Поиски принцессы для Десото только начинались, однако сегодня вор спешил по другому поводу. Уличные торговцы, подкупленные Котом, сообщили ему, что эту ночь неуловимый офицер Рагнар провел у себя дома, и был шанс застать его с деньгами еще до отъезда к очередной даме сердца. Вор прекрасно знал, где живет этот повеса в мундире – в особняке на тенистой улочке сразу за рыночной площадью, в границах принадлежащего Крысолову участка. Это был самый большой и богатый дом в округе, если не считать дворцов, построенных местными дворянами, да огромных уродливых соборов с анфиладами и колоннами, увитыми каменными змеями. Дом офицера плотно обступали низенькие лачуги, где скрытному разбойнику не составляло труда найти надежное укрытие и залечь в засаду, высматривая жертву.
Крысолов выбирал безлюдные улочки, стараясь не попадаться на глаза стражникам. Впрочем, народ Брестоля еще только-только просыпался и не спешил приступать к повседневным делам, поэтому шмыгающий по дворам вор никого не встретил на своем пути. Добравшись до знакомой чугунной ограды, которой был обнесен пышный сад дома Рагнара, Крысолов тут же вильнул в переулок напротив ворот и спрятался там, среди бочек, за брошенной телегой. И стал ждать.
Часы на главной башне городской ратуши пробили десять. Пробили хрипло, медленно, как бы с неохотой – шестерни, проржавевшие от сырого болотного воздуха, жалобно скрипели, требуя смазки. Через минуту двери парадного входа в офицерском доме открылись, и на крыльцо вышел хозяин, господин Рагнар. Крысолов тихо ненавидел этого человека, и не только за то, что тот постоянно ускользал от него со своим золотом.
Офицеру было уже за тридцать; он носил пышные черные усы и все время накручивал их на пальцы, отчего они вытянулись и сально блестели. Блуждающая улыбка и вечно прищуренные глазки создавали впечатление, будто этот мужчина пьян. Рагнар носил гвардейскую форму и сапоги со шпорами, но почему-то забывал хотя бы для приличия надевать нагрудный доспех, отчего выглядел неопрятно и даже неприлично. При этом он не держал при себе оружия, как это положено военному человеку, и никогда не смотрел людям прямо в глаза, поэтому Кот считал его порядочным трусом и прохиндеем. Хотя, конечно, не ему было судить…
Из-за угла дома, где располагалась конюшня с каретным сараем, выбежал бородатый мужичок и тут же согнулся в поклоне. Рагнар отдал ему какие-то распоряжения и, пока конюх выполнял приказ, начал неспешный обход своего сада.
Время тянулось бесконечно медленно. Кот сидел в укрытии и тихонько костерил офицера всеми известными ему словами, пророча ему то скорое разорение, позор и бессилие с женщинами, то несчастья ему и его потомкам в нескольких поколениях, то ужасную смерть и вечные адские муки. Ему было даже стыдно оттого, что какой-то мот и повеса целую неделю водил его, опытного вора, за нос, не давая себя ограбить. Впрочем, как говорят брестольские воры, "сколько золото ни копи – оно на волю попросится".
Из дома вышли двое в зеленых лакейских ливреях: они несли обитый железом сундучок, внутри которого что-то позвякивало. Крысолов насторожился. Неужели Рагнар настолько туп, чтобы возить свои деньги не в мешках, а вот в таких сундуках, как какой-нибудь пират? Пока Кот пытался рассмотреть висящий на скобах замок, сидя в своем укрытии, из сарая выехал простой открытый экипаж, запряженный парой лохматых вороных жеребцов. Насвистывая веселую песенку, офицер уселся в экипаж и принялся накручивать на палец засаленный ус, предвкушая грядущую любовную встречу. Лакеи погрузили сундучок, и кучер хлестнул вожжами по круглым лошадиным крупам.
Повозка, поскрипывая колесами, выехала за ворота и повернула в сторону рыночной площади. Крысолов тем временем выбрался из укрытия и припустил по соседней улице, наблюдая через просветы между домами за всеми передвижениями Рагнара. Куда он поедет на этот раз? Может быть, к леди Тиз, сорокалетней вдове разорившегося графа? Или к леди Кассандре Пельт, юной необразованной герцогине, у которой на уме только балы и молодые военные? Или к владелице швейного дома "Мадам Бон-Бон"?..
Кот вовремя остановился, чтобы не вылететь на залитую солнцем площадь прямо под ноги марширующим стражникам. Он застыл в тени и затаил дыхание, пока гвардейцы, гордо чеканя шаг, не прошли мимо. А пока вор раздумывал, как можно пересечь опасную местность и не оказаться в кандалах, судьба преподнесла ему долгожданный подарок.
Карета выехала на площадь, разгоняя суетливую толпу, но не успела добраться и до середины, как ее обступили солдаты. Рагнар поднялся на ноги и возмущенно поинтересовался:
- В чем дело? По какому праву вы останавливаете меня?
- Мы здесь по поручению графа Фэзера, - сказал один из гвардейцев, угрожающе направляя на офицера алебарду. – Он подозревает Вас в тайной связи с его женой, графиней Маргаритой, что компрометирует их в высшем обществе.
- А у вас есть доказательства? – не сдавался офицер.
Крысолов не мог поверить своей удаче – карета остановилась всего в двух шагах от его укрытия, и при этом его до сих пор никто не заметил, хотя рядом стояла целая толпа солдат. Рагнара заставили выйти из экипажа и отвели в сторонку, слово за слово – завязалась потасовка. Кот стрелой метнулся к карете, воспользовавшись моментом, вскарабкался по ступенькам, схватил сундучок и был таков…
После крайне неприятного происшествия на площади Рагнар приказал кучеру разворачиваться и ехать домой. Ни о каком свидании не могло быть и речи. И только дома, когда распрягали лошадей, офицер обнаружил, что его золото исчезло.
А позже прибежал посыльный с гневным письмом от бывшей любовницы, Маргариты Фэзер, которая в этих нескольких строках обвинила его в предательстве и раскрытии их тайной любви.
Что касается Крысолова, то он сидел у себя в комнате в южном крыле Гильдии, пересыпал в отдельный кошель деньги, предназначенные в дань Десото Доберману, и все больше укреплялся в мысли, что богиня удачи Радьяна, хоть и ведет себя непредсказуемо, все-таки очень умная женщина.
Глава третья: "Яростные кости"
Город, в котором промышлял Крысолов, носил гордое и забавное название Морква.
Он ничем не отличался от прочих поселений Брестоля, был таким же небольшим и неаккуратным, с узкими, мощеными серым камнем улочками, которые, извиваясь, сползали под уклон, словно змеи. В центре города, на самом высоком месте, вдалеке от ратуши и гвардейских казарм, возвышалась обнесенная каменной стеной крепость, ранее принадлежавшая, по некоторым сведениям, клану де ла Вар-варов, а ныне ставшая убежищем для Гильдии воров. В остальном Морква ничем не выделялась на фоне своих соседей.
В городах Брестоля не было рыцарских или магических орденов. Мятежные правители считали их "пережитками имперского прошлого", в результате чего всю армию этой страны составляла лишь пешая гвардия. Отряды были разбросаны по городам, уже на месте набирали и обучали новых рекрутов. Разумеется, такими силами было просто невозможно поддерживать порядок в поселениях и одновременно отражать нападения извне.
Поэтому, когда в небесах над Морквой появилось чудовище, людей охватил настоящий ужас.
Оно появилось словно из ниоткуда: огромный костяной дракон, летящий на изодранных крыльях. Ведьмы и алхимики, случайно видевшие монстра, не могли сойтись во мнениях насчет того, какой разновидности принадлежал этот зверь при жизни. У него был уродливый, покрытый выростами покатый череп, украшенный парой изогнутых рогов и целой россыпью острых почерневших клыков, короткие лапы с кривыми когтями и длинный хвост. Когда он летел, высматривая что-то на узких улочках Морквы, его старые, грязно-желтые кости тихо и зловеще потрескивали в гробовом молчании напуганного города. Дракон был голоден и ненасытен, но никто не решался выйти и сразиться с монстром один на один…
- …Хоть мы и воры, - взволнованно говорил Файзаль Ворон, меряя комнату шагами. – Но всегда соблюдаем кодекс и никогда не крадем друг у друга. А по этому сукину сыну давно плачет эшафот!
- Что это за вещь, которую он у тебя отобрал? – Кот пытался прервать его сердитую исповедь. Файзаля он знал давно и понимал по его поведению, что случилось что-то серьезное.
- Чаша из золота, принадлежавшая бестиапольскому императору Филиппу, - Ворон остановился, закрыл глаза и вздохнул, успокаиваясь. – Я прошу тебя, Крысолов, разыщи его. Он прячется в твоем квартале и уходить не собирается.
- Конечно, - пожал плечами Кот. – Над моим кварталом летает собачий корм и щелкает зубами. Если мерзавец попадется ему на глаза – о проблеме можно будет забыть…
- А если он утащит чашу? – снова взвился Файзаль. – Доберман мне голову снесет!
- Хорошо, хорошо, - Крысолов примирительно поднял руки. – Так и быть, Ворон, я помогу тебе. Но тогда дай мне свой меч!
Файзаль застыл, видимо, прикидывая, чем бы возразить нахальному воришке, но, в конце концов, махнул рукой и направился в угол комнаты, где стоял большой старинный сундук. В самом деле, если на Кота нападет дракон, он не сможет отбиться кастетом – тут нужно было иное оружие.
- Клюв достаточно крепок, чтобы разрубить кости, - из пыльных недр сундука пожилой вор извлек красивый клинок из блестящей вороненой стали с витой рукоятью. – Но на драконах я его не испытывал. Учти, Крысолов, эта тварь куда страшнее живого зверя; если он обнаружит тебя, скрыться ты уже не сможешь. Так что, - вручая клинок и ножны Коту, Файзаль положил руку приятелю на плечо и взглянул ему в глаза. – Будь осторожен, сынок.
- У Кота девять жизней, Ворон, - вор подмигнул ветерану, убрал меч на пояс и вышел из комнаты.