Я подобрала ключи с земли, поскольку дальнобойщик начал приходить в себя. Он закричал при виде волка и повалился обратно на землю, как раненый краб. Волк сделал выпад, щелкнув челюстями в миллиметре от лица преступника, когда тот откинулся на стену. Когда хищник принялся за него, парень придушенно вскрикнул, и я почти пожалела его. Но мой грузовик припаркован совсем рядом. Последний раз я увидела дальнобойщика в свете фар в тот момент, когда волк бросился на него.
Не знаю, как добралась домой. Следующее, что я помню, это как вбегаю в парадную дверь. Я хотела спрятаться в душевой навсегда. От запаха крови грабителя на моей одежде я бросилась в ванную, где меня тут же вырвало. Когда желудок опустел, а горло саднило, я осторожно стянула куртку и свитер. Вытащив из глаз липкие, сухие контактные линзы, посмотрела в зеркало и увидела начинавшие багроветь синяки на горле, да и грудь пестрела ими. Один из моих любимых бюстгальтеров из белого кружева с маленькими розовыми ленточками, пришитыми к лямкам, испачкался и порвался. На левой щеке красовалась огромная кровавая ссадина. Я глубоко вздохнула и дрожащими руками набрала номер Базза и Эви.
Пришлось несколько раз останавливаться и начинать заново объяснять, что случилось, но Базз в рекордный срок появился у меня на пороге в шляпе официального представителя закона. Он сохранял спокойствие и профессионализм, задавая стандартные вопросы, но затем чуть не задушил меня в объятиях. Несмотря на кошмарные события ночи, я обнаружила, что сдавленно смеялась, уткнувшись в полиэстеровую куртку униформы Базза. Я даже не думала, что он переживал.
Одетая в пижаму Эви, которая должна была оставаться в машине, мягко оттолкнула Базза в сторонку и обняла меня за шею. Горло сдавило от слез, и я прижалась здоровой щекой к ее теплой коже, почувствовав себя от этого лучше.
- Ты осмотрел переулок? – спросила я Базза, когда наконец очухалась.
- Там были пятна крови, но ты говорила, что нехило влупила ему в нос, так? – Он сделал паузу, и я кивнула.
- Но на него напал волк, - возразила я, наморщив лоб. – Там должно быть много крови. И, возможно, некоторые… куски.
Базз, казалось, немного смутился.
- Мо, в грязи не было никаких отпечатков, что свидетельствовало бы о присутствии волка. И обычно они не забираются так далеко в город…
- Я не сумасшедшая, - убеждала я его. – Там был волк.
- Никто не считает тебя сумасшедшей, Мо. Если ты говоришь, что там был волк, значит, был, - мягко сказала Эви, кидая на Базза строгий взгляд. – Но почему ты закрывала бар совершенно одна? Где Бен?
- Бен заболел, так что я доработала смену за него. И Линнетт еще работала, или, по крайней мере, я так думала, пока не заметила около десяти, что они с Леонардом слиняли, - проворчала я. – Я не хотела беспокоить вас. Думала, что справлюсь. Как видно, я ошибалась.
- В следующий раз звони нам, - приказал Базз. – Есть причина, почему мы не разрешаем персоналу закрывать бар в одиночку.
Я кивнула, зная, что это не станет проблемой, ведь закрывать бар сама я больше не собиралась.
- Я заходил в мотель. Клерк узнал по твоему описанию одного гостя, дальнобойщика по имени Джон Тиг. Его барахло все еще в номере, а вот тягача нет. Скорее всего, грабитель просто смылся. Я позвонил в полицию штата, дал им ориентировку на него и машину. Нужно еще отправить твое заявление и фотографии всех синяков в придачу.
Я молча кивнула. Базз очень деликатно попросил Эви увести меня в ванную и снять на его "полароид" мое лицо и шею. Это заняло всего несколько минут. Эви молча вручила фотографии Баззу, и он вложил их в черный пластиковый пакет с печатью.
- Завтра к тебе, скорее всего, придет патрульный поговорить, - сказал Базз. – Могу присутствовать, если хочешь.
Я благодарно улыбнулась.
- Я позвоню доктору Гордону, чтобы он приехал в клинику осмотреть тебя, - сказал Базз.
- Я в порядке, - запротестовала я. – Всего-то пару ссадин и синяков. Это не повод будить его.
Эви покачала головой:
- Мо.
- Я сказала, что все в порядке, - настаивала я.
Должно быть, что-то в моем голосе убедило Эви, что я близка к срыву. Она вздохнула и убрала с моих глаз волосы:
- Если хочешь, я останусь с тобой на ночь.
- Нет, - отказалась я. – Кроме того, ты должна быть с Баззом дома на случай, если нужно почистить зубы или еще что-нибудь.
Смеясь, Базз сделал неприличный жест перевязанной рукой.
- Ну, на утро возьми отгул, - посоветовала она. – Веришь или нет, мы можем управиться с заведением без тебя.
- Нет, не можете, - засмеялась я.
- Ага, ты права, не можем, но в любом случае бери завтра отгул. Мы справимся.
