку. Потом миссис Брюс передала внучку няне.
- Теперь мне гораздо легче, - сказала она. - Спасибо, Агнесса.
- Ты ведь тоже считаешь, что это мой отец, да? - спросила Селина.
- По совести говоря, не уверена.
- Почему ты никогда не называла его имени?
- Я обещала бабушке молчать. И вот сейчас нарушила обещание.
- У тебя не было выбора.
- А ты-то откуда знаешь, как он выглядел? - вдруг осенило Агнессу.
- Несколько лет назад я нашла его фотографию. И никому не сказала ни слова.
- Надеюсь, ты не собираешься... ничего предпринимать? - Голос Агнессы задрожал при одной мысли, что Селина способна на такое.
- Я бы хотела его найти, - сказала Селина.
- Зачем? Даже если это твой отец.
- Что он мой отец, я не сомневаюсь. Просто уверена. Все говорит за это. Все, что ты мне рассказала. Каждое твое слово...
- А почему тогда он после войны не вернулся к Гарриет?
- Откуда нам знать? Может, был ранен, потерял память. Такое случается, и тебе это известно не хуже меня. - Агнесса промолчала. - Может быть, бабушка так плохо к нему относилась...
- Нет, - сказала Агнесса. - Твоя бабушка ко всем относилась одинаково. И даже для мистера Даусона не делала исключения.
- Ему, наверное, будет приятно узнать, что у него есть дочь. То есть я. А я хочу знать, какой он. Как выглядит, как говорит, что думает и что делает - все-все. Хочу чувствовать, что кому-то принадлежу. Тебе не понять, как это ужасно: никогда никому не принадлежать.
Селина ошибалась: Агнесса всегда понимала, как девочка нуждалась в отце. Не придумав ничего лучшего, она сказала:
- А почему бы тебе не посоветоваться с мистером Эклендом?
Издательство находилось на последнем этаже; Селине пришлось долго трястись в крошечном лифте, подниматься по лестницам, плутать по узеньким коридорчикам и снова взбираться по ступенькам. Запыхавшись и подозревая, что сейчас окажется на крыше, она наконец добралась до двери, на которой висела табличка с надписью "Мистер А.Д. Ратленд".
Селина постучала. Ответа не последовало - из-за двери слышалось только стрекотанье пишущей машинки. Селина заглянула вовнутрь. Сидевшая за машинкой девушка, прекратив на секунду печатать, мельком взглянула на нее и сказала:
- Слушаю вас.
- Я бы хотела поговорить с мистером Ратлендом.
- Вам назначена встреча?
- Я звонила сегодня утром. Моя фамилия Брюс. Мистер Ратленд сказал, чтобы я пришла в десять тридцать. - Она посмотрела на часы. Было двадцать минут одиннадцатого.
Машинистка сказала:
- У мистера Ратленда сейчас посетитель. Присядьте и подождите.
И снова застучала по клавишам. Селина переступила порог, закрыла за собой дверь и села на маленький жесткий стул. Из соседней комнаты доносились приглушенные мужские голоса. Примерно через двадцать минут голоса зазвучали громче, затем скрипнул отодвигаемый стул и послышались шаги. Дверь кабинета открылась, и оттуда вышел человек. На ходу надевая пальто, он выронил папку с бумагами.
- Ох, растяпа... - Мужчина нагнулся и стал собирать рассыпавшиеся листки. - Спасибо за все, мистер Ратленд...
- Не за что; придете, когда придумаете новый финал.
- Да, непременно.
Попрощавшись, издатель направился обратно в свой кабинет; Селина поднялась и его окликнула. Он обернулся и вопросительно на нее посмотрел.
- Да?
Мистер Ратленд оказался старше, чем она думала: лысый, на носу очки-половинки, в которых удобно смотреть поверх стекол. Именно так он и смотрел на Селину и поэтому был похож на старомодного школьного учителя.
- Я... мы, кажется, условились.
- Это вы?..
- Да. Меня зовут Селина Брюс. Я звонила сегодня утром.
- Я очень занят...
- Я отниму у вас не больше пяти минут.
- Вы писательница?
- Нет, отнюдь. Я просто хотела попросить вас мне помочь... ответить на несколько вопросов.
Мистер Ратленд тяжело вздохнул.
- Ну что ж...
Посторонившись, он пропустил Селину в кабинет. На полу лежал ярко-красный ковер, письменный стол бы завален бумагами, стены сплошь увешаны книжными полками, повсюду - на столах, на стульях, под стульями - валялись книги и рукописи.
Мистер Ратленд и не подумал извиниться за беспорядок. Он явно не считал это необходимым - да так оно и было на самом деле. Пододвинув к Селине свободный стул, он направился к своему столу, но не успел даже сесть, как Селина заговорила.
- Мистер Ратленд, мне очень неловко вас беспокоить, но я не займу ни одной лишней минуты. Речь идет о книге, которую вы опубликовали: "Фиеста в Кала Фуэрте".