Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Он поставил на пол большой алюминиевый чайник с кипятком, на столик положил три ломтика хлеба и три кусочка сахара. И пояснил:
— К обеду вы опоздали, а на ужин мы вас зачислим. — Он подмигнул Петьке: — Так что кашу вечером будем есть вместе.
Вера Ивановна виновато посмотрела на солдата.
— Мы итак принесли много хлопот, а вы ещё и питание от себя отрываете, разве так можно?
Солдат улыбнулся:
— Можно, мамаша, обязательно можно.
Выпив чаю, бабушка прилегла на деревянном диванчике, а Петька, глядя на плывущие за окном обгорелые трубы и печи, на исковерканные снарядами деревья, шёпотом говорил Тане:
— Командира Быль-Былинского убил Мулеков, но драгоценности найти не мог никто.
— А сам Мулеков искал?
— Я не знаю, но, наверно, не искал, документы он спрятал и ждал, когда белые победят, чтобы спокойно взять золото. А когда беляков разбили, он удрал за границу.
Таня приблизила лицо к глазам мальчика.
— Петька! — зашептала она. — Я поняла, почему ты согласился ехать с бабушкой на Байкал. — Девочка оглянулась по сторонам: — Ты хочешь найти спрятанные сокровища! Да, Петька? Ну, скажи, о чём ты думаешь?
— Таня, а ты пойдёшь со мной искать пещеру Быль-Былинского?
— Пойду, Петька. А если найдём, отдадим в фонд обороны. Таня в волнении пересела с места на место. — Петька, а ты знаешь, где искать?
— Не знаю. У меня есть только дневник командира, — Петька ударил ладошкой по животу. — Под рубахой спрятан. Приедем на Байкал, дам прочитать, карту составим, а сейчас нельзя.
Вечером Вера Ивановна, Таня и Петька, надев белые халаты, пошли в детский вагон. Петька шёл, высоко поднимая ноги, стараясь не наступать на полы длинного халата.
В вагоне почти на всех носилках лежали по две девочки. Многие из них не могли приподняться, чтобы посмотреть на гостей, и Вера Ивановна, Петька и Таня прошли по рядам носилок. Вера Ивановна спросила девочку с перевязанной ногой, как её зовут. Девочка быстро и чётко ответила:
— Светлана Снежникова, семь лет, Ленинград, улица Арсенальская девятнадцать, квартира тридцать девять.
Бабушка улыбнулась и погладила Светлану по голове.
— А мы жили в Краснокардонске, а сейчас едем в Сибирь, на Байкал.
Девочки стали называть свои города: Брест, Орёл, Смоленск, Сталинград…
Вера Ивановна опустилась на край носилок.
— Слушайте, внученьки, я расскажу вам сказку о русском богатыре Илье Муромце, который победил проклятого Соловья-разбойника.
В вагоне сразу же наступила тишина, и бабушка под стук колёс стала рассказывать певучим голосом любимую Петькину сказку. Вначале Вера Ивановна называла Соловья разбойником, потом как бы невзначай окрестила фашистом, а под конец сказки величала проклятым Адольфом Гитлером.
— Илья Муромец, — сказала бабушка, — разбил племя фашистов, потому что ему помогал весь народ.
Девочки захлопали в ладоши и наперебой стали дополнять бабушкину сказку.
Когда Вера Ивановна, Петька и Таня зашли к себе, то на столике уже стояли три алюминиевых котелка с вкусной овсяной кашей. Поужинав, легли спать. Бабушка с Таней уместились на деревянном диванчике, а Петька лёг на ящики, которые стояли у фанерной перегородки. За окном была жуткая темень. Вагон покачивало. Тук-тук, тук-тук, словно сердце, постукивали колеса. Петьке не спалось. Он слышал, как за фанерной перегородкой тяжело бредил, потеряв сознание, молодой танкист. То он командовал боем, то звал свою маму.
— Петька, а Петька, ты, почему не спишь? — зашептала снизу Таня.
Он не ответил, потому что по щекам у него уже текли слезы.
— Ты Петька, не расстраивайся. Найдём золото и отдадим его на танки, ты же сам говорил. И танкисты отомстят, Петька, за всех убитых и раненых. Как приедем в Большие Коты, так сразу и пойдём искать. Вдвоём пойдём. Я теперь никого бояться не буду.