Кейн Андреа - Эхо в тумане стр 8.

- Я не имела представления, что погода может так ужасно измениться, - пробормотала она. - И так быстро. Когда я отправилась на прогулку… - Она взволнованно вздохнула. - Небо было светлым, день - чудесным. Мне казалось, пройдет несколько часов, прежде чем разразится шторм… Обычно я хорошо плаваю. Но когда я ударилась головой о лодку… - Она снова, прерывисто вздохнула и коснулась раны на лбу. - Вы спасли мне жизнь, ваша светлость. Не знаю, как вас благодарить.

- Вы отблагодарите меня, если сбережете силы, войдете в дом на своих ногах и докажете своей бедной матери, что с вами все в порядке.

Он подал ей руку.

Беатрис слабо улыбнулась:

- Договорились.

Королева Виктория отбросила акварельный набросок приближающегося шторма в тот момент, когда увидела, как Беатрис и Трентон приближаются к нижней террасе Осборн-хауса. Она бросилась навстречу, смертельно побледнев при виде того, как ее дочь прихрамывая, ковыляет, опираясь на руку Трентона.

- Что произошло? - с тревогой спросила королева. Трентон помог Беатрис сесть в кресло у фонтана, затем подошел к королеве и, нагнувшись, поцеловал ей руку.

- Все в порядке, ваше величество, - успокаивающе сказал он.

Виктория отмахнулась от него и взволнованно склонилась над дочерью.

- Принцесса просто упала в залив, - заверил ее Трентон.

Состояние Беатрис немного успокоило Викторию, и она повернулась к Трентону. В свои пятьдесят четыре года королева имела такую же царственную осанку, как в юности.

- Не стоит принимать меня за дуру, Кингсли, - сердито сказала она. - Я слишком много прожила, чтобы вы относились ко мне покровительственно. Беатрис не просто упала в залив. Она в крови, не говоря уже о том, что она подавлена и бледна как полотно.

- Герцог спас принцессу, ваше величество, - пропищала вбежавшая на террасу горничная. Запинаясь, она почтительно поведала королеве о происшествии. - Я все видела своими глазами, - закончила она, энергично кивая головой, как бы подчеркивая значение сказанного.

Виктория повернулась к Трентону, губы ее дрожали от волнения.

- Вы вернули мне моего ребенка, Трентон. Я у вас в неоплатном долгу. Можете просить у меня все, что угодно.

Уголок рта Трентона весело приподнялся.

- Мне ничего не нужно, уверяю вас, ваше величество.

- Глупости, - возразила она. - Всем что-нибудь нужно.

- Извините, но я с вами не согласен, ваше величество. Я приобрел все, что только возможно иметь… по крайней мере, на данный момент. - Трентон отбросил мрачные мысли и одарил Викторию одной из своих редких заразительных улыбок. Нужно вернуть королеве хорошее настроение и постараться убедить ее забыть об этом нелепом желании удовлетворить какую-то несуществующую его потребность. - По правде говоря, - продолжил он, - во мне уже дважды нуждались в последние дни… Оба раза я был призван спасти девиц, попавших в беду.

Виктория продолжала холодно смотреть на него, ее не тронули ни ослепительная улыбка, ни благородный жест.

- Оставим пустую болтовню, Броддингтон. Я понимаю, что вам не нужно денежное вознаграждение. Тем не менее, безусловно, существует то, чего вам явно не хватает. - Черты ее лица смягчились, и она, словно в поисках опоры, облокотилась на колонну за спиной. - Пожалуйста, не лишайте меня возможности отплатить за то, что вы сделали для меня сегодня. Я не вынесла бы еще одной потери. - Голос ее задрожал.

Трентон понимающе склонил голову. Королеве в последнее время пришлось много переживать по ряду причин как личных, так и государственных. Сначала кровопролитие во время Крымской войны. Затем личная трагедия - ее мать, герцогиня Кентская, скончалась в марте 1861-го. Не прошло и девяти месяцев, как Виктории пришлось перенести самый тяжелый удар - смерть любимого принца-консорта, последовавшую перед Рождеством.

Горе Виктории было безграничным, она обожала Альберта и во всем полагалась на него. И не секрет, что без мужа деятельная королева чувствовала себя потерянной и обездоленной. Только Беатрис, ее младшая дочь и постоянная спутница, приносила матери утешение и давала силы для того, чтобы она могла дальше жить. Да, Трентон знал, что потеря шестнадцатилетней дочери убила бы Викторию.

- Я высоко ценю ваше доброе и щедрое предложение, Ваше величество, - благодарно ответил Трентон. - Тем не менее вы знаете меня достаточно хорошо, и мы оба прекрасно сознаем, что мои желания, к сожалению, не имеют материальной основы, их нельзя даровать. Даже обладая такой огромной властью, как у вас. - Последовала пауза.

- Возможно, в вашем положении это так, - задумчиво согласилась Виктория. Она вздернула подбородок и многозначительно посмотрела на него: - Месть не для нас. Ее может ниспослать только Бог.

Лицо Трентона застыло.

- Вот почему я не хочу никакой награды.

- Я не принимаю такой ответ. - Полная решимости Виктория ждала.

Трентон не знал, как умиротворить ее.

Они оба пришли к выводу, что он не нуждается ни в чем материальном, и в то же время он достаточно хорошо знал королеву и понимал, что она не откажется от принятого решения. И так как она не могла даровать его душе покой, что же ему попросить у нее?

Возмездие.

Как жаль, что невозможно такое попросить. Вчера он верил, будто оно осуществилось, но теперь понял, каким глупцом он был, - его победа оказалась ложной. Всего лишь бедность никогда не станет достаточным наказанием за отвратительное преступление виконта.

Злобно разрушив жизнь Трентона и его семьи, Колдуэлл вонзил нож в сердце Трентона, отняв то, что никогда невозможно будет вернуть. Так что единственным возможным возмездием станет только то, что испепелит сердце Бакстера.

Правда, это вряд ли возможно, так как у ублюдка нет сердца и ему нет ни до кого дела, кроме… Вдруг Трентона осенило, его разум словно осветился внезапной вспышкой, его охватило предвкушение сладостной мести, и это чувство заструилось по венам широкой многообещающей рекой. Нечто неотвратимое. Как он не подумал об этом раньше?

Око за око.

Сестра за отца.

К черту обольщение!

- Очень хорошо, ваше величество. У меня есть одна просьба. - На губах Трентона появилась язвительная усмешка, его глаза победно засияли.

- И это…

- Королевский указ, приказывающий Ариане Колдуэлл стать моей женой.

Глава 4

- Зачем? - без обиняков спросила королева.

- Зачем? - с невинным видом переспросил Трентон.

- Не надо играть со мной, Трентон, - предостерегла Виктория. - Мужчине, на которого женщины слетаются, словно пчелы на мед, едва ли нужна власть монарха, чтобы добыть невесту. - Она внезапно оборвала фразу и холодно взглянула на него: - Разве что есть причина, по которой именно эта женщина будет возражать против брака с вами.

Трентон поднял брови с насмешливым удивлением:

- Я думал, что вы хотите выполнить мое самое сокровенное желание, ваше величество, и не представлял, что потребуется объяснять причину моего выбора.

Не обращая внимания на подчеркнутый сарказм Трентона, Виктория царственно вздернула подбородок, оценивающе посмотрев на него из-под белого вдовьего чепца.

- Мы оба прекрасно знаем, какое отвращение вы питаете к Бакстеру Колдуэллу.

Трентон напрягся:

- Не без оснований.

Виктория нахмурилась:

- Я никогда не делала секрета из своего отношения к нему как человеку бесполезному, а также не скрывала, что верю в вашу невиновность во внезапной смерти Ванессы Колдуэлл при сомнительных обстоятельствах.

- Да. И за это я благодарен вам, - сказал Трентон более мягким тоном.

Виктория не стала слушать непривычные в его устах слова признательности и оборвала его, резко взмахнув рукой.

- Вы также знаете, как высоко я ценила вашего отца. Он был превосходным благородным человеком и нашим с Альбертом дорогим другом. Но это, тем не менее, не означает, что я одобряю те изменения, которые произошли в вас после его смерти. А стали вы угрюмым, ожесточенным, мстительным отшельником. - Она откашлялась. - Судя по фамилии, можно предположить, что молодая леди, на которой вы так внезапно и непреодолимо захотели жениться, - родственница Бакстера Колдуэлла.

- Его сестра, - подтвердил Трентон.

- Его сестра? - изумленно переспросила королева. - Но Ванесса…

- Эта другая сестра.

- А, та девочка? - пробормотала Виктория, вспоминая трагические события, потрясшие свет шесть лет назад… и семью, жизнь которой потом так изменилась. - Ее, кажется, зовут Ариана? Я о ней почти забыла… Она выглядела такой застенчивой малышкой, всегда в тени Ванессы.

Королева задумчиво смотрела перед собой. В ее воображении возник облик маленькой девочки, с медными волосами, огромными бирюзовыми глазами и задумчивым, отсутствующим выражением лица.

- Но она даже не была подростком, когда умерла Ванесса!

На лице Виктории отразился испуг. Она бросила быстрый взгляд на Беатрис, которую сейчас две суетящиеся горничные провожали в дом. Удовлетворенная тем, что румянец снова заиграл на щеках дочери, королева снова повернулась к Трентону. Понизив голос так, чтобы никто другой не смог услышать, она сказала:

- Но Ариана Колдуэлл, наверное, старше Беатрис всего на год-два!

Губы Трентона дернулись.

- А много ли вам было лет, когда вы вышли замуж за принца-консорта?

Викторию было не просто сбить с мысли.

- Сколько ей лет?

Трентон пожал плечами:

- Значительно моложе Ванессы, лет на десять или около того. Полагаю, Ариане лет семнадцать или восемнадцать.

- Вы даже не знаете ее возраста, - взорвалась рассерженная Виктория. - Давно ли вы знакомы?