А прежде всего нужно приводить себя в порядок. В экстремальных условиях я всегда действую быстро, поэтому нашла длинную домашнюю юбку, погладила ее, за полчаса навела марафет. И уже после этого вернулась к компьютеру, чтобы познакомиться с содержанием дискеты.
Я снова набрала код. Действительно, кроме меня, его вряд ли кто-нибудь мог угадать. Марина все-таки рисковала: а если бы за эти месяцы Масик из моей жизни испарился? Я бы ни за что не стала его вспоминать, разве что в качестве объекта для смешного рассказа. А тут юмором, судя по всему, и не пахло. Разве что черным.
Добрую половину дискеты занимала абсолютная абракадабра, написанная к тому же на английском языке. Потратив полчаса на тщетные попытки проникнуть в суть, я сдалась и нажала на клавишу быстрого просмотра текста. Где-то после пятнадцатой страницы начался наконец нормальный текст. То есть нормальный в том плане, что русский и все слова мне были не только знакомы, но даже складывались во вполне связные фразы. Только смысл этих фраз никак не хотел до меня доходить. Если бы все это было изложено по-английски, у меня не возникло бы ни малейшего сомнения: отрывок из тех произведений, которые я переводила, перевожу и, надеюсь, буду переводить. Но по-русски, да еще в качестве как бы сопроводительного письма к предыдущему… Воля ваша, это уже было чересчур!
Я даже звонок в дверь услышала не сразу. И открыла Андрею с таким выражением лица, что, похоже, слегка его напугала. Правда, он довольно быстро сообразил, что все это связано с дискетой.
– Прочитали? Ничего не поняли? Или наоборот?
Я потрясла головой:
– Читаю. И не могу поверить в то, что не сплю. Какой-то театр абсурда Ионеско. Если бы три дня назад мне сказали, что события развернутся таким образом, я бы умерла со смеху. Нечто подобное я испытала один раз в жизни и то очень недолго, потому что поняла суть розыгрыша. Но Марина погибла, а Володя явно охотится за этой дискетой, так что розыгрыша, судя по всему, можно не ждать.
– О чем вы? Кто вас разыгрывал?
– Не только меня – многих. Один из мэтров нашего детективного клуба – того, где мы с вами познакомились, – написал очередную повесть. Опубликовал в журнале, этот журнал попался мне. Читаю – и холодею: главный злодей-мафиозо-миллиардер – сам автор. Его внешность, привычки, семейное положение, шуточки. Думаю: все, у мужика крыша поехала, так себя засветил. А ближе к концу выяснила, что он на самом деле боролся за искоренение преступности и за один день взял ее и искоренил. По всей России чохом. Это, оказывается, мечту свою человек на бумагу выплеснул. Между прочим, работает в Генеральной прокуратуре, так что фактами оперирует такими – закачаешься.
– А к вам это как относится? – нетерпеливо осведомился Андрей.
– Из этой дискеты следует, что мой старинный приятель ведет какую-то странную, почти двойную жизнь и страшно боится утечки какой-то информации. А из последовавших событий – что он убирает тех, кто вольно или невольно оказался в курсе. Так что я, похоже, следующая.
– Я так и думал. Вывод скоропалительный и наверняка не совсем правильный. Давайте вместе посмотрим, что там такое. Да, вы меня так ошарашили своим видом, что я забыл о продуктах. Там, в коридоре, сумка, ее бы разобрать для начала…
Вообще-то неплохая мысль: приходить в гости со своей закуской. Особенно с такой! В сумке обнаружились копченая курица, длинный батон, пачка масла, свежая зелень и пара помидоров. Имелась также и бутылка минеральной воды, причем не нарзана или боржоми, а французской "Эвиан". Кучеряво живет мой новый знакомый! Я водрузила продукты в холодильник и присоединилась к Андрею у компьютера.
Но и совместный просмотр первой части дискеты ничего не прояснил. Андрей потратил на ее изучение битый час, не слишком вежливо спровадив меня на кухню готовить обещанный ужин, но так ничего и не добился. В конце концов сдался и объявил, что без профессиональных дешифровальщиков тут не справиться, значит, снова нужно обращаться к Павлу. Так что предстоящая моя с ним встреча приобретает дополнительный оттенок осмысленности: скопируем дискету, и копию Андрей сегодня же забросит своему другу, а тот завтра отдаст ее специалистам. В компетентных, естественно, органах. Им, органам, и карту, то есть дискету в руки.
Вторая часть была куда информативнее. Не буду воспроизводить Маринин оригинал по одной-единственной причине: моя подруга абсолютно не умела писать. То есть не в прямом, конечно, смысле. Но любой текст в ее исполнении превращался в сухой отчет: он пошел, она сказала, они увидели. В такой же манере была сделана и запись на дискете, так что рискну пересказать ее своими словами.