- Просто я хочу, чтобы все было настолько нормальным, насколько можно, - объяснила я. – А это означает погрузиться в рутину. Нельзя из-за этого происшествия бояться салуна. Мне слишком сильно нравится там работать.
Прошел еще час, прежде чем я убедила их уехать. Я заставила себя принять долгий душ, затем нацепила пушистую пижаму и выпила ромашковый чай. Но все равно подскакивала от каждого шороха. Трясущимися руками я пыталась найти книгу, чтобы почитать на ночь. Каждый раз, подходя к окну, вглядывалась в деревья, ожидая увидеть огромную мужскую тень, четко вырисовывающуюся в лунном свете. Часть меня надеялась, что в темноте замерцают сине-зеленые волчьи глаза.
Глава 6
Отстаньте от моего акцента!
Как оказалось, уговорить Эви внести изменения в меню не составило большого труда.
Из чувства вины, что в мою смену на бар напали, или благодаря всемогущей силе шоколадных шахматок, но к моей радости она заинтересовалась новыми идеями. И это дало мне пищу для размышлений помимо "инцидента".
Несмотря на протесты Эви, мы с Баззом решили никому не рассказывать о неприятной стычке в переулке. Мужики перебарщивали с бдительностью, когда их хрупким цветочкам, слабому полу Гранди, грозила опасность. Хотя большая часть этих цветочков могла орудовать бензопилой с хирургической точностью. Тем не менее, Базз не хотел сеять панику.
На вопросы клиентов, откуда у меня на щеке ссадина, я отмахивалась, что споткнулась на крыльце и пропахала головой землю. Когда Абнер и Уолт предложили прийти и починить его, я почувствовала, что купаюсь в заботе, но испытывала легкое чувство вины.
А когда Линнетт спросила меня, что случилось, я ответила, что Леонард Трамбле забыл наше стоп-слово.
Мы с Баззом встретились с рядовым Брентом, сдержанным, невысоким, коренастым, цепким человечком, в кабинете салуна. Рядового Брента больше волновало, остался ли у нас пирог с яблочным повидлом, чем мои показания. Насколько он знал, я не пострадала, так что ничего страшного. Я опознала Джона Тига по фотографии. Когда Базз попытался вручить рядовому снимки моих травм, он вернул конверт обратно.
– В этом нет необходимости, – грубо сказал Брент. – Грузовик Тига нашли в пятидесяти километрах от города. Мы думаем, он потерял управление над тягачом и скатился с насыпи в овраг. Аварии никто не видел, так что пожар полыхал много часов, пока заметили. Мы все еще ждем зубную карту, чтобы опознать тело, но совершенно уверены, что это он. И вы не можете обвинить мертвеца в нападении.
Казалось, весь воздух высосало из комнаты. Я не чувствовала ничего, кроме наплыва облегчения. Нападавший мертв, и я этому рада. Ну, не просто рада. У меня голова шла кругом от дикого восторга, что он мертв и, возможно, порядочно помучился. Черт возьми, что со мной не так? Что за человек будет ликовать, когда другой сгорел в машине? Может, в Гранди я поменялась не в лучшую сторону?
Что произошло с Джоном Тигом? А с волком? Я поняла, что благополучие волка меня волнует гораздо больше.
– На Тиге есть какие-то повреждения, кроме тех, что он мог получить в автокатастрофе? – спросила я.
Брент поднял густые коричневые брови, словно удивляясь, что я знала такие длинные слова. Козел.
– Ну, как вы можете себе представить, раз нам нужны записи дантиста для опознания, то труп обгорел до такой степени, что от него осталось немного. А почему вы спрашиваете?
Базз вставил прежде, чем я успела открыть рот:
– В переулке Мо врезала ему в нос. Думаю, она хотела сказать, что сломанный нос у трупа может облегчить идентификацию.
Я недоумевающе покосилась на Базза. Он поджал губы и многозначительно посмотрел в сторону Брента, счищавшего крошки уже третьего куска пирога с груди. Очевидно, Базз не хотел, чтобы я хоть словом обмолвилась о волке или возможных ранах от когтей на теле Тига. Полагаю из-за того, что сорока восьмичасовая принудительная психиатрическая экспертиза повара чертовски плохо скажется на блюдах быстрого приготовления.
– Что ж, милочка, пара сломанных костей у него была, – снисходительным тоном ответил Брент, передвинув папку по столешнице. – Опрокинутый грузовик и все такое, тяжело найти хоть одну целую кость. Записи дантиста гораздо более надежный метод идентификации трупа. Но вам повезло, что удалось хорошенько ему врезать на его несчастье.
"Простите, он действительно сказал "на его несчастье"?" Базз, кажется, почувствовал мое напряжение по тому, как я сжала кулаки. Он похлопал меня по руке и покачал головой.
– Вы очень везучая девушка. Этот парень колесил по дорогам, его подозревают в ограблениях закусочных. Парочка женщин по его милости в реанимации. Он выбирает одну из официанток после закрытия, подстерегает ее в темном переулке и заставляет провести к сейфу. Затем он… Ну, вы не первая дали ему отпор, но вам первой удалось сбежать.