Незнакомец непонимающе уставился на нее, а потом воскликнул:
- Господи, да как мне в голову не пришло, что вам неизвестно, кто я такой! Разумеется, с моей стороны было непростительной оплошностью не назваться.
Немного помолчав, он сказал:
- Меня зовут Вейл Честер, однако это имя не должно произноситься за пределами комнаты. По приезде в Лондон говорите обо мне как об "агенте один-пять".
Новелла была изумлена.
- Вы хотите сказать… что вы… занимаетесь секретной деятельностью? - спросила она.
- Очень секретной, - кивнул Вейл Честер. - И поэтому никто, кроме вас. Новелла, не должен знать моего имени.
Новелла отметила, что он назвал ее по имени.
- В таком случае, вероятно, будет безопаснее называть вас "мистер Вейл". А за пределами этой комнаты я буду помнить, что вы еще и "агент один-пять".
Едва она произнесла эти слова, как Вейл повернул голову к двери, словно опасаясь, что их подслушивают, и попросил:
- Не могли бы вы дать мне пить? Глупо, но, когда я сижу, у меня кружится голова.
- Это потому, что у вас температура, - пояснила Новелла.
На столе у кровати стояли кувшин и стакан.
Наверное, там ячменный отвар, подумала девушка, Когда она болела, нянюшка всегда давала ей этот напиток.
Наполнив, стакан, она отнесла его Вейлу; Тот залпом выпил его и принялся писать.
Не желая показаться навязчивой, Новелла встала у окна и посмотрела в сад. Там все выглядело очень мирно - в ветвях деревьев пели птицы, зацветали нарциссы, выглядывали бутоны сирени и жасмина. Война и все связанное с ней представлялось бесконечно далеким. Война длилась столь долго, что уже не так бросалась в глаза, как когда-то в самом начале. О ней постоянно помнили только матери и жены, такие, как леди Вентмор.
И вот даже среди этой безмятежной природы был ранен человек, противостоявший убийцам. И, поскольку теперь он не сможет никуда поехать, Новелле предстоит отвезти в военное министерство его секретное письмо.
"Это не может быть правдой! - думала она. - Наверное, мне все это снится!"
Она оглянулась, словно незнакомец мог исчезнуть, и в тот же миг он объявил:
- Я закончил.
Новелла подошла к кровати. Вейл складывал письмо небольшим квадратиком.
- Я хочу, чтобы вы хранили это под одеждой до тех пор, пока не отдадите в руки адресату. Вы должны пообещать мне, что не будете расставаться с письмом ни днем, ни ночью. Если по какой-либо причине вы не сможете поехать дальше или почувствуете откуда-то угрозу, уничтожьте его.
Он говорил так серьезно, что Новелла преисполнилась важностью своей миссии. Она взяла у Вейла письмо и на мгновение застыла, глядя "на маленький квадратик. Как бы отвечая на просьбу Вейла, девушка опустила письмо за корсаж, и оно упало ей на грудь.
- Благодарю вас, - негромко произнес Вейл.
Затем, ослабев от проделанной работы, он уронил голову на подушку. Новелла убрала бумагу, перо с чернилами и положила их на комод. Отправив вслед за ними пресс-папье, она повернулась к постели, чтобы поговорить с Вейлом.
Он уже спал.
После обеда в одиночестве Новелла приказала запрячь пони в фаэтон, которым всегда управляла сама, чтобы съездить в Литтл-Бедлингтон к мисс Грэм.
Эта деревенька очень походила на ту, возле которой жила Новелла. Крыши домов недавно были заново покрыты черепицей. В самом красивом из них, с большим садом, жила мисс Грэм.
Когда Новелла остановилась у ворот, старая гувернантка собирала примулы.
Мисс Грэм было уже под шестьдесят, и она удалилась на покой, ибо в ее услугах более не нуждались. Она получала от мистера Вентмора небольшую пенсию, да еще несколько сот фунтов осталось ей от собственного отца. Она всегда выглядела аккуратной и подтянутой; ни один волосок не выбивался из ее прически.
Гувернантка обернулась посмотреть, кто приехал.
- Новелла! - воскликнула она. - Я и не ожидала увидеть тебя!
Девушка выбралась из фаэтона, оставив старого и ленивого пони щипать траву на обочине дороги, - все равно лошадка не уйдет далеко.
Девушка поцеловала гувернантку.
- Я знаю, вы удивлены моим визитом, - сказала она, - однако я приехала просить об одолжении.
- Разумеется, дорогая моя, - закивала мисс Грэм. - Ты же знаешь, что я буду только рада.
Заходи в дом, а я приготовлю тебе чаю или кофе. Чего тебе больше хочется?
- Кофе, пожалуйста, - ответила Новелла. - Я не могу оставаться здесь долго, я приехала лишь Спросить вас, не могли бы вы отправиться вместе со мной в Лондон завтра утром?
- В Лондон? - в недоумении переспросила мисс Грэм.
Она была так поражена, что Новелла рассмеялась.
- Я, предвидела, что это будет для вас неожиданностью, но мне необходимо поехать в Лондон по делу, которое касается папы, - объяснила она.
- Ну конечно же, я поеду с тобой, - пообещала мисс Грэм. - Сколько это займет времени?
- Два дня, чтобы добраться туда. Мы будем останавливаться в гостиницах, где всегда останавливался папа, когда мы путешествовали вместе. А находиться в Лондоне больше одной ночи нам не понадобится.
Она умолкла, а потом обеспокоенно спросила:
- Вы уверены, что это не будет для вас слишком утомительно?
- Нет, конечно! - поспешила заверить ее мисс Грэм. - Может быть, я и постарела, но пока я не такая уж развалина! Мне понравится поездка.
Усмехнувшись, она добавила:
- Видишь ли, Новелла, иногда мне просто некуда девать время. Мне ведь некого учить и воспитывать.
Новелла засмеялась.
- Зря я не попросила вас помочь мне раньше.
- А тебе нужна была помощь? - встревожилась мисс Грэм.
- Да, - сказала Новелла, - но я думала, вы хотите передохнуть.
- Повторяю, я могла постареть, но я еще слишком молода, чтобы ничего не делать.
- Тогда по возвращении, - предложила Новелла, - вы можете поехать к нам и помочь мне с маменькой. Она совсем плоха.
- Кстати, что с твоей матушкой? Мне так жаль, что ей не становится лучше.
- Думаю, ее болезнь скорее психологического, нежели физического свойства, - ответила Новелла. - Она так скучает по папеньке! Я уверена, ей нужен человек, который читал бы ей и говорил с ней о прошлом. Тогда она перестанет переживать в одиночку.
- Почему же ты не сказала мне этого раньше, глупенькая? - возмутилась мисс Грэм.
Новелла узнала тон, которым гувернантка отчитывала ее, когда она в детстве совершала какую-нибудь нелепицу или ошибку.
- Мне жаль, - тотчас повинилась" она, - и как только мы вернемся из Лондона, вы непременно поедете к нам. Обещаю, что очень скоро вам придется жаловаться на нехватку свободного времени!
- Именно этого мне и надо, - ответила мисс Грэм, любившая оставлять за собой последнее слово.
Когда готовая к путешествию карета подъезжала к парадному входу, девушка поднялась к Вейлу.
Нянюшка уже накормила гостя, а Даукинс побрил его, и теперь Вейл выглядел гораздо лучше, чем прежде. Однако нянюшка утверждала, что у него все еще температура, а потому он не должен вставать с постели.
Новелла села рядом с ним. Она была очень хороша в облегающем голубом плаще и симпатичной шляпке с цветами.
Какое-то время раненый молча смотрел на нее.
- За то время, пока меня не будет, вы поправитесь, - сказала Новелла.
- Это-то меня и волнует. Я и так кляну себя за свою слабость и беспомощность. Я не имел права просить вас ни о чем подобном.
- У вас есть на это право, - возразила девушка. - В конце концов, это ведь касается таких людей, как папенька, которые воюют против этого ужасного Бонапарта.
- Нельзя вовлекать в это дело женщин, - расстроился Вейл. - Будь мне хоть наполовину лучше, ничто не помешало бы мне поехать в Лондон.
- Ну вот, теперь вы говорите глупости, - заметила Новелла. - Все будет в порядке. Мисс Грэм присмотрит за мной, а нянюшка - за вами.
Поколебавшись немного, она молвила:
- А когда я вернусь… быть может… вы расскажете чуть больше… об этой тайне.
Вейл протянул ей здоровую руку.
- Я невольно заставляю вас мучиться любопытством, - сказал он, - но я совершенно сознательно не сообщаю вам ничего на тот маловероятный случай, если у вас начнут выпытывать все, что вы знаете Новелла почувствовала, как он сжал ее пальцы.
- В-вы хотите сказать… что меня могут… похитить? - испугалась она.
- Ну, не обязательно, но вас могут попытаться запугать, а в некоторых обстоятельствах это бывает весьма неприятно.
Новелла вздрогнула, но тем не менее бодро произнесла.
- Я уверена, со мной все будет хорошо.
- Я буду молиться за вас, - серьезно сказал Вейл - И вот что, Новелла, я могу разве только поблагодарить вас. Я не знаю другой женщины, способной на такое самопожертвование.
И вдруг он поднес ее руку к своим губам и легко коснулся ее.
- Когда вы вернетесь, - продолжал он, - я больше ничего не скрою от вас и еще раз повторю, как вы замечательны.
Новелла как завороженная вслушивалась в звучание его глубокого голоса.
Подходя к двери, она сказала:
- Будьте осторожнее Даукинс получил строгое указание никого не пускать в дом. Нянюшка будет стоять на страже, аки диавол, а при случае она может быть ох как зла, уверяю вас!
- Это я уже понял! - рассмеялся Вейл - Что ж, возвращайтесь поскорее.
- Обещаю, - кивнула Новелла.
Он улыбнулся, но в его глазах она заметила тревогу.
Девушка еще раз пожалела о том, что не знает истинной причины своей поездки в Лондон. Ей казалось нелепым отправляться так далеко лишь для тою, чтобы передать какому-то человеку клочок бумаги.