Глава 2
Герцог открыл глаза, но поначалу все вокруг казалось ему окутанным туманом. Когда же зрение его прояснилось, он увидел растрепанные рыжие кудри и огромные серо-зеленые глаза, но лишь с большим трудом ему удалось вспомнить, где он встречал их прежде.
- Вы очнулись! - донеслось до него радостное восклицание. - Как я рада!
Внезапный приступ слабости заставил герцога закрыть глаза, но он тут же открыл их снова, потому что в этот момент вспомнил, как с грохотом опрокинулась карета и его голову пронзила острая боль, после чего он, очевидно, потерял сознание.
- Где я? - спросил он и с облегчением обнаружил, что его голос звучит почти нормально.
- Я так беспокоилась о вас! - воскликнула Бина. - Я думала, вы никогда не придете в себя! Поначалу мне даже показалось, что вы мертвы!
- Карета перевернулась. - Герцог говорил медленно, но очень отчетливо: - Кто-нибудь пострадал?
- Только вы. Вы высунулись из окна и, когда карета перевернулась, ударились головой о камень. Доктор наложил вам целых шесть швов!
Герцог попытался поднять руку, но обнаружил, что ему мешает одеяло, и в первый раз осознал, что лежит в постели. Он подумал, что, учитывая все обстоятельства, мозг его работает на удивление четко. Но во рту у него пересохло, и его мучила жажда. Словно прочитав его мысли, Бина сказала:
- Хотите чего-нибудь выпить? У меня здесь есть лимонад. - Жестом опытной сиделки приподняв голову герцога, Бина поднесла к его губам бокал с лимонадом.
Он машинально отметил про себя, что хрустальный бокал украшен изящной резьбой, а простыни на кровати сшиты из тончайшего льна. Малейшее движение причиняло ему адскую боль, поэтому, сделав несколько глотков, он снова откинулся на подушки и понял, что не в состоянии продолжать расспросы. Но, вспомнив о находившейся рядом Бине, он все-таки сделал над собой усилие.
- Мы на постоялом дворе? - спросил он и тут же решил, что комната была слишком большой и хорошо обставленной для придорожной гостиницы.
- Нет, - ответила Бина. - Мы в доме сэра Эвана и леди Маккерн. Когда карета перевернулась, мимо проходил один из их крестьян, и он привел из усадьбы подмогу.
"Ну что ж, меня это вполне устраивает", - подумал герцог и тут же погрузился в глубокий сон.
Проснувшись спустя несколько часов, он обнаружил, что Бина все еще находится рядом с ним. Тяжелые портьеры закрывали окна, в комнате горел свет. Бина сидела возле камина, и герцог принялся украдкой разглядывать ее. Он отметил изящную грацию ее стройной фигурки и блеск ее рыжих волос, которые превращались в чистое золото, когда на них падали отблески от огня в камине.
Он не произнес ни слова, но, должно быть, Бина инстинктивно почувствовала, что он проснулся, и обернулась. Он заметил, что ее глаза засветились от радости, когда она увидела, что он смотрит на нее. Бина поднялась и подошла к кровати.
- Вам лучше? - спросила она. - Приходил доктор и остался очень доволен видом вашей раны. Он сказал, что через год от шрама не останется и следа.
- Через год? - переспросил герцог. - Какое счастье, что я не тщеславен и довольно равнодушно отношусь к собственной внешности!
- Если на то пошло, я как раз думала о том, что с перевязанной головой вы кажетесь красивым и загадочным, - откровенно заявила Бина. - Вы вполне могли бы сойти за героя одного из романов, которые я так люблю читать.
- Не имею ни малейшего желания выступать в такой роли, - решительно заверил ее герцог. - И как только я немного окрепну, я немедленно отправлюсь в путь.
- Доктор позволит вам встать с постели не раньше чем через три дня, - сообщила ему девушка. - Вам еще крупно повезло, что рана оказалась не такой глубокой!
- Расскажите мне, что случилось, - попросил герцог.
- Все произошло так быстро, что я даже не успела опомниться, - ответила Бина. - Похоже, колеса кареты провалились в глубокую канаву, прикрытую снегом. К счастью, карета, перевернувшись, упала в сугроб, так что ничего не поломалось, даже стекла на фонарях не разбились!
- А лошади? - спросил герцог.
- Не пострадали, только очень испугались. Ваши кучера привели их сюда и разместили на конюшне, и теперь они ждут лишь того момента, когда мы сможем продолжить наше путешествие.
Герцог вопросительно поднял брови.
- Мы? - Бина, стоявшая рядом с кроватью, отвернулась. Что-то в ее поведении подсказало герцогу, что она обеспокоена и, пожалуй, немного смущена. - В чем дело? - спросил он. - Что случилось?
- Лучше поговорим об этом завтра, - сказала она. - Просто… - И замолчала.
- Просто что? - настаивал герцог.
- Я бы не хотела, чтобы вы говорили с кем-нибудь о нас… пока я не расскажу вам кое-что.
Герцог попытался было приподняться, но острая боль пронзила его голову, поэтому он сказал:
- Подойдите сюда, Бина! Ближе! Я хочу видеть ваше лицо! - Несколько мгновений она колебалась, словно не желая подчиняться, потом все же повернулась и приблизилась к кровати. - А теперь, - произнес герцог, пристально глядя на нее, - выкладывайте все начистоту! Я вижу, вы что-то скрываете!
- Право же будет лучше, если я расскажу вам обо всем, когда вы немного окрепнете.
- Я чувствую себя достаточно хорошо, - настаивал герцог. - Я не такой уж дряхлый старец, чтобы шишка на голове превратила меня в калеку!
- Это не шишка, а глубокая рана! Видели бы вы, как из нее хлестала кровь! - воскликнула Бина. - Я думала, что вы погибли! Я была просто в ужасе, правда!
- Охотно верю, - сказал герцог. - Но я жду ваших объяснений, Бина. - Она шагнула было в сторону, но он схватил ее за запястье. - Рассказывайте! - повелительным тоном произнес он. - Я же вижу, что что-то не так, и чем быстрее я узнаю обо всем, тем лучше!
Герцог почувствовал, что Бина дрожит, и это удивило его.
- Просто… когда вас принесли в дом - вас несли на снятой с петель створке ворот, - леди Маккерн узнала меня! - наконец нерешительно произнесла Бина.
Герцог замер. Этого он никак не ожидал.
- Вы хотите сказать, что встречались с ней раньше? - спросил он.
- Да, несколько лет назад, - ответила Бина, - и она знакома с моим отцом, хотя они питают друг к другу искреннюю ненависть.
- Понятно, - медленно проговорил герцог. - Таким образом, вам было довольно трудно объяснить, как вы оказались в моей карете. Вы признались ей, что убежали из дому? - Последовало молчание. - Что вы сказали ей, Бина? - Герцог сильнее сжал ее руку.
На мгновение ему показалось, что Бина заупрямится и не станет отвечать на этот вопрос, но затем слова словно против воли сорвались с ее губ:
- Я сказала ей, что мы… женаты!
- Женаты! - Герцог был так поражен, что выпустил ее руку и откинулся на подушки. Казалось, он лишился дара речи.
- Мне не оставалось ничего другого, - попыталась оправдаться Бина. - У меня не было времени придумать что-либо… я не ожидала увидеть леди Маккерн… а когда она воскликнула: "Бина Килкарти! Что вы здесь делаете?", - я просто запаниковала.
- Поэтому вы сообщили ей, что мы женаты! - воскликнул герцог.
- Просто, когда леди Маккерн спросила: "Кто этот человек?", я ответила: "Мой муж".
Герцог помолчал немного, обдумывая то, что он услышал, а потом сказал:
- Что ж, чем быстрее я увижусь с леди Маккерн и объясню ей, как обстоит дело, тем лучше!
- Вы не должны этого делать! - воскликнула Бина. - Не должны! Она уже сообщила всем в доме, что я ваша жена. Мне отвели комнату, смежную с вашей, и все рассчитывают, что я буду ухаживать за вами, как обычно поступают все жены.
- Мое милое дитя, - проговорил герцог, - единственный способ выпутаться из этого затруднительного положения, в которое вы нас поставили, - это сказать правду.
- И что, по-вашему, станет думать леди Маккерн? - спросила Бина. - Мы ехали в одной карете, мы собирались вместе остановиться на ночь в гостинице… Навряд ли она сочтет благопристойным ваше поведение… не говоря уже о моем!
В словах Бины, несомненно, была доля истины, и герцог снова задумался.
- Дьявол, ну почему вы не сказали ей правду? - внезапно взорвался он. - Как вы могли быть так глупы, так невероятно наивны, чтобы заявить, будто мы женаты?!
- Я же говорила, у меня даже не было времени подумать, - оправдывалась Бина.
- Но ведь леди Маккерн непременно сообщит вашему отцу, что мы были здесь?
Бина села на краешек кровати.
- Видите ли, я рассудила так, - серьезно начала она, - леди Маккерн не любит моего отца, а он и вовсе не может ее терпеть. Он говорит, что она злобная старая сплетница - и это чистая правда!
- Весьма утешительная новость. - В голосе герцога прозвучал явный сарказм.
- Вот я и подумала, - продолжала Бина, словно не слыша его, - стоит мне сказать ей, что мы не женаты, как она тут же с восторгом напишет моему отцу просто ради того, чтобы доставить нам неприятности и уязвить отца тем, как недостойно ведет себя его дочь.
- Что соответствует действительности! - сердито пробурчал герцог.
- С другой стороны, - сказала Бина, проигнорировав его выпад, - коль скоро она считает, будто я вышла замуж за герцога, ее ужасно заденет, что я составила столь блестящую партию, и она даже словом не обмолвится об этом - тем более моему отцу.
Герцог подумал, что в ее словах есть какая-то извращенная логика. В то же время он пришел в ужас оттого, что Бина поставила его в такое положение.
- Мы уедем отсюда, как только вам станет лучше, - успокаивающе говорила между тем Бина. - Когда я поселюсь во Франции у своей тети, обо мне скоро забудут. И в конце концов, ваши поместья в Англии расположены очень далеко от Шотландии.