Когда несколько месяцев тому назад Лариса явилась к ней в Морфлот и сказала, что им нужно поговорить, первой Марининой реакцией было изумление: о чем? Потом ее захлестнула волна гнева пополам с ревностью: да как эта фря вообще смеет со мной заговаривать? И наконец, появилось любопытство: а вдруг Лариса скажет что-то действительно важное и интересное? Любопытство пересилило, и Марина согласилась после работы посидеть в кафе рядом с Морфлотом, подальше от слишком любознательных сослуживцев.
– Ты счастлива? – спросила Лариса, когда официантка, расставив на столе их заказ, удалилась.
Марина вспыхнула:
– А вам-то какое дело?
– Меньше пены, девушка, – недобро улыбнулась Лариса. – Спрашиваю не из праздного любопытства. От твоего ответа будет зависеть, расскажу ли я тебе кое-что интересное о твоем нынешнем и моем бывшем супруге.
– Я счастлива. Вы удовлетворены?
– Вполне, – кивнула Лариса.
Она ловко разлила по высоким фужерам джин из графинчика, добавила тоник, лед, закурила и произнесла тост:
– За все хорошее. А теперь послушай, как добиваются счастья обычные девушки, а не папенькины дочки из столицы. Тебя в институт на машине возили, а я училась заочно, потому что нужно было деньги зарабатывать: кормить парализованную мать, отца-алкоголика и себя, если что-то оставалось. Так что днем я в трех местах уборщицей вкалывала, а по ночам конспекты писала на кухне, пока готовила, белье кипятила и шприцы стерилизовала, потому что денег на медсестру, чтобы матери уколы дважды в сутки делала, не было.
Мама умерла, когда я заканчивала институт. Так что положила я диплом и паспорт в сумочку, остальные мои вещи в портфеле уместились, глянула в последний раз на папашку своего распрекрасного, который пьяный в комнате валялся, – и подалась в столицу. Мне повезло, я устроилась бухгалтером в жэк, да еще служебную комнату получила. Не просто повезло, конечно, пришлось кое с кем переспать и не один раз, так от меня не отвалилось. Все равно нужно было на лапу давать, а с каких доходов?
Володю я заметила сразу, когда он за какой-то справкой пришел. Как его не заметишь: рост, манеры, разговор… Все наши тетки от него млели. Конечно, тут же доложили мне: холостой, в двухкомнатной квартире, при деньгах, за кордон ездит. И я решила, что мне такой вот любовник и нужен для начала. О замужестве и не мечтала, место свое знала очень даже четко.
Как я его подцепила – неважно. Уложить мужика в постель дело нехитрое, особенно если он понимает, что больше ему ничего не грозит. Володя же у нас умненький, он все замечает, а об остальном догадывается, но я еще и подстраховалась – все карты раскрыла. Мол, ни на что серьезное я не рассчитываю, приехала из провинции, слаще морковки ничего не кушала, хочется одним глазком посмотреть на красивую столичную жизнь, чуть-чуть ее попробовать. А я со своей стороны в долгу не останусь.
Первое время он был очень осторожен, глаз с меня не спускал, когда я у него дома бывала, ни разу ночевать не оставлял, в полночь за полночь вызывал для меня такси и отправлял домой. Дарил всякие мелочи, иногда водил в кабак, не из дорогих. А я ждала. Знаю, как вы, москвичи, к лимитчикам относитесь: и жадные мы, и нахрапистые, и беспринципные. Так ведь не от хорошей жизни такими становятся. Нам никто ничего на блюдечке не приносит, сами все у жизни должны выгрызать. И еще – терпеть и ждать, ждать, ждать.
В общем, я дождалась. Пришла как-то к Володе, а его зачем-то вызвали по делу. Почему он не выставил меня из квартиры, а оставил и велел его дожидаться – не знаю. Но именно так он и поступил, причем сказал: "Если будет очень скучно, почитай книжку. Или уборкой займись".
Я занялась… уборкой. Обыскала всю его квартиру, хотя не знала, что именно ищу. Деньги я брать не собиралась, ценные безделушки меня не волновали. И я нашла! Под столешницей письменного стола, когда я вынула ящик, обнаружились несколько листков бумаги, приклеенные скотчем. А дальше мне очень пригодилось мое умение работать с компьютером, быстро печатать и то, что при мне была пустая дискета. Потом приехал Володя, порадовался, что в квартире чисто, дальше все было как всегда. А через три дня я сказала ему, что он должен на мне жениться, иначе кое-какие любопытные материалы окажутся на соответствующем столе.
– Но это же шантаж?! – возмутилась Марина. – Как вы могли?..
Лариса пожала плечами и налила еще джина. На сей раз только себе.
– Я не могу позволить себе играть в благородство. Не могла. А сейчас хочу отдать тебе эту самую дискету с документами. Пусть у тебя голова болит. Я скоро уеду из этой страны, мне все это противно и неинтересно. Прописку я получила, квартиру получила, работу хорошую имею. А с этого трамплина могу еще выше прыгнуть или уже точно – дальше. А вы тут живите… в любви и согласии.
– Зачем же вы мне-то все рассказали? С какой целью?
Лариса расхохоталась